Связано с любовью (СИ) - Брай Марьяна

- Черт подери, да у них тоже есть Новый год! – почти кричала я, выбирая самые яркие и сочные клубки из мешков в своей спальне. – Большие вязать долго, а вот детские – трое за день – легко, если приноровиться. Празднуют все выходные, да и подарки все уже могли приготовить, но я должна успеть сделать на этом деньги! Погода хорошая! Главное – показать детям что такое снеговики, и варежки будут нужны всем! А уж у Флоры знакомые с детьми точно есть!

Глава 27

Варежек много связать до субботы, естественно, не получилось, но первые восемь пар мы продали сразу. Они расходились как горячие пирожки – стоило только Флоре навестить подругу, у которой были дети подростки, и показать, как правильно катать снеговика, на улицу вывалили не только дети, но и взрослые.

Первый заказ на варежки исчислялся десятками, и я до вечера субботы только и делала, что каталась между деревней, где Морти подрядила еще пять человек, и домом. Я не переживала, что эти люди научатся, и больше мне не видать денег – первый куш мы сорвем за первый месяц, и он, как правило, самый нажористый. Я доучивала, показывала, повторяла и даже покрикивала, когда палец вязали криво. Дирк развозил пряжу, забирал остатки с покрасочной, предоставив от меня записку.

Этот предпраздничный кипиш дал мне понять одно - я могу уже делегировать кое-какие дела, и не стоит думать, что это могу делать только я одна! У меня появится время на то, чтобы вводить что-то новое, более сложное.

Я ждала, когда наберутся деньги на цех, и тогда у меня будет своя прядильня и своя покрасочная. Это нужно было не для моей шерсти. Я видела как дела идут на фабрике, где «пашет» Леова. Там такие очереди, чтобы спрясть шерсть, что люди месяцами ждут, значит, спрос есть.

В гости к мужу я ехала с подарками. Черные и серые варежки для трех мужчин, что я сама вязала все эти дни даже в дороге к Морти, или к Флоре, Белые с голубыми снежинками – Анне. Да, мы с ней не сказать, чтобы были влюблены друг в друга, но праздник есть праздник.

Я испекла шарлотку, которая была единственной выпечкой, которую я умела, и зависела уж точно не от повара, а от свежести и отлаженности яиц. Сверху я все покрыла безе и чуть запекла. Я не знала – есть ли такие торты здесь, но за то не с пустыми руками, как говорится.

Элиот с племянниками встречали меня у порога. Он повел себя как джентльмен, и отправил за мной карету. Клара, как бы ни хотелось ей остаться, и продолжить ломать руки с варежками, которые неожиданно стали топом в мире местной моды, ехала со мной. Я позволила ей взять клубки с собой, да и чего греха таить – взяла и себе. Копейка, как говорится, рубль бережет. Ужин ужином, а что делать все оставшееся время? Вышивать? Ну уж нет, на это меня никогда не хватало. Если изделие нужно делать больше одного дня, и через сутки труда я не вижу результата, я остываю навсегда.

Мои подарки пришлись кстати, как только я вышла из кареты, потому что на улице мужчины отсматривали новых щенков охотничьих собак. Я выдала всем по паре, и поздравила с праздником. Если Анна стояла особняком у порога, спрятав руки в муфточку, то мужчины резвились как дети, гоняясь за щенками. Я отметила, что мой супруг не так и немощен – не бегал, но резвился как молодой – смеялся полнозубым ртом, подтрунивал над молодежью.

– Я и не ждал, что нас ждут подарки, миссис Гранд, - Рональд отреагировал сразу.

Бертон надел, пошевелил кистью, мотнул головой и ничего не сказав, улыбнулся мне. Его улыбку я, наверное, ждала больше всего остального, и сколько сил стоило ее заслужить.

– Анна, это ваша пара, попробуйте, теперь вы тоже можете поиграть с нами в «Снеговика», - протянула я белоснежную пару женщине, с которой хочешь ты или нет, но общаться, видимо, придется.

– Благодарю, - ответила она, опустив голову, взяла варежки, но на руки не надела, а только чуть отстранилась от меня, отступив ближе к порогу. Ну и хрен с тобой, Золотая рыбка, - подумала я, и наклонилась, чтобы скатать первый колобок. Анна со служанкой вошли в дом через пару минут, и мне стало много комфортнее без ее осуждающего взгляда.

