Жена из прошлого (СИ) - Чернованова Валерия Михайловна

Золото творит чудеса, а благодаря продаже рабов из Клодана и Гайры золота у Родингеров было немало.

— Вы держите свои капиталы в Королевском банке Кармара?

Гость нахмурился, но ничего не ответил. Медлил.

— И смею предположить, были знакомы с Лувисом Келлером, — продолжал я, пристально вглядываясь в лицо Родингера.

— Вы меня допрашиваете? — наконец, усмехнувшись, проронил он.

— Просто интересуюсь.

— Капиталами моей семьи?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Личностью мейста Келлера, с которым вы явно имели какие-то дела.

Я говорил твёрдо, уверенно, хотя уверенности во мне не было. Инициалы на портсигаре ничего не доказывают. Вещица вполне могла принадлежать какому-нибудь другому В.Р., но попытаться всё же стоило.

— Финансовые и ничего больше, — снова расплылся в улыбке Родингер.

Противная у него улыбка, должен отметить. Приторная, ядовито-терпкая.

— А поподробнее?

— Он помогал мне с инвестициями и некоторыми сделками в Новых землях, — на удивление охотно ответил гость. — Келлер был смышлёным малым. Жаль, что решил погнаться за дарами.

— Что вы ещё можете о нём рассказать?

Краем глаза заметил показавшуюся из коридора Женю. Она тоже меня увидела и почему-то побледнела. Или, может, просто показалось… Обязательно к ней вернусь, но сначала закончу с Вольмаром.

Увы, закончить я ничего не успел. Со стороны гостиной раздался громкий и уже весьма хмельной возглас харга Левенштерна:

— А вот и наша хозяюшка! Ну когда же, Раннвей?! Когда мы наконец узнаем, какие леди Делагарди-Фармор раскрыла в себе таланты?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Желание врезать вернулось. Теперь уже Рангелю. Хотя с куда большим удовольствием я бы утопил его сейчас в унитазе. Жаль, уборная далеко. Зато рядом с Левенштерном начали собираться гости, жаждущие хлеба, зрелищ и доказательства, что моя жена не обманщица.

Глава 22. Дежавю

Женя Исаева

Прохладная вода в лицо помогла прийти в себя. Снова стать Женей Исаевой, а не тряпкой Раннвей, едва не расстелившейся перед ногами Вольмара.

Вот и познакомилась с её прошлым…

Черноглазым, черноволосым, безумно сексуальным.

По крайней мере, безумно сексуальным он мне казался, когда смотрела ему в глаза. Когда слышала его голос, ловила его взгляд. Сейчас же, вспоминая о Родингере, я беспристрастно отмечала, что мужик он действительно хоть куда. Но не настолько, чтобы в его присутствии в мозгах разглаживались все извилины.

Вон напарник Делагарди тоже красавец. Но я же перед ним не растекалась. Да и сам Делагарди…

Впрочем, лучше не буду думать о Делагарди, пока опять температура не начала подниматься.

Ругнулась чуть слышно, заметив, что на щёки вернулся румянец, и снова стала умываться. Потом пришлось вытирать тёмные круги под глазами — следы размытого макияжа. Поправлять волосы, платье, семейные украшение дракона, которые сейчас казались особенно тяжёлыми.

Дурацкий турнюр, дурацкие туфли. Всё дурацкое и неудобное!

И это только начало вечера… Что же со мной станет к его финалу?

Тряхнула головой и мысленно сказала: так, всё, берём себя в руки и возвращаемся. Улыбаться, пить шампанское, непринуждённо общаться.

В холле, к своей досаде, я обнаружила «мужа» в компании Вольмара. Казалось бы, разговаривают — ну и ладно. Но почему-то сердце дёрнулось в груди и подскочило к самому горлу. Щёки снова запылали, как будто меня поймали на горячем. Как будто Родингер мой любовник, а ультор — настоящий муж, прознавший о нашей связи.

Делагарди заметил меня и почему-то… нахмурился. Родингер — улыбнулся. Так же хищно и опасно, как улыбался, когда стоял со мной рядом. Когда мы были одни. Как будто Эндера для него не существовало. Не существовало никого, кроме нас двоих.

Я уже хотела пройти мимо, шмыгнуть в гостиную, когда на пороге показался Рангель. Кажется, уже порядком пьяный.

