Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора (СИ) - ЮЭл

а Стэлла на меня. В недоумении я начала искать то, что умудрилась упустить. И нашла, стоило только обернуться. У ног, изогнувшись дугой, валялись осколки стекла и заостренная рама. Самое интересное, что острием эта рама, была обращена в мою сторону. Меня что, пытались убить?

— Ты всегда был хорош, но сейчас… — мужчина мечтательно протянул и добавил почти шепотом. — Было глупо ожидать иного от прямого потомка первого Бога.

А вот тут уж моя челюсть не устояла на месте. Потомок первого Бога? Наш ректор потомок первого Бога? Разве Боги не являлись обладателями силы войны и мира?

— Еще увидимся.

Старик развернулся и зашагал прочь от студентов академии, ректора и чужеземца. Его никто не останавливал.

— Может, все же надерем ему задницу?

Что значит «надрать задницу» и почему ректор отрицательно мотнул головой из стороны в сторону, я не знала, но последовавшие за этим слова, были приговором и наказание.

— Эль, я запрещаю тебе пользоваться магией за пределами академии.

— Вы не можете запретить мне!

Гекат Соун произнёс ужасное, даже не удосужившись повернуться ко мне лицом. Они с Кристианом о чем-то перешептывались, пока во мне разгоралось пламя. Разумно было бы сдержаться и показать ректору, каких успехов удалось достигнуть благодаря тренировкам. Подумала, потушила огонь в душе, посмотрела по сторонам. За спиной продолжали валяться обломки чьего-то окна. Нагнувшись, взяла в руки небольшую балку, подбросила пару раз для определения тяжести, приноровилась в мишени и…

Широкая спина, в которую попал мой снаряд, медленно обернулась. Левая бровь изогнулась дугой в вопросительном жесте. Мне бы постыдиться выяснять отношения при свидетелях, но… пусть стыдиться тот, кому стыдно. У меня в очередной раз отнимают самое дорогое. Не позволю.

— Вы не можете запретить мне пользоваться магией!

Когда фигура ректора двинулась в мою сторону в сердце на секунду, всего на секунду появился страх. Еще бы он не появился. Любой бы испугался, если б в его сторону шел большой и опасный некромант. А еще взгляд такой… Один из тех, что говорит: «Сейчас ты умрешь».

— Что ты сказала, малышка?

— Вы… — голос сорвался, но я быстро взяла себя в руки. — Вы не можете запретить мне пользоваться магией!

— Отойдите от нее.

Рэм намеревался прикоснуться к плечу ректора, но его снесло волной сиреневого тумана. Серьезно пострадать он не успел. Золотой песок перехватил рыжего в полете, а затем нежно, я бы даже сказала бережно, опустил на землю. Я бросилась было к другу, но меня перехватили за руку выше локтя. Только сейчас пришло осознания насколько же холодно.

— Гекат?! — Настойчиво, но тихо позвал Кристиан некроманта.

Мужчина тряхнул головой, закрыл и открыл глаза.

— Воут, — хриплым голосом произнес ректор так, чтобы его слышали все, — коллекционер. Он обожает собирать магов с редким даром. Маг огня — его мечта. Понимаешь?

— Подумаешь, какой-то старикашка…

— Этот старикашка, несколько минут назад чуть не убил тебя, даже не пошевелив пальцами, и если бы не ректор…

Я с изумлением посмотрела на Стэллу, которая оказалась возле нас с некромантом. Гекат Соун благодарно кивнул ей.

— Ты чего бросилась его защищать? — Шипела я на белокурую красавицу, когда мы, разбившись на пары, шли в сторону академии.

Ректор приказал Агату идти первым, Рэму быть подле друга. А еще рыжий должен был наложить иллюзию, пряча нас со Стэллой от лишних глаз, ибо наш внешний вид не подразумевает спокойной прогулки. Я бы поспорила. В конце концов, его распахнутая рубашка выставляла на всеобщее обозрение два ряда кубиков и могучую мужскую грудь без единого волоска на теле. Бывшая королева академии приложила указательный палец к губам, стоило мне только приоткрыть рот. Пришлось промолчать. А я не любила молчать, когда было что сказать. Это делало одну студентку первой магической академии очень раздражительной. Подумав, решила, что раз Стэлла меня сдержала, ей и страдать от недосказанности, которая прет из всех щелей.

— Я защищала не его, а тебя.

— Что-о-о?

— Я не знаю, что это за маг, но он обладает могущественной силой, позволяющей двигать предметы силой мысли. И он нацелился убить тебя, а ректор спас. Не двинув ни единым мускулом и не произнося ни одного заклинания вслух, он создал вокруг тебя защитный купол.

Так вот почему дугой изогнулись осколки. Они должны были проткнуть меня, но наткнулись на преграду.

— Ты осознаешь, насколько Гекат Соун силён, раз смог использовать «абсолютную защиту». Это высшая магия.

Знала ли я, что ректор силён? Конечно. После произошедшего в поселении сомневаться в могуществе мага было бы глупо. Но «абсолютная защита» — это за гранью. Даже я, плохо учащаяся студентка знаю, что подобное доступно единицам.

— Молчание — золото, — продолжала вещать Стэлла. — Ректор прав, для коллекционера огромная находка маг огня. Вас всего двое. Алексан не по зубам магу. Слишком большой опыт ведения войн. Но ты другое дело.

Вот змея! И как теперь на нее злиться? Кто бы еще два месяца назад сказал, что Стэлла Самарин станет моим другом, получил бы удар под дых. Какая же странная и сложная жизнь. Рэм, что был другом почти три года, стал самым далеким человеком. Ректор, которого я ненавидела, уже не в первый раз спасает мою жизнь. Стэлла из злейшего врага превратилась в лучшего друга. Один только Агат неизменно остается хорошим и простым парням с острым языком и не менее острым умом.

Когда мы вошли на территорию академии, белокурая красавица отделилась от меня и бросилась догонять любимого, который стоял поодаль и вел беседу с рыжим.

— Эль?

— М-м-м?

Гекат Соун стоял совсем близко. Я даже отшатнулась от подобной близости. Это ж надо было так подойти, что ни одна веточка под ногами не треснула под тяжестью веса.

— Переоденься и приходи ко мне. Расскажу тебе о Воуте.

Он провел рукой по спине и исчез за поворотом, что вел к основному входу в академию. А я… А я не поняла, почему от легкого прикосновения мужчины, по телу побежали мурашки. И не знала, как заглушить стук сердца, который нарушает тишину ночи.

Глава двадцать девятая — Лидеры нужны всегда

«Влюбляясь в человека, мы пускаем в свою жизнь и сердце не только его, но и всех, кто ему дорог».

Сердце снова бешено билось в груди. А еще ноги подкашивались от одной мысли, что переступлю порог личных покоев ректора. Неужели я так боюсь получить выговор за выход в город? Или причина в том легком прикосновении к голому участку тела? Тряхнув головой, сделала глубокий вдох и открыла дверь. Не