Последний день империи (СИ) - Морозова Мария

Кас выбрался наверх первым. Внимательно осмотрелся и потом помог нам. Оказавшись в коридоре, я бочком придвинулась к магу и взглянула на нашего неожиданного спасителя.

Мужчина был стар. Узкое лицо изрезали морщины, волосы побелели от седины. Но взгляд голубых глаз оставался ясным и живым, а прямая спина не согнулась под гнетом прожитых лет. Даже трость не позволила бы назвать этого человека слабым.

– Проходите налево, в комнату, – спокойно сказал тот под нашими испытующими взглядами. – Я выключу свет, чтобы на улице не заметили ничего странного.

Небольшая комнатка, явно служащая приору гостиной, вместила нас всех. Хозяин дома выключил потолочную лампу, задернул плотные шторы и зажег свечу в углу. Она позволяла нам видеть друг друга, но не давала возможности понять снаружи, что происходит в доме.

– Меня зовут Ристан, – представился старик.

– Вы церковник? – спросил Кас. – Приор?

– Бывший. Когда-то я был приором храма в Атараксии.

Мы с Нейтом изумлено переглянулись. Это же вторая по значимости должность. Выше только архиприор всей Церкви.

– Почему вы нам помогаете? – прищурился господин Сэдли. – Вы ведь не могли не понять, что это именно нас разыскивает Святая стража.

– Я понял, – чуть улыбнулся приор. – Более того, уже давно знал о том, что Церковь объявила в розыск мага. Все же, у меня остались кое-какие связи. Поэтому, когда сейчас я вышел на улицу, подышать воздухом, и услышал, что там творится, не мог не сообразить, на кого именно устроили эту облаву.

– И несмотря на это, все равно решили нам помочь.

– Я не желаю поддерживать тех, кто называет людей еретиками без всяких оснований и предает казни за это. Церковь уже давно пошла по неправильному пути, и мне хватило ума однажды это осознать.

– Надо же, – вырвалось у меня.

– Почему? – не унимался Кас.

Приор Ристан вздохнул и снял с шеи серебряный медальон: круг с косым крестом внутри – символ своего прошлого положения. Немного помолчал, разглядывая его со странной горечью, и начал говорить:

– Я отдал делу Церкви почти пятьдесят лет своей жизни. Потому что хотел делать этот мир лучше и искренне считал, что Церковь дает самые широкие возможности для этого. Вот и я решил… В четырнадцать пришел послушником, а в шестьдесят покинул пост. За это время успел многого добиться: стал приором, хотя никогда не стремился к власти, помог сотням людей, воспитал не один десяток послушников.

– Похвально, – хмыкнул господин Сэдли.

– Да. Вот только вовремя не сумел понять, на что способна чужая жажда могущества.

– Вы имеете в виду архиприора? – спросил Нейт.

– Именно, – кивнул господин Ристан. – Сорок лет назад я служил приором храма в Атараксии, и Амальфеус был моей правой рукой. Но когда предыдущий архиприор скончался, именно он, а не я, был избран на высочайший пост голосованием наших иерархов. Меня это не расстроило. Собственное положение полностью устраивало, а Амальфеус, как мне тогда казалось, имел все качества, чтобы нести эту непростую ношу достойно.

– Да уж, достойно, – не сдержался Крыс.

– Каждый может ошибаться, мальчик, – вздохнул Ристан. – Я ошибся. Но об этом позже. Амальфеус получил сан архиприора, и несколько лет у нас не было никаких нареканий. Потом стала исчезать магия. А Амальфеус начал вливать в наши головы идею, что это маги сами виноваты во всех проблемах и бедах Нортана.

Бывший приор прикрыл глаза и виновато опустил голову.

– Ему поверили. И я в том числе, поддержав самый настоящий геноцид. Мне нет оправданий, но за это придется отвечать перед Всеотцом. Сейчас же…

Он приподнял штанину, и мы увидели причину его хромоты: деревянный протез вместо правой ноги.

– Это сделал маг, – спокойно пояснил приор. – Однажды я случайно вышел на семью одаренных. И посчитал, что могу доставить их в Святую стражу для справедливого, как тогда казалось, суда. Но маг защищался. Отчаянно, не жалея себя, на остатках былой силы он спасал жену и маленького сына. И тогда у меня открылись глаза на то, что мы действительно творили. Вот так просто, словно по щелчку.

