Упрямая. (Не)пара для волка - Кира Райт

заставляя забыть обо всём на свете. Такой вариант ужина нравится мне гораздо больше.

Но не успела я выразить свою радость по этому поводу, как Эмин подхватил меня на руки и сам отнёс на постель, нашептывая на ушко, как сильно скучал, как ему без меня было плохо, и что едва держит себя в руках.

Только начав целовать мои плечи, он немного напрягся, вновь вглядываясь в моё лицо. Что? Я за эти несколько дней мылась раз двести уже. Он не может что-то чувствовать… Чтобы отвлечь его, потянулась навстречу сама, обвивая его шею руками.

И он вроде отвлёкся, как нужно, накинулся, прижимая к себе и громко дыша. То, что нужно. Только был такой…не знаю. Другой. Какой-то немного злой что ли, даже немного грубоватый, что заводило меня ещё больше. Это было немного странно, но мне нравилось.

А ещё я вновь ощущала то жжение в своей груди, только меньше, чем прежде. И почему-то хотелось ещё понервировать его, а потом вцепиться в зубами… До крови. Не просто укусить, а сделать больно… Хотя его и в другом смысле хотелось, но всё это так сильно смешивалось, что моё сознание уже куда-то уплывало. Вот что это вообще со мной такое?

Эмин же будто тоже чувствовал мои тайные желания и реагировал на них крайне отрицательно, но выражал своё недовольство в такой форме, что я готова была ещё разок его сильно так разозлить.

Во-первых, он разодрал на мне всю одежду в мгновение ока. Во-вторых, я не успела даже сообразить и ожидала доооолгую прелюдию, как всегда, но он накинулся сверху и оказался во мне сразу же, заставив вскрикнуть.

Это было удовольствие на грани с болью от первого резкого движения, но мне отчаянно хотелось ещё…

– Смотри мне в глаза, Эли, – он сжимал мои волосы на затылке, продолжая толкаться внутрь. – И не сдерживайся, хочу, чтобы ты постонала для меня…

Нифига себе Эмин. И такой может быть. А я уже не только постонала. От этих его действий и слов ощутила первые спазмы оргазма почти сразу же. Это ж просто вау. Такой жёсткий, резкий, страстный… и моооой. Всё равно только мой.

– Рано, лисичка, мы ещё не закончили, – рыкнул он мне, ускоряя темп, заставляя издавать ужасно пошлые звуки, разбавляемые шлепками двух обнажённых, разгоряченных тел друг о друга.

– Это круче, чем американские горки, – говорю, постанывая, через слово. И сразу же забываю про желание ему противоречить и кусать, подчиняюсь, вообще без спора.

– Ммм, нравится так, Эли? Скажи, – приказывает, а не просит! С ума сойти! Я же сейчас снова…

– Даааа, – выдыхаю.

И он словно с катушек слетает, насаживая меня на себя раз за разом, оставляя на теле следы от жарких поцелуев. Аааа....Всё, больше не могу терпеть! Сжимаю его изнутри, царапаюсь, и даже рычу немного.

– Умница, Эли, – тяжело дышит он и кончает, догоняя меня.

А потом не позволяя отодвинуться, не покидая моего тела, укладывает совсем рядом, на себя.

– Я не отпущу тебя никогда, поняла? И не отдам никому. Ты моя.

– Знаю, – улыбаюсь. – А чего ты такой сегодня?

– Какой?

– Ну… Вот это всё… было необычно. Мне понравилось, но что-то как-то волнительно, знаешь.

– Меня просто клинит на тебе. Скучал ужасно, и… Остальное неважно. Но если однажды ты почувствуешь, что перегибаю палку, то скажи, и я остановлюсь.

– Угу…

Полежала, помолчала, наслаждаясь ощущениями, но всё же рискнула.

– Эмин?

– М?

– А можем так ещё разок? – даже краснею, но всё равно продолжаю, мечтательно глядя в потолок, потому что на него смотреть стесняюсь. – Если хочешь, то ещё и как в прошлый раз, когда ты был сзади…

Тут мои щёки уже пылали так, что на них впору жарить моё коронное блюдо Яичницу, то есть… Решилась взглянуть-таки на Эмина, и его горящие страстью глаза снова засветились смешинками и оранжевыми всполохами.

– А ты плохая девочка у меня, лисичка?

– Ну я… – снова отвела глаза, смутившись, но он поцеловал мою щеку, тихо нашёптывая на ушко:

– Я люблю тебя, Эли. Со мной ты можешь быть какой захочешь, слышишь? И говорить, что только вздумается. А ещё… – вдруг резко поставил меня на четвереньки и прижался сзади, продолжая целовать спину, – я исполню любое твоё желание.

Левую ягодицу обжег сначала несильный шлепок, а потом лёгкий на грани с болью укус… Мамочки. Как хорошо то, а…

Глава 44 Где зимуют раки?

Я сидела на кухне, благополучно доедая восьмой бутерброд. Мне было ужасно скучно. Просто невозможно. И куда себя деть, не ясно. Эмин целыми днями мотается по делам стаи, а я сижу дома. Нервничаю, а заняться особо нечем.

С того прекрасного дня его возвращения прошёл почти месяц. И за всё это время в нашей с ним жизни появился всего один, зато жирненький плюс. Каждую ночь, независимо от того, спала я или нет, он будил меня и устраивал такой же жаркий секс. КАЖДУЮ. Словно с цепи сорвался. Всё время твердил, что я его, что не отдаст.

Нет, я не жалуюсь… Скорее, хвастаюсь. Но всё равно странно. Ведь никаких предпосылок к тому, чтобы доказывать мне что-то у него не было. Я ни на кого другого даже не смотрела. Никогда. И с радостью отвечала на его жаркие ласки, подтверждая свою принадлежность. Тем более, если для него это так важно.

Иногда мне казалось, что Эмин злится на меня и таким образом наказывает что ли. Но причин для его недовольства найти не могла. Тем более на прямые вопросы он отвечал, что всё в порядке, а у него просто сложный период и ещё, что обоняние его иногда подводит, поэтому ему кажется всякое. Что именно «всякое» он не говорил, а сама я придумать не могла. Да и не сказать, что его поведение доставляло дискомфорт, была только рада…

Хотя одна странность всё же была. Всё чаще мне очень хотелось поспорить с Эмином, вынудить его делать что-то по-моему, хотя не могла себе объяснить, зачем, если мне это было и не нужно. Просто постоянно в голове и в груди, где ещё порой вспыхивал нестерпимый пожар, желание заставить его… подчиняться что ли.

Не то чтобы до этого я была очень милой и светлой барышней, но и подобными замашками не страдала. Поэтому старалась подавлять свои порывы.

И всё же было место, где я могла проявить это своё желание во всей красе. В постели. Там он мне разрешал всё, хотя если особенно зарывалась своими командами,