Особенности магической любви (СИ) - Задорская Виктория

В конце концов вся одежда сформировала большую кучу на полу. Однако холодно мне не было. Каждый его поцелуй и прикосновение отбивался вспышкой на коже. Он разжигал во мне пожар, который могло погасить только окончательное воссоединение.

И это произошло. Я перестала понимать, где заканчивается мое тело и начинается его. Получила то, чего хотела. Мы стали одним целым, единым организмом, что движется в одном ритме. В голове формировались миллионы мыслей, которые так и не смогли сложиться в нечто логичное. Легкая нервозность и волнение превратились в возбуждение, трансформировались в острую потребность чувствовать.

И когда мое тело превратилось в напряженный спусковой механизм, любимый умело направил его, и я взорвалась. Распалась на тысячи частиц, превратилась в краски, которые переливались полярным сиянием…

Когда все закончилось, откинулась на спину, прижимаясь к нему. Внутри что-то болело. Но боль была необычной. Она смешалась с ощущением абсолютного блаженства, радости и расслабления.

Коснулась рукой к груди Адама, наслаждаясь теплом его тела. Он поцеловал меня в лоб, провел рукой по спине.

— Я люблю тебя, Злата, — прошептал на ушко. — Я всегда буду рядом, буду оберегать и заботится о тебе. Даже если ты будешь против. Даже если весь мир будет против.

Удивительные, опасные слова, которые навсегда остануться в моем сердце.

— Я тоже тебя люблю, Адам.

Мужчина снова поцеловал меня, не дав больше произнести ни слова. После этого мы еще некоторое время лежали в объятиях друг друга, не говоря ничего. Бывают минуты, когда слова уже закончились, поэтому остается просто чувствовать друг друга…

* * *

Каникулы пролетели, как один миг. Не успела я моргнуть, как нужно было возвращаться на учебу. Горе от потери Кая постепенно затихало. Возможно, придет время, когда при упоминании о нем сердце уже не будет сжиматься от тоски и вины. Но пока что все воспоминания были слишком яркими и мучительными, поэтому приходилось иногда погружаться в себя, вновь переживая события того дня.

Начало второго семестра началось с вечера почета, который устроила дирекция в честь погибших студентов. В огромной аудитории появились столы с поминальными блюдами, а на стенах в черных рамах висели портреты павших.

Когда все студенты собрались за столами, заиграла печальная музыка. Впереди появились преподаватели, в длинных черных мантиях и шляпах. Лица были торжественные и мрачные.

Они все, как один, подняли руки и выпустили вверх серебристые магические заклинания. Искры превратили потолок на экран, который транслировал лучшие воспоминания о погибших. Вот одна девушка успешно сдает экзамен. Вот смуглый парень выигрывает спортивное соревнование. Когда дошла очередь до Кая, я с замиранием сердца наблюдала за ним.

Парень стоял на пьедестале и победно сжимал в руках диплом об отлично завершенном обучении. Его родители стояли неподалеку и широко улыбались. Все были так счастливы…

Я опустила взгляд вниз. Умереть так легко. Стоит попасть не в то место, не в то время, и у тебя не останется выбора.

Теперь поняла, что готова сделать все, чтобы таких вечеров почета было как можно меньше. Я хочу защищать людей, хочу, чтобы невинных смертей не случалось. Если до сих пор даже не задумывалась о своем будущем, не догадывалась о том, что делать после окончания университета, то теперь четко осознала свое предназначение.

Мои размышления прервал профессор Холодный, который вышел вперед. В зале, где и так не было шума, воцарилась мертвая тишина.

— Сегодня можно долго говорить о том, что произошло, — сказал ректор, — и главная причина, по которой мы с вами здесь собрались, — это потеря наших друзей-студентов, которые стали жертвами ужасного заклинания. Я прошу всех вас встать и почтить павших минутой молчания.

Заскрипели стулья, все в аудитории встали и воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая только тиканьем часов, который отмерял секунды. Какая-то девушка напротив меня заплакала, слезы катились по ее лицу, капая в тарелку. Каждый сейчас чувствовал вес горя на своих плечах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Спасибо, — ровно через минуту сказал ректор.