Старик опустил штанину, пряча протез, и я заметила, что у него дрожат пальцы, словно ему до сих пор было тяжело вспоминать все, происходившее много лет назад. Хотя почему «словно»? Скорее всего, так оно и было.

– Тот маг лишил меня ноги, – господин Ристан сделал глубокий вдох и продолжил, – но открыл глаза. Я позволил им уйти. А потом и вымарал из всех церковных списков сведения о том, что Сандор Кинтар, его жена Сесилия и сын Нейтон когда-то разыскивались за ересь.

Услышав имя мага, я вздрогнула. Отыскала взглядом враз побледневшего Нейта. А тот выдавил:

– Сандор… Кинтар?

Ведь это его старая фамилия! В приюте ему дали новую и сделали документы, как всякому сироте, но однажды друг рассказал мне о том, какую фамилию носили его родители и как они жили до трагедии, оставившей шестилетнего мальчишку одного.

– Сандор Кинтар… – повторил он, глядя в одну точку. – Надо же… Я не знал, что мой отец был магом…

– Твой отец? – приор вперил в Нейта внимательный взгляд. – Ты Нейтон?!

Друг медленно кивнул.

– Сын Сандора Кинтара?

– Да…

– Невероятно… Вот уж не думал, что когда-нибудь доведется встретиться… – старик устало откинулся на спинку кресла. – Неисповедимы пути Всеотца нашего.

Друг выглядел откровенно потерянным. Я поднялась, села рядом и крепко обняла его за плечи. Через секунду мои объятия повторил Крыс.

– Спасибо, – прошептал Нейт и бледно улыбнулся.

– Вам удалось уйти, да? – спросил приор.

– Видимо, да. – Друг с силой потер ладонями лицо. – Я не помню этого, потому что был слишком маленьким. Но мы поселились в Триме. И жили там, пока родители не погибли во время взрыва на фабрике. Я попал в приют.

– Мне жаль.

– Мне тоже. Но, наверное, мне стоит поблагодарить вас. Если бы не вы, ничего бы не было. Меня бы не было.

– Это меньшее, что я мог и должен был сделать, – склонил голову господин Ристан.

– Значит, вы изменили свою точку зрения на магию и магов? – спросил Кас.

– Да. Восстановившись, попытался сделать еще хоть что-то. Спас сначала одну семью, потом помог сбежать второй, третьей… Но скоро магов не осталось вообще. И я понял, что стало поздно. Я не успел. Оставаться в Церкви больше не было смысла. Сославшись на здоровье, я сложил полномочия и уехал сюда, в Трагант, доживать старческий век.

– И теперь хотите нам помочь, – продолжила тихо.

– Хочу. Не знаю, чем вы насолили Амальфеусу, но вряд ли вас преследуют за дело.

– До вас еще не дошли новости? – мрачно усмехнулся Кас. – Мы не насолили Амальфеусу, мы его убили.

– Убили? Надо же… – старый приор заметно удивился.

Я не увидела осуждения в его глазах, но мне все равно захотелось оправдать Каса:

– Это была самооборона. Почти.

– Вряд ли служителю Всеотца стоит говорить это, – кивнул Ристан, – но архиприор заслужил.

– Не то слово, – согласился Нейт.

– Какая помощь вам нужна? Я спрячу вас в доме, чтобы вы могли пересидеть патрули. Но что дальше? Трагант – большой город. Вы хотите затеряться у нас и осесть?

Маг немного подумал, явно решая, стоит доверять старику или нет, но все же ответил:

– Мы не будем прятаться в Траганте, а поедем дальше. Нам нужен транспорт до Сарвола.

– До Сарвола? – Приор подарил Касу внимательный взгляд. – Уверены? Там чужаки сразу окажутся на виду.

– Уверены, – последовал твердый ответ.

– Что ж… Транспорт будет. Скорее всего завтра надежный человек отвезет вас в город. А пока поживете у меня. Ищейки сюда не сунутся, да и гостей я очень давно не принимаю.

– Нас много, – хмыкнул господин Сэдли.

– Ничего. В тесноте, да не в обиде.

Он немного неловко поднялся и пошел в прихожую.

– А можно спросить? – вырвалось у меня.

– Да?

– Вы случайно не знаете, что такое «Дракон, кусающий свой хвост»?

– Дракон? – искренне изумился приор. – Нет, не знаю.