Невозможно удержаться (СИ) - Орлан Нари

— Будем соблазнять… друг друга…

Его язык легким движением коснулся мочки уха…

— Будем мучить… друг друга…

… он прикусил нежную кожу, пока рука искала замок на юбке…

— Кто первым проиграет… исполнит желание другого.

— Ты уже проиграла.

Ловким движением Слава развернул меня лицом к стене, спустил вниз юбку вместе с колготками и трусиками, снова прижал меня к стене своим телом.

— Больше не можешь сопротивляться, — говорил мне на ухо, запуская руки под блузку, двигаясь к жаждущей ласк груди. — Хочешь меня. Хочешь мне отдаться. Хочешь прямо здесь.

Его руки пролезли под чашечки, стискивали грудь, сжимая, дразня пальцами торчащие соски. Его возбужденная плоть упиралась через ткань брюк в обнаженные ягодицы, я подавалась назад, терлась о него, не в силах вытерпеть бурно растущее желание, ненавидя разделяющую нас ткань.

Мое тело горело огнем. Слава освобождал меня от одежды, не разворачивая к себе, целовал, покусывал шею, плечи. Я изнемогала от желания, с нетерпением ждала звука расстегивающейся ширинки, предвкушала тот момент, когда он ворвется в меня. Но больше всего я хотела потерять связь с реальностью. Хотела утонуть в его глазах. Хотела видеть его. Ласкать руками его тело.

Я развернулась и встретилась с его горящим взглядом. Не отводя глаз, распахнула его пиджак, который он затем сбросил с себя на пол. За ним улетел галстук. Ткань рубашки красиво обтягивала мышцы, я на несколько секунд залюбовалась… но без рубашки еще лучше. Я поспешила ее расстегнуть, пока Слава наклонился к моим губам, напористо проник в рот языком, задвигался в ритм с моим. Расправившись с рубашкой, я провела ладонями по рельефам пресса, скользнула по бокам и, остановившись на спине, притянула его к своей голой груди.

Слава припечатал меня к стене, выбивая воздух из легких в свои приоткрытые губы. Его руки спустились по моему телу вниз, пальцы проникли между ног, коснулись мокрого, набухшего от томящегося желания комочка нервов — мой стон утонул в поцелуе.

— Так хочешь? — спросил он, оторвавшись от губ, прожигая взглядом. В ответ я сжала его руку бедрами и закусила губу.

— А я еще сильнее, — подхватил меня на руки.

Я почти вовремя сказала, где дверь спальни, которую он затем распахнул с ноги. Уложил меня на кровать, без проблем найдя ее в темноте, а секундами позже опустился на меня, прижимая голым телом. Следом за ощущением его дыхания на своих губах, я увидела желанные проводники прочь от мира — даже в темноте они светились, но не излучали свет. Будто они были внутри, своими играми зовя меня к себе, растворяя пространство вокруг.

Его губы касаются моих, но я слишком заворожена огоньками; кажется, я лечу к ним, как бабочка на пламя.

— Почувствуй свое тело, — слышу голос Славы. — Разреши ему двигаться так, как оно того хочет.

Его тембр голоса гипнотизирует, подчиняет себе. Я сливаюсь со своим телом, чувствую каждую клеточку, каждый нерв, каждый импульс. Слава разводит мои колени в стороны и врывается внутрь одним движением, а мне кажется, будто сотни искр наполняют мое тело, проскакивают в кровь — и одним стуком сердца позже проникают в грудь, расплескиваясь фейерверком. Я вцепляюсь в спину Славы, еле сдерживаясь, чтобы не выгнуться, боясь оторваться от его глаз. Стону в его приоткрытые губы, через которые вырывается его рваное дыхание.

Он быстро двигается во мне, с каждым толчком рассеивая наслаждение по телу. Оно захлестывает меня с головой, растворяет мысли, поднимает все выше, отрывая от земли. Все вокруг отдаляется от меня, остаемся лишь мы; его губы, прерывистое дыхание, сильные руки, горячее тело, мощные толчки, его глаза, от которых невозможно оторваться.