Схватившись за дверной косяк, громко выдал:

— А вот и наша хозяюшка! Ну когда же, Раннвей?! Когда мы наконец узнаем, какие леди Делагарди-Фармор раскрыла в себе таланты?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Тут же захотелось сбежать обратно в ванную, да там и замуроваться. Гости, словно голодная саранча, стали собираться вокруг пьяницы. В такую большую, яркую и блестящую кучу. Не иначе как навозную… Я стояла, не в силах пошевелиться, не зная, как на эти наглые требования реагировать.

Собиралась поговорить с Вильмой, узнать, готова ли она… Но из-за клятого Родингера про всё на свете забыла! И вот Левенштерн так не вовремя мне напомнил.

О фокусах, которыми должна была повеселить высший цвет Гратцвига.

Проклятье!

Момент, когда ко мне приблизился Эндер, я пропустила, поглощённая своими страхами. Лишь ощутив, как рука дракона осторожно обхватывает мою, мягко касаясь предплечья, позволила себе вздохнуть, натянуто улыбнуться.

— Лорд Левенштерн прав, — с улыбкой, так не похожей на мою, самоуверенной и беспечной, проговорил «супруг». — Мы слишком долго томили вас в неведенье. Настала пора раскрыть все наши секреты.

Я мысленно усмехнулась. Так уж ли все… Но звучал он искренне, словно действительно собирался поведать приглашённым тайны семейства Делагарди-Фармор.

Ведомая драконом, прошла в гостиную, где сейчас толпились все гости до единого. Каждый лорд и каждая леди следили за мной с жадным вниманием, не отрывая взглядов. Ну точно шакалы в ожидании момента, когда можно будет наброситься на бедную Раннвей.

Вздохнув, расправила плечи. Снова украдкой огляделась.

Вильма, ну где же ты?!

— Уверены, это что-то невероятное, — подала голос напомаженная дама с седыми буклями. — Достойное славного рода Фарморов!

— В их роду было столько даров, что ожидать можно что угодно, — подал голос пожилой мейст с синей перевязью и орденами. Наверняка военный в отставке.

Почувствовав, что Родингер снова на меня смотрит, впрочем, как и все остальные, постаралась абстрагироваться от этого назойливого внимания и снова заскользила по гостиной взглядом. На этот раз не украдкой, а пристально, жадно.

Ви-и-ильма-а-а… Проклятье!

— И всё же, эйрэ, вы продолжаете нас томить, — кокетливо взмахнув веером, а заодно и ресницами, проворковала графиня с вычурной фамилией, которую я уже благополучно забыла.

Между прочим, замужняя леди, а смотрит на моего дракона так, словно не против оказаться с ним в одной постели. Точнее, дракон не мой, а только муж, да и то лишь на год, но…

Качнула головой, пытаясь выставить из головы непрошенные мысли. И вот так всегда. Когда нервничаю, начинаю о всякой ерунде думать. Вот и сейчас, жмурясь от бликов свечей, которые казались непривычно яркими, ослепляющими, будто я стояла не посреди гостиной, а на сцене в сиянии софитов, думала совсем не о том. Думала и искала Вильму.

Ну же, милая…

— Моя жена обладает даром трав… — начал было Делагарди, упрямо решив, что будет так, как решил он и никто другой.

И тут возле фуршетных столов я заметила свою дорогую старушку. Весело подмигнув, Вильма натренированным движением сдвинула бокал с чьим-то недопитым шампанским.

Браво!

— Приводить в движение неодушевлённые предметы! — выпалила я прежде, чем успела осмыслить своё заявление.

В принципе так и планировали, вот только взгляд дракона, обрушившийся на меня могильной плитою, яснее ясного давал понять, что он ничего такого не планировал и сейчас с преогромным удовольствием огрел бы меня чем-нибудь неодушевлённым.

Но поздно. Ложь прозвучала, и публика дружно ахнула.

Не то чтобы телекинетики считались здесь такой уж редкостью, но дар действительно был интересным. Особенно дар сильный, развитый, с помощью которого можно было не только переставлять с места на место вазу, но и, допустим, выкорчёвывать с корнем деревья, устраивать камнепады или заставлять сходить с горных вершин лавины. Понятное дело, леди такие умения без надобности, а вот в военных операциях солдаты с развитым телекинетическим даром считались ценным товаром.