Лето, в котором нас не будет (СИ) - Летова Ефимия

— Чему это