Кендари Блэйк - Девушка из кошмаров

- Давайте держаться вместе, - предлагаю я, поэтому надежда на лице Кармел медленно исчезает. – Вероятно, ничего ужасающего здесь не будет, за исключением всего нескольких мертвых тел. Просто внимательнее смотрите под ноги.

Мы меняемся местами: впереди иду я, посредине - Томас с Кармел, а замыкает шествие Джестин. Когда мы проходим мимо второго знака, не могу не ощущать, словно эта дорога ведет нас прямо в черную дыру, но я привыкну к этому чувству.

Прежде чем мы натыкаемся на первый труп, проходит десять напряженных минут в молчании. Кармел хватает ртом воздух, но нашему взору открывается всего лишь груда беспорядочно разбросанных костей, грудная клетка и большая часть руки, обросшая мхом.

- Все в порядке, - шепчет Томас, пока я присматриваюсь к ним, пытаясь убедиться, что они не соберутся снова в прежнюю форму.

- Это не так, - шепчет в ответ Кармел. – Все намного хуже. Не знаю, почему я так думаю, но так и есть.

Она права. В одночасье лес лишается своей красоты. Здесь теперь нет ничего, кроме горя и застывшей тишины. Кажется невозможным, что кто-то еще может захотеть провести последние дни своей жизни в этом месте. Мне интересно, будет ли лес в таком случае заманивать людей своим ложным ветерком и солнечным светом, скрывая свои истинные намерения, что весь этот чертов мир корнеплодов и оттопыренных ветвей на самом деле терзает людей, словно паук?

- Мы скоро будем на месте, - сообщает Джестин. – Осталось меньше мили. Продолжаем двигаться в сторону северо-востока.

- Она права, - проговариваю я, переступая через поваленное дерево. – Еще полчаса, и все закончится.

Боковым зрением я неожиданно замечаю еще одно свежее тело, до сих пор одетое и не разорванное на части. Оно висит, прикрепленное к стволу дерева. Я вижу только одну его сторону, продолжая наблюдать, даже если и ожидаю, как оно пошевелится или как сломанная шея резко дернется в нашу сторону. Но ничего такого не происходит. Мы проходим мимо и натыкаемся еще на одно такое же. Обычная заблудшая душа.

Поход продолжается, мы стараемся ступать по земле как можно тише, хотя и возникает желание дать деру. В этих лесах тела встречаются на каждом шагу, некоторые из них сложены в кучи, другие же разбросаны по отдельным кускам. Вот кто-то до сих пор лежит у поваленного бревна, одетый в костюм и галстук, с разорванной челюстью и черными впалыми глазницами. Я хочу развернуться и взять Кармел за руку. Мы должны найти способ собраться с силами.

- Повтори еще раз, почему ты это делаешь? – сзади раздается голос Джестин. - Кое-что мне рассказал Гидеон, немного Томас. Но вот от тебя я так и не услышала ответа. Почему ты вляпываешься в неприятности из-за этой мертвой девушки?

- Эта мертвая девушка, как ты выразилась, спасла наши жизни, - отвечаю я.

- Я слышала. Но это означает лишь то, что ты просто зажигаешь свечу, то и дело кланяясь ей, а вовсе не то, что пересекаешь океан и топаешь сквозь лес мертвых только ради того, чтобы найти способ перебраться на другую сторону, чтобы вытащить ее оттуда. Она сделала это нарочно, не так ли?

Я осматриваюсь вокруг. Пока других тел не видно.

- Нет, - отвечаю я. – Она поступила так, как считала нужным, и в итоге оказалась там, где ей не место.

- Где бы она ни находилась, это ее выбор, - сообщает Джестин. – Ты же понимаешь, что я права, не так ли? И это не то место, которое люди привыкли называть Раем или Адом. Это где-то вовне. За пределами всего. За пределами правил, всякой логики и законов. Не имеет значения, хорошо это или плохо. Правильно или ошибочно.

Я иду быстрее, даже если ноги чувствуют себя, как только что приготовленная лапша.

– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я, а она, затаив дыхание, улыбается.

- Ниоткуда. Этому меня учили, а также рассказывали.

Через плечо я устремляю взгляд на Томаса, который пожимает плечами.

- Каждая вера придерживается своей собственной теории, - отзывается он. – Возможно, они правы. А может, и нет. Во всяком случае, я не философ.

- Тогда что сказал бы Морфан?

- Что мы все идиоты, раз решили идти через Лес-Самоубийцу. Мы все еще движемся в верном направлении?

- Да, - отвечаю я, но, как только звучит его вопрос, уже не так в этом уверен.

Из-за странного здесь света я не могу отследить солнце. Такое чувство, что мы все время идем по прямой линии, но если двигаться так достаточно далеко, то она может вовсе изогнуться и вернуть нас к самому началу. Поэтому какое-то время мы просто шагаем.

- Итак, - проговаривает Джестин после нескольких напряженных минут в полной тишине. – Вы все были друзьями этой мертвой девушке?

- Да, - отвечает Кармел.

Ее голос обрывается. Она бы с удовольствием закрыла рот Джестин. Не потому, что обиделась, а просто предпочитая наблюдать за деревьями и трупами. Как ни крути, они обычные трупы. Акр за акром появляются новые разлагающиеся тела. Это чудовищно, но не опасно.

- А может быть, вы больше чем друзья?

- У тебя проблемы на этот счет, Джестин? – интересуется Кармел.

- Нет, - отвечает она. – Не совсем так. Мне просто интересно, какой в этом смысл? Даже если вы не умрете, и вам удастся вернуть ее назад – это еще не означает, что она с Касом где-нибудь осядет, и они вместе будут растить детей.

- Мы можем просто заткнуться и пройти, наконец, этот лес смерти? – рявкаю я, глядя прямо перед собой.

О чем мы вообще говорим, когда здесь повсюду свисают с ветвей люди, словно чертовы рождественские украшения на елке? В настоящий момент концентрация – превыше всего, а не какая-то там неподтвержденная теория.

Но Джестин не умолкает. Она продолжает болтать со всеми, кроме меня. Затем спокойно принимается за Морфана и магию. Возможно, поступая так, она показывает, что я ей не босс, но мне кажется, все только потому, что таким образом она пытается лишь скрыть свое нарастающее волнение, потому что идем мы уже очень давно, а конца еще не видно. Тем не менее, мы упрямо продолжаем топать вперед, и единственная мысль, засевшая в наших головах, что не может Орден находиться так далеко. Возможно, если мы постоянно будем думать об этом, это окажется правдой.

Мы преодолеваем ещё половину мили прежде, чем Кармел, наконец, шепчет:

- Мы движемся не в ту сторону. Мы уже давно должны прийти на место.

Лучше бы она ничего не говорила. От паники у меня на лбу выступает холодный пот. Последние пять минут, по крайней мере, я тоже думал об этом. Мы прошли слишком далеко. Либо Джестин была неправа, когда прикинула расстояние до Ордена, либо Лес-Самоубийца намного масштабней, но пульсация в глотке указывает на последнее: мы вступили на его территорию, и теперь он не выпустит нас. Но, как ни крути, никто здесь не собирается совершать самоубийство. Это происходит лишь, когда лес сводит их с ума.