Куратор Тёмного факультета - Екатерина Стрелецкая

я к Вам по делу. Насколько сумела понять за  короткое время, профессор Стейнбрек отличается достаточно мерзким характером и не брезгует никакими методами, чтобы достичь желаемого. У меня есть идея, как можно подстраховаться, чтобы не получить проблем после его увольнения, если он захочет отомстить или вернуть свою должность в Академии.– Я тоже уже об этом думал. Но он настолько меня сегодня вывел из себя, что не поставить его на место, а потом тянуть с увольнением не было никакого желания. Своими связями Стейнбрек действительно может доставить Академии неприятности. Какие предложения будут? Я пока что набросал письмо в Совет по образованию, расписав все причины, послужившие увольнению.Я улыбнулась и расстегнула сумочку, подкидывая оба артефакта на ладони.– Вы снова записывали? Только не говорите, что Ваши серьги всегда всë фиксируют...– Во-первых, не только серьги... Во-вторых, не всегда. Я бы рехнулась постоянно очищать свои украшения-артефакты.Гленарван ловко поймал оба артефакта и сел за стол. Активировав первый, он внимательно всмотрелся в запись. Несколько раз он мельком бросал на меня взгляд, а потом снова сосредоточивался на изображении. Когда до конца оставалась буквально пара минут, он не выдержал и остановил запись:– Адарнелия Эмильрин, почему Вы на меня так внимательно смотрите? Что-то не так?– Извините, хотела удостовериться, что с Вашим зрением всë в порядке.– Это Вы меня простите, забыл поблагодарить за капли. Раздражение прошло так быстро, что я даже не вспомнил сейчас, что что-то болело.Я выдохнула. Словно гора с плеч упала.– Я рада, что не ошиблась со средством. Но мне кажется, что кое-что всë-таки осталось... На всякий случай захватила ещё пару снадобий с собой. Вы позволите мне взглянуть?Вместо ответа Гленарван просто переставил кресло боком к столу  и снова сел.– Посчитаю это за согласие.Я подошла к нему настолько близко, что наши колени соприкоснулись. Слегка дотронувшись пальцами до скул, заставила Гленарвана чуть запрокинуть голову назад. Какой же всë-таки у него красивый цвет глаз. Мне казалось, что они серые, а на самом деле – серо-синие, меняющие свой оттенок и интенсивность в зависимости от одежды и освещения. А ещё я почувствовала, как участилось его дыхание, и сердце забилось сильнее, стоило мне прикоснуться к его лицу. Нет, это не было волнение, или страх... Так, Эми, соберись! Быстро возвращай свои мозги на место!Я приложила подушечки больших пальцев к внешним уголкам глаз и чуть надавила. Убрав руки, сделала шаг назад.– Вот теперь полный порядок.Гленарван проморгался, а затем посмотрел наверх, потом вниз, вправо-влево.– Что это было? – тихо спросил он.– Так, лëгкое проклятие. Профессор Стейнбрек "постарался".– Я не про это. Что за зеленовато-серая дымка на мгновение заволокла глаза, а потом исчезла?– Заметили всë-таки... У меня есть небольшой целительский дар. Я просто выжгла остатки проклятия и немного Вас подлечила.– Адарнелия... Эмильрин, но Вы же Тëмная... – задумчиво произнëс Гленарван.Я пожала плечами:– Ну и что. Тьма многолика. В каждом из нас есть и свет, и тьма. Равновесие, которое нарушается, в зависимости от настроения. Когда мы радуемся, то излучаем свет, когда злимся – тьму. Вы были раздражены, когда я пришла. Собственно, Вашу Тьму вытащила и обернула против же Вас, но с положительным эффектом. Вот и всë.– Спасибо.– Не стоит благодарности. И спасибо за пирожные. Пожалуй, я пойду. Скоро ужин, и мне нужно будет сопровождать моих студентов.– Да-да, конечно. Не смею больше задерживать... – как-то отстранëнно пробормотал Гленарван, наливая в стакан воды из графина.Я кивнула и вышла из кабинета. Но не прошла и пары метров, как меня окликнул не пойми откуда взявшийся Хендрик.– Госпожа куратор! Я Вас как раз-таки искал!

Глава 49. Затишье перед бурей

Выходные прошли тихо и мирно. Даже сказала бы иначе: без Нокса и профессора Варнхофа, что было крайне непривычно. За все эти дни мы с Гленарваном пересеклись лишь только раз в коридоре, да и то совершенно случайно. Он шепнул, что наша с ним задумка удалась: письмо с вложенным артефактом, отправленное тем же вечером, когда я принесла запись, опередило жалобу Стейнбрека на произвол действующего ректора Академии магии Миверна.В общем, не зря активировала записывающий артефакт не только в серьгах, но и на одной из шпилек для волос, когда услышала шум в коридоре за секунду до того, как Стейнбрек ворвался в кабинет. Говоря Гленарвану о том, что серьги – это не единственные артефакты, которыми пользуюсь, я нисколько не лукавила. На мне и моей одежде всегда много различных "штучек". А что поделать, ведь всегда надо быть наготове, особенно, если ты – Тëмная, путешествующая по землям Светлых.Правда, Гленарвану всë равно пришлось отписываться на уточняющие вопросы, но это сущие мелочи по сравнению с тем, что не будь доказательств, его бы затаскали вызовами "на ковëр". Ещё я так поняла, при Совете по образованию существует комиссия по этике или что-то в этом роде, теперь к Стейнбреку возникли и от неё большие вопросы. Так что в ближайшее время бывший профессор боевой магии будет о-о-очень занят.Нет, он, конечно же, попытается накляузничать и на меня, вот только оставленная мной метка на всякий случай напомнит о том, что с Тëмными шутки плохи. Разрядами молнии бить не будет, но неприятных ощущений доставит сполна. О том, что разорвала подонку щëку ни капли сожаления не испытываю. Даже если вызовут на Совет. Изобразить дурочку проблемы не составит: подумаешь, хотела отвесить пощëчину, да рука сорвалась. Я же девушка, в конце концов. Хрупкая и беззащитная, просто не рассчитала силу удара. У меня и специальность вполне себе безобидная. Могу документы предъявить.В принципе, сожалею только о том, что вдобавок не переломала Стейнбреку пальцы на руках. Чтобы не писал всякие гадости. И язык бы прищемила, дабы впредь думал, когда рот открывать и кому что говорить.После того, как Хендрик меня встретил у кабинета Гленарвана, мы снова с ним понеслись к башне, согласовывая на ходу нюансы. Суббота так же пролетела быстро: урывками между башней и подготовкой к занятиям. По тому, с какой лëгкостью завхоз всегда меня находил, я стала подозревать, что у него в роду точно были или домовые, или барабашки. Иначе как можно было, не будучи духом, так быстро ориентироваться?!  Зато в понедельник утро моих студентов началось с общего сбора, инициатором которого, собственно, была я.Дав час на сборы, объявила о том, что переезжаем в башню. Едва все вещи были упакованы, как явился Хендрик с подручными из числа проштрафившихся студентов Факультета Бытовой магии. Их задача состояла в