Снеговики лепились быстро. Хоть снежная простыня и была испещрена следами мужчин и точками от лап собак, белоснежные красавцы в количестве четырех человек встали перед особняком. Собаки не понимали – что происходит, и старались перетянуть внимание на себя.

– Я покину вас на несколько минут, - заявила я. – Нашим снежным людям нужно лицо, и я должна найти все эти детали в кухне, - я деланно исполнила реверанс и поспешила в дом, на ходу отряхивая пальто.

Перед кухней мне навстречу неожиданно вывалила Фанни – служанка Анны, и схватилась за сердце, выронив из рук пару книг, из которых посыпались бумаги.

– Извини, Фанни, это я, сполошная, виновата – торопилась. Сейчас я помогу тебе, - я присела, и принялась собирать листы, свернутые в четыре раза. Она выхватывали их у меня, засовывала в карман на переднике, и казалось, сильно испугалась.

Я не злой человек, но любопытный до ужаса, и одну из этих бумаг я не удержалась, и скомкала в кулаке. Там, где есть тайна, должен появиться мой нос!

Забыв о морковках и угольках, которые я планировала попросить на кухне, я, перепрыгивая через лестницу бросилась на второй этаж чтобы закрыться там в своей комнате и прочесть, наконец, что скрывает эта заносчивая Анна.

Повернув ключ в замке, не снимая пальто, я села на кровать и расправила бумагу.

«Денежные листы, что принесет моя служанка, пусть обналичит кто-то другой. У него появились сомнения на мой счет. Хоть расходы мои не закрыты, больше не смогу подписывать такими большими суммами. Скучаю по тебе, и не могу дождаться дня, когда смогу увидеть тебя. Еще месяц, два, и вся сумма будет у нас на руках. Твоя А.»

– Вот тебе и Анна – белоснежный бутон, покрытый сахарной пудрой! Вот тебе и идеальная пара! – сказала я вслух и присвистнула.

То есть, она подворовывает у мужа, и пересылает деньги со служанкой. Она копит какую-то сумму. Для чего? У нее красивый и вроде даже любимый муж, дом – полная чаша. О чем еще мечтать?

Мне еще хотелось побыть на улице, и я, осмотрев свою спальню, спрятала лист под матрасом. Побежала на кухню, стараясь не выдать себя.

– Вот это да! Никогда не встречал такой замечательной игры! – Бертон, казалось оттаял после моего подарка, а может просто смирился с дядюшкиной прихотью, поняв, что для нас обоих это лишь выгодный договор. Я смотрела теперь на него совсем иначе. О нем ли она писала, что он заметил траты? Может, поэтому он такой дерганый?

– Это еще не все. Если завтра снег не растает, научу строить крепости. Вот там-то можно даже устроить войнушку между двумя крепостями, - заявила я, сняв варежку.

– Может, сейчас? – вступил в разговор Рональд. Они вели себя как мальчишки, и этим очень мне нравились.

– Нет, нет, дорогие мои, нас ждет праздничный ужин! Розалин подарила свои подарки, а мы еще и не поздравили друг друга! Нас ждет горячее вино со специями, пироги с мясом и ягодами и много чего еще! – прервал нас Элиот.

Для не знающих что творится в этом доме, мы выглядели, как взрослые внуки, приехавшие на каникулы к деду. А я радовалась сейчас тому, что у меня не болит спина, ноги, и бег доставляет столько радости. Это новое тело набрало необходимой силы и энергии, а теперь отвечает мне добром.

– Вы дочитали книги? – Рональд сам помог мне снять пальто, и ему скорее всего действительно было интересно мое мнение, нежели он просто хотел поддержать беседу.

– Да, и очень рада, что книги попали в мои руки. Теперь я хорошо знаю историю этого мира, - ляпнула я.

– Мира? – неожиданно спросил Бертон. Вот не думала, что он прислушивается к нашему разговору. Мы вошли в столовую, где слуги подали теплые и влажные полотенца, чтобы мы могли отереть руки. Непривычно, но очень удобно. Мои платки остались на голове.

– Да, я называю это миром. Все страны, о которых мы знаем, это наш мир.