Сказка рядом - Рокова Яна

же натягивая одеяло повыше, в надежде спрятаться от Ангела Смерти. Умирать почему-то резко расхотелось - у нее еще дочь не замужем, и сын совсем не взрослый.

- Ага, - обалдел парень. - А что с тобой?

Аня с трудом, но все подключила «резервное питание», и наконец дошло:

- Александр?

Алекс убрал крылья и осторожно опустился на краешек разобранного дивана:

- Радость моя, я тебя напугал, что ли?

- Ну, в общем-то да, - созналась Аня, попыталась рассмеяться, но тут же закашлялась, судорожно сжимая руками затылок - казалось именно там кашель отдавался очень резко и череп грозил просто взорваться изнутри. Откашлявшись, Аня пожаловалась: - я заболела...

- Уже догадался, - сочувственно вздохнул асур. - Я могу тебе чем-нибудь помочь? Жаль, у меня нет способностей Эсарлухара, и я не Асурендра... Я могу лечить только прикосновением, а если дотронусь до тебя...

- Я знаю, - перебила девушка. - Не переживай. Люди часто болеют. Сегодня не самый удачный день для встречи... Мне так жаль... Но я не хочу, чтобы ты видел меня в таком состоянии, Алекс.

Она снова закашлялась.

- Мне... уйти? - тихо спросил Александр, холодея при мысли, что он оставит ее здесь такую жалкую и беспомощную и потом не увидит еще три месяца... А ведь организм людей такой слабый - вдруг какие-то осложнения...

- Наверное, так будет лучше.

Аньке на самом деле сейчас было почти все равно - уйдет он или останется. На самом деле хотелось просто, чтобы перестал хотя бы донимать этот отвратительный кашель.

Алекс поднялся. Посмотрел на несчастную женщину, которой в данный момент было самой до себя, и вновь опустился на край ее кровати.

- Не могу, Ань, давай, попробуй настроиться, солнышко, Я уверен - ментальная встреча будет лучше. И я все-таки попробую тебя полечить.

В его голосе не было большой уверенности, зато сквозило столько отчаяния, что Аня поняла, что он действительно просто не может уйти не попытавшись (слишком уж тяжело для него ожидание встречи) и сжалилась.

- Включи свет, - попросила она. - Там на столе термос с кипятком и «Фервекс» - пакетик с порошком. Надо высыпать пакет в чашку и залить кипятком. Давай попробуем, собью температуру, и, может быть, получится.

- Обязательно получится! - асур метнулся к столу.

Зачем ему свет? Он и так прекрасно ориентируется.

Аня еле сдержалась, чтобы не дотронуться до его руки, протянувшей ей облегчающий состояние напиток...

...Горячий пар висел в воздухе небольшого помещения. Бревенчатые светлые стены, низкий потолок, широкие деревянные лавки. Бак с углем, печь. Баки с водой, деревянные ковши, какие-то кадушки, мочалки, связки веток березы, дуба, запах эвкалипта... Алексу трудно было с непривычки дышать в горячем влажном воздухе этого помещения. Тело моментально покрылось крупными каплями пота. Зато Аня удовлетворенно поправила на себе повязанную над грудью простынку и соблаговолила пояснить:

- Это русская баня. Будем изгонять хворь, пока температура спала.

- Как?

- Я тебя научу, - подозрительно заговорщески подмигнула Аня, - сначала я тебя полечу, потом ты меня. Ложись на лавку на живот. Простынку можешь снять.

- Ты уверена, что надо на живот? - ухмыльнулся Алекс. - Заинтриговала.

- И совсем не так, как ты подумал, но тебе понравится! - зловеще пообещала Аня. - Уверена - такого способа ты еще не встречал.

- Знаешь, - насторожился он, хотя улыбка все еще блуждала на губах парня, покорно укладывающегося на лавку, - мне почему-то делается страшно.

- Не бойся, - ободряюще похлопала Аня его по плечу, - Будет больно - кричи.

- Шутишь, да? - с надеждой спросил асур, представляя, как он будет медленно-медленно развязывать ее простынку и ласкать теплое упругое тело своей девочки. Аня каждый раз немного стеснялась вначале, зато потом поддавалась на его ласки, подставляясь сама, прогибаясь навстречу его ладоням, словно грациозная кошка...

- Не-ка. Зато потом будет кайф. Доверься мне.

Аня сдернула с него простыню и зачем-то взяла мокрый веник из большого таза, в котором тот отмокал. Алекс озадаченно нахмурился, но пока еще ничего не предвещало, что его сладкие мечты могут сегодня не совпасть с Аниными.

- Можешь зажмуриться, - великодушно разрешила девушка...

Да уж, такого Алекс еще никогда не испытывал. Его высокородная задница и спина никогда еще не подвергалась столь кощунственному наказанию, даже в детстве. Ничего себе метод лечения! Варварский какой-то.

Мокрые горячие листья эвкалиптового веника, которым человечка сначала просто провела по его плечам, по спине вдоль позвоночника, по ягодицам и ногам, заставили вздрогнуть и непроизвольно зажаться. Но когда Анька, нежная и ласковая его Анька, со знанием дела начала хлестать его по обнаженному беззащитному телу - Алекс только чудом заставил себя не взвиться с места, но взмолился:

- Остановись! Хоть на минуту, Ань! Я понял! Мы сегодня играем в садо-мазохистов! Ань, ну честное слово, я себе представлял это немного иначе... На Харате это по-другому, давай я тебе покажу, - попытался он развернуться.

- Нет, солнышко, нам не нужна плетка и наручники, - выразительно погрозила Анька эвкалиптовыми «розгами».

- А может все-таки традиционно? - жалобно взглянул на нее асур. - А?

- Э, нет, - рассмеялась девушка, окатывая его горячей водой из огромного ковша.

Алекс задохнулся, отфыркиваясь.

- Ань! Ну что я тебе сделал плохого? Если обидел чем, так и скажи, я готов умолять о пощаде... - попытался он подняться.

- Лежать! - прикрикнула садистка, вновь берясь за веник...

С Анькой Александр обращался не в пример бережней, хоть она и недовольно ворчала. Но он просто не мог ее отхестать так, как она этого просила - ее плечи, нежная спинка и такая ммм... все, что ниже - были и так красными, и теперь хотелось все это богатство, открытое взору еле сдерживающего естественнве порывы парня, не мучить какими-то дурацкими ветками, а нежно-нежно целовать, залечивая... Но Аня поднялась и потянула на себя мокрую простынку, лежавшую в стороне, чтобы прикрыться.

- Эээ, зачем? - запротестовал Асур, поняв, что сейчас она снова целомудренно все прикроет. Он был категорически не согласен.

- Это еще не вся процедура, пошли!

В предбаннике [из инета]

Алекс уже старался ничему не удивляться. На самом деле он сейчас чувствовал какую-то странную легкость. Сам распаренный, красный, истекающий потом, и рядом такая же Анька, со смешным тюрбаном из полотенца на голове и прилипшими к спине эвкалиптовыми листочками.

- По идее, веник должен быть березовым,