В один момент он толкается в меня до предела и закрывает глаза — все чувства соединяются в одно, взрываются фонтаном, расплескиваясь бесподобными волнами удовольствия, тело пробивает сладкая дрожь, будто щекоча каждую клеточку. Наши стоны сливаются в поцелуе, я обхватываю его ногами сильнее, ближе прижимаясь, вбирая его в себя до конца, растворяясь от блаженства.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Какое-то время мы просто лежали в кровати, обнявшись. Позже забрались под одеяло. Душа млела от нежных объятий, его тепла, от сладкого послевкусия оргазма, от радостных воспоминаний о сегодняшнем вечере, от ощущения, как прохладный металл обхватывает мой безымянный палец. Легкая улыбка не сходила с моих губ, когда меня окутывало сном.

— Спишь? — услышала я голос Славы.

— Нет, — ответила я и скрыла зевок в подушку.

— Когда хочешь сыграть свадьбу?

Для того чтобы ответить на такой вопрос, я даже поднялась на локте. Хотя все равно в темноте не видела его лица. Поэтому вернулась обратно — положила голову на его руку, прижимаясь к нему.

— Может, весной…

— Весной? Почему так долго?

— Надо подготовиться. Ты хотел уже завтра? — хихикнула я.

— Почему бы и нет, — хмыкнул Слава.

— Моя мама расстроится, если я ее не приглашу на свою свадьбу.

— Точно. Отец, брат, сестра…

— Куча двоюродных, троюродных, дяди, тети…

Слава странно затих — еще испугается и сбежит сейчас, предвидя эту кучу народа на свадьбе. И уйму денег, которая уйдет.

— Наверно, будет весело, — сказал он. — Я на свадьбах еще не бывал.

Ага, будет весело, особенно после того, как гости напьются… А какая же свадьба проходит без приключений или драки? Но я придержала при себе пока что эти мысли.

— Если хорошо подготовимся, то будет весело.

— А ты права. Хотя бы с той стороны, что весной будет теплее. Хочу купить тебе потрясающее платье, фасон которого не будет зависеть от погодных условий.

— Ты так говоришь, будто собрался его сам выбирать — так нельзя.

— Нет. Я полностью доверяю твоему вкусу. Мне нравится, как ты одеваешься.

Что-то в этом было, просто слышать голос друг друга. Сейчас я могла полностью насладиться тембром его голоса, от которого так балдею.

— Скажи еще что-то.

— Что-то особенное?

— Давай особенное, — улыбнулась я. — Что-нибудь честное, чего я не знаю.

Несколько долгих секунд тишины, и Слава сказал:

— Я еще никому не признавался в любви, кроме тебя. Так интересно… чувствовать. Я рад, что есть ты. Рад, что чувствую это именно к тебе.

Под стук сердца, согретого теплом его слов, бабочки на арфах перебирали струны, играя чудесную мелодию. Я стиснула Славу в объятьях, желая никогда не отпускать.

Эпилог

Мы разрушили жизни друг друга, а взамен создали одну на двоих. Вдвоем, держась за руки, по ней легко идти.

Наша квартира днем была намного светлее, чем могла бы быть залита солнцем. Потому что в ней часто звучал смех, сверкали улыбки, произносились приятные слова. А ночью она наполнялась страстью, нежностью, удовольствием, стонами и исполненными желаниями.

Прикрывая лицо шерстяным шарфом от ветра, я согревалась воспоминаниями о минувшей ночи. Мороз успел прокрасться под пальто, щипая коленки, обтянутые лишь колготками. Я могла бы дождаться Славу дома, но решение, принятое мной, изменило все планы. Я спешила сообщить о своем выборе.

Захлопнув за собой дверь загородного дома, я впустила в помещение несколько мелких снежинок. По огромной прихожей, с идеально ровными стенами без обоев, раздавался равномерный стук моих каблуков, пока я шла вперед, осматриваясь. На верхнем этаже слышалась возня, и только я ступила на первую ступеньку винтовой лестницы, в сумке зазвонил смартфон.

Сегодня пятница. Почему мама звонит в пятницу? Случилось чего? Возможно, она не может дождаться воскресенья и спешит рассказать о подготовке к свадьбе. Иногда мне кажется, что это она выходит замуж, а не я…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вздохнув, я подняла трубку:

— Доча! Присядь, — подозрительно взволнованным голосом сказала мама.

Я оглянулась по сторонам и сделала вывод — присесть можно или на корточки или на белые от побелки ступеньки. Осталась стоять, но приняла устойчивую позицию.

— Слушаю, говори.