Вики Филдс - Ад на земле III (СИ)

Несколько секунд, я привыкала к яркому свету, когда внезапно услышала женские голоса, раздающиеся эхом в коридоре. Не тратя время на размышления, я нырнула под стол, стоящий между огромным холодильником, и посудным шкафчиком, слева от меня, и притаилась.

— Она не хочет это есть. Я не знаю, что будет… Я не знаю…

— Ей нужно хорошо питаться.

— Она может потерять ребенка.

— Ты знаешь о ребенке?!

— Да, я сразу распознала, что она беременна. Моя дочь недавно родила близнецов… ох, и шуму…

Шаги удалились. Эти две женщины, беседуя, прошли мимо кухни, и я смогла облегченно выдохнуть, облокотившись о стену позади себя.

Они говорят о Кристине. И я хочу знать, где они ее прячут.

Я собралась выползти из укрытия, но голоса вернулись:

— Она вчера совсем слегла…

— Ага…

— Бедная девочка… за что он с ней так?

— Не хочет унаследовать его корпорацию. Она уже не раз сбегала из дома. Вот мистер Грин и посадил ее под домашний арест, чтобы больше не сбегала… а она еще и ребенка…

— МОЛЧАТЬ!

У меня сердце ушло в пятки, а потом резко подскочило к горлу, так, что меня чуть не стошнило на кристально чистый пол кухни.

Кристофер Грин. Меня затрясло, от ярости, смешавшейся с крупицами страха. Пот выступил от перевозбуждения, и я, зажмурившись, медленно выдохнула.

— Я уволю вас обеих, — с презрением прошипел он. — Сплетницы.

— Простите…

— ВОН!

До моих ушей донесся топот, а затем наступила кратковременная тишина, после чего:

— Всех их выпороть нужно, как в старые времена поступали со слугами.

Я распахнула глаза, осознав, что он вошел на кухню, и стоит теперь, облокотившись о стол. Мое сердце заколотилось. Я вжалась в стену, и подтянула колени к груди, не мигающим взглядом, уставившись на коричневые кожаные ботинки этого чудовища.

Мне страшно.

И внезапно меня посещает мысль: он бы испугался, если бы я выскочила внезапно из своего укрытия?..

— Сплетничают. Изабелль была права, нужно выкинуть их всех из дома, и самим заняться Кристиной.

Когда он упомянул Кристину в моей голове поднялся шум.

Я сглотнула. Зажмурилась.

Если он меня увидит, у меня будет как минимум несколько секунд до того, как он осознает, кто в его доме. За это время я могу напасть. Но… Кристина? Я должна высвободить ее для начала, и лишь потом действовать.

По моей спине поползли мурашки.

Кристофер Грин отошел от стола, и принялся рыться в шкафу, рядом. Я прислушивалась к каждому его движению, что сопровождались невнятным, злобным бормотанием:

— Я проучу эту девчонку. Нужно сказать Изабелль, чтобы спустилась в подвал. Если она с ней поговорит, все сразу встанет на свои места. Проучить…

Шуршание усилилось.

Затем, я увидела, как Кристофер Грин с подносом с бутербродами и чаем подходит к кухонному лифту, слева от входной двери, нажимает на кнопку, и отправляет поднос вниз.

— … съест пока не подавится… — слышала я его бормотание.

Затем, он ушел, и его голос смолк.

Меня охватила дрожь, я с трудом расцепила пальцы, на коленях, и ползком выбралась из-под стола. В ушах все еще звучал его голос:

«Пусть Изабелль с ней поговорит…».

Что они хотят сделать?

Я сжала зубы.

Подвал.

Кристина в подвале.

Я успею раньше Изабелль, и когда придет она, то увидит вовсе не Кристину, а меня, монстра, от которого все так тщательно пытаются избавиться. Будет забавно посмотреть на их лица…

Я подошла к кухонному лифту. Затаив дыхание осмотрела железную коробку, которую я действительно собиралась использовать сейчас. Здесь все еще был поднос с едой — Кристина отказалась есть. Я быстро убрала его, поставив на стол, и вернулась.

Несколько драгоценных секунд я решалась. Я могу попасть в подвал, не тратя время на его поиски, только если я спущусь на кухонном лифте. Выдержит ли он меня? Думаю, да — за последнее время, я сильно похудела — наверное, вешу около сорока пяти килограммов…

От волнения, я даже не помню, что именно ощущала, когда забиралась в кухонный лифт, и когда спускалась вниз — было лишь громадное облегчение, когда я оказалась в темном, сыром подвале, и к своему счастью, не обнаружила никого из охраны Кристины, или что хуже — Изабеллу или Кристофера Грина.

Я посмотрела вперед, стараясь разглядеть в темноте, что-то вроде двери, но диапазон моего зрения был невелик — я видела лишь деревянные колонны, упирающиеся в потолок, и ящики, сложенные по углам.

— Кристина? — шепотом позвала я, понимая, что поступаю опрометчиво — но я не могла медлить. Изабелль может войти в любую минуту. — Кристи?

— Кто здесь?

Я вздрогнула, и обернулась. Она стояла позади меня, в ореоле газового светильника, и я отчетливо видела ее — на ней были грязные джинсы, и широкая, вязаная кофта, на несколько размеров больше.

У меня защипало в глазах, а по спине поползли мурашки от ужаса.

Я сделала к ней шаг, и Кристина испуганно шарахнулась. Мое сердце сжалось.

— Кристина, это я, Аура… ты меня помнишь?

Несколько секунд звенящей тишины, когда она разглядывала меня, затем, всхлипнув, бросилась ко мне. Я содрогнулась от странного, противного звука — это цепи гремели по цементному полу, затем, Кристина с криком грохнулась к моим ногам — цепь не позволяла ей и шагу ступить.

Я быстро подняла ее на ноги, и она затараторила, не обращая внимания на разбитую губу, и царапину на щеке:

— Как ты вошла? Они схватили тебя? Они хотят тебя убить! Где Лиам?! Где Рэн?! КАК ТЫ ПОПАЛА СЮДА?

Она выглядела безумной. Ее глаза были огромными, и сумасшедшими. Ее некогда красивые волосы отросли еще сильнее чем прежде, и свалялись от грязи и пыли. Я держала Кристину за плечи, удерживая от себя на расстоянии вытянутой руки, чтобы смотреть в ее глаза, видеть ее ненормальное лицо, грязные волосы, и сумасшедший взгляд.

— Я сама пришла. У меня есть план, — прошептала я, обнадеживающе улыбаясь. Взгляд Кристины метался по моему лицу, словно она не могла поверить, что я стою перед ней. Внезапно ее взгляд остановился на моих глазах, и я поняла: она соображает.

— А Лиам и остальные знают об этом?

— Он знает о том, что ты беременна. — Я сменила тему, чтобы не обсуждать то, о чем мне, в общем-то, говорить не хотелось. Кристина резко отстранилась от меня:

— О чем ты говоришь?

Мое лицо вытянулось. Неужели, Кристина не знает, что с ней происходит? Почему на ее лице этот невообразимый ужас, который еще и усугубляется тем, что она выглядит как оживший мертвец.

— Я говорю о твоем ребенке, — строго сказала я. Не хотелось, чтобы она и передо мной прикидывалась. — Тот, что у тебя в животе, ну ты знаешь…