Студенты вернулись на свои места и начался самый грустный в мире пир, когда никому кусок пищи в горло не лез.

* * *

Остаток семестра запомнился ярким солнечным светом и погожими днями. Очевидно, дирекция решила не усугублять состояние грусти и позаботилась о погожей погоде, которая способствует хорошему настроению и продуктивной учебе.

МУМИЯ вернулась к привычному распорядку, если не учитывать нескольких небольших изменений: были отменены все нововведения профессора Холодного, а миссис Крадж взяла отпуск. Оливер и Дарий выздоровели, поэтому парень радовал меня хорошим настроением, а преподаватель — новыми монстрами и двумя невероятным экспедициями в самые дальние уголки магического мира.

Адам теперь часто появлялся в университете, а жили мы с ним в нашем доме на острове. С Робертом больше не общалась. Он поехал сталкером на нейтральные территории, сказав, что вернется осенью. Агата же решила не восстанавливаться и теперь училась дома. Часто посещала шабаши, ведьмовские семинары, время от времени прилетала ко мне погостить и много общалась с Любомиром. Не знаю, что там у них происходит, но подозреваю, что между этими двумя подозрительная химия.

Быстро шло время, и вот уже были позади все экзамены. Мы с Оливером получили одинаковые оценки, хотя он все равно упорно считал себя номером один в нашей группе. А я уже и не спорила (может старею?) — пусть получает все лавры. Главное, что влюбленность прошла, когда чары рассеялись.

Попрощавшись с сокурсниками, которые ждали свои кареты, чтобы отправиться на каникулы, я переместилась домой и оторопела.

Посреди гостиной были рассыпаны лепестки роз, которые сформировали дорожку. Я медленно двинулась по ней. Лепестки вывели меня на задний двор, а там, на одном колене, в окружении магических вихрей и огоньков, стоял Адам. Он выглядел безупречно: бархатный костюм, белоснежная рубашка и заметное волнение на лице.

Я медленно подошла к нему. Ноги подкашивались, а нижняя губа дрожала от чувств, что накрыли с головой.

Мужчина нежно взял мою руку и, глядя прямо в глаза, спросил:

— Выйдешь за меня, Злата Октябрь?

Эпилог

В храме стояло тринадцать мужчин. Все, как один, были одетые в ярко-красные мантии с масками на лицах. В центре шестиконечной звезды лежал без сознания седовласый человек, прикованный цепями к полу, как дворовой пес… Худой и грязный, похож на бездомного, которого подобрали на дороге.

— Подайте мне пиалу с душами сивилл, — сказал самый высокий из присутствующих.

Ему преподнесли странный сосуд, в котором переливалось золотистое сияние. Человек выплеснул равное количество сияния в каждый луч звезды.

— Череп и воду, — снова холодный приказ.

Через несколько секунд ему в руки подали человеческий череп.

— Стакан с водой, магистр, — к мужчине подбежал горбатый слуга в черной мантии.

Магистр поднял в воздух череп и что-то прошептал. Через секунду тот вспыхнул и превратился в пепел. Золу горбун осторожно собрал и высыпал в стакан, перемешав ее с водой.

— Приведите его в чувство.

Кто-то из круга выставил ладонь вперед и запустил в бездомного заклятие. Мужчина мгновенно проснулся, ошалело оглядываясь по сторонам.

— Что происходит? Кто вы такие? — испуганно спросил он.

— Заткнись, — рявкнул магистр и поднес к его рту стакан. — Пей.

Сначала мужчина сопротивлялся, но ему закрыли нос, поэтому пришлось пить. Когда проглотил всю жидкость, начал жалко рыдать и просить о пощаде, однако его никто не слушал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Через несколько минут в храм занесли ритуальный нож с древними письменами, выгравированными на рукоятке и лезвии.

— О, нет. Только не это! — наконец понял, что происходит плененный.

— Ярик Ясноликий, это честь стать жертвой ради великой цели, а ты визжишь, как поросенок перед убоем, — процедил сквозь зубы магистр.