Ведьма бывшей не бывает (СИ) - Никитина Анастасия

ГЛАВА 40

- Так кто же из них ведьма, богатырь пришлый? - спросил старейшина.

«По щучьему велению…» - прошептала я на грани слышимости.

- Да вот же она! - возмутился Иван дурак. - Что вам всем, заслепило, что ли?

«…по моему хотению…» - я почувствовала, как напряглась рука Ильи, лежащая

на моих плечах: «Скажи, где искать тебя, любушка». Но ответить уже не могла.

- А чем докажешь?

- А чего тут доказывать? - пожал плечами Иван. - Глаза разуйте. Вот она!

«…отнеси меня…»

Иван шагнул к нам по ближе, поднимая руку, и ткнул пальцем в…

В Злату!

«…никуда!» - в последнее мгновенье успела изменить заклинание я. И всё завертелось в безумном водовороте.

Злата издала какой-то душераздирающий визг, скорчилась, словно от невыносимой боли, и вдруг взорвалась, разбрасывая вокруг обрывки ткани и бесчисленных золотых цепочек, увивавших её шею. Толпа единодушно ахнула, отхлынув от помоста, а на месте низкорослой и хрупкой девушки уже стояла двухметровая тварь с нетопыриными крыльями за спиной.

Отдалённо это создание всё же напоминало человека, только очень высокого и худого. Кости так и выпирали наружу, грозя прорвать гранитно-серую кожу. Даже грудь имелась, отвисшая и пустая, словно уши спаниеля. Но на том сходство и заканчивалось. Лицо отсутствовало. Вместо него была морда какой-то неведомой зверушки. Одни глаза чего стоили: огромные, выпуклые, сетчатые, как у стрекозы, да ещё и белёсые. Вместо носа красовались две змеиные щели, а безгубый рот скалился множеством мелких острых зубов.

- Ишь ты, тварь какая, - первым опомнился Олег и потянул из кольца на поясе тяжёлый полуторник. - Давненько я таких не видал.

Одним движением Илья задвинул меня себе за спину и тоже взялся за меч. Я, разумеется, упираться не стала, но в ладонях сама собой заклубилась сила.

А тварь повела слишком маленькой для такого большого тела головой, облизнулась узким раздвоенным языком и проговорила неестественно высоким голосом:

- Ах… Сколько еды пропадает… Кто спасёт попавшую в беду девицу-красавицу? Один за другим становитесь…

Она визгливо расхохоталась и взмахнула крыльями. Потоком воздуха половину присутствующих буквально смело с помоста. Царь, так и вовсе перевернулся вместе со своим золочёным креслом, с которого так и не потрудился встать.

Я бы посмеялась, глядя, как он беспомощно дрыгает ногами, запутавшись в роскошных одеяниях, но мне было не до того. Одновременно с двумя взмахами тяжёлых мечей я отпустила клубящуюся в ладонях силу, на лету формируя из неё толстые верёвки.

Тварь завизжала, лишившись одновременно обоих крыльев, и повалилась с помоста, опутанная, как окуклившаяся гусеница. С длиной верёвок я явно погорячилась.

Люди, давя друг друга, шарахнулись в стороны. А мерзкое создание, извиваясь как червяк, поползло вперёд, прямо на растерянно стоявшего посреди вмиг опустевшего пространства мальчишку. Не знаю, что собиралась сделать пересмешница. Я даже не успела подумать, как её останавливать. Перед глазами мелькнула размытая тень. Мгновенье спустя уродливая голова нечисти уже покатилась по дубовым плахам, которыми была вымощена площадь. А рядом с бьющимся в агонии телом твари стоял Илья. В руках у него ещё подрагивал после удара тяжёлый полуторник, с которого капала густая тёмная кровь.

- Слава герою! - выкрикнул кто-то с помоста.

Мы синхронно обернулись. У перевёрнутого трона стоял берендейский царь и воинственно потрясал раззолоченным, каким-то игрушечным мечом.

- Молодец, сын! И имя своё очистил! И тварь страшную изничтожил! Иди, обниму

тебя!

Илья не двинулся с места. Впрочем, коронованный интриган, видимо, это предвидел, потому что продолжил почти без паузы:

- А с ханом Загорским, кой мне в невестки заместо дочери мерзость нечестивую спровадил, мы теперь по-иному говорить будем!

- Погоди, царь, - к помосту подошёл давешний старик, всё такой же невозмутимый, будто и не он минуту назад удирал так, что только пятки сверкали. - Значит, Илья-царевич-то нам правду сказал? Не было свадьбы. Не может нечисть брачный обет дать. Ибо души у ней нету. Где жрец, что брачный обряд вёл? Уж он-то должон был бездушную видеть.

- Так помер он, - выкрикнул кто-то. - Аккурат после свадьбы!

- Ах, после свадьбы, - протянул старик, который явно прекрасно об этом знал.

- А кто руки брачующимся соединил? Не ты ли, царь батюшка?

Старейшина пристально смотрел на царя. Тот промычал что-то невразумительное, и толпа взорвалась гневными выкриками. Но старик поднял руку, и гомон быстро стих.

- Правду Илья-царевич сказал. Не было клятвы брачной, - холодно и веско проговорил он. - И брехуна, что собственного сына оболгал, нам не царстве не надо. Добавьте, кто желает. А я всё сказал.

«Всё сказал! Всё сказал!» - один за другим полетели с площади выкрики. И с каждым из них царь, так и оставшийся для меня безымянным, бледнел всё сильнее. Он попытался что-то возразить, но его уже не слушали.

- Сейчас тебя на царство поставят, - тихий голос Олега заставил меня вздрогнуть и отвернуться от интригана. Илья, уже успевший вернуться на помост, чуть не выронил меч, который протирал какой-то ветошью.

- Что?! Не надо!

В его голосе прозвучала откровенная паника. А вишенкой на торте стал взгляд, брошенный в мою сторону. Словно богатырь раздумывал, а не бросить ли меч и не схватить ли вместо него меня. Я невольно усмехнулась, а в беснующуюся толпу уже летел зычный выкрик Олега:

- Алёшку! Алёшку на царство! Заместо болтуна этого!

- Алёшку! Алёшку! - подхватили люди. Но среди них нашлись и те, кто явственно выкрикивал имя Ильи.

- Шли бы вы отсюда, голубки, - проворчал Олег, покосившись на нас. - Пока вас пинками в царский терем не загнали. Люди у нас простые да бесхитростные. Не хочешь - заставим, упрёшься - пнём.

Илья с заметной поспешностью бросил меч в кольцо на поясе и протянул мне

руку:

- Пойдёшь со мной, любушка?

- Подальше отсюда я с кем угодно пойду, - буркнула я и первой спустилась с помоста.

В голове царил полный раздрай. Как-то незаметно истаяла радость от победы над хитрой тварью. Да и эйфория, которая расцвела, когда я поняла, что наличие жены для Ильи стало такой же неожиданностью, как и для меня, тоже куда-то испарилась.

Вместо этого я гадала, что же ещё может скрывать пугливый богатырь, и какие сюрпризы преподнесёт мне наша совместная жизнь, буде я опять «пойду с ним». Да и куда мне идти? У меня дом есть, хозяйство, скелет, в конце концов, с мастерской и огородом.

Но углубиться в тему мы не успели. Едва площадь скрылась за поворотом, как послышались бухающие шаги, и из-за угла выскочил Иван-дурак.

- Как же ты не ко времени, - едва слышно пробурчал Илья.

- Дураки всегда не во времени, - фыркнула я словами Олега. - Но сейчас я бы с тобой не согласилась.

Илья бросил на меня какой-то странный взгляд, но ничего не сказал. Вместо него заговорил Иван.

- Фух! Насилу догнал вас! Там на площади нового царя зовут - всё на свете позабыли. И подвиг мой. И твой тоже. Ты чего сбежал? Царствовать не хочешь?

- Не хочу, - мотнул головой Илья.

- Оно и верно. Я б тоже не захотел. Сиди целыми днями на троне да приказы раздавай. А подвиги когда совершать? Не. Свобода мне дороже короны.

- Да ты философ, - хмыкнула я.

Илья явно поддерживать беседу не желал. А вот мне вдруг резко расхотелось оставаться с ним наедине прежде, чем я наведу порядок в собственных мыслях и желаниях.

- Фило… чё? - почесал в затылке Иван-дурак и тут же махнул рукой, едва не врезав мне в нос. - Не. Я не этот, не тот, который фило. Я простой герой!

- А как же ты узнал заразу эту? - спросила я.

- А чего там узнавать, коли у ней морда плыла: то девичье лицо, а то рыло беся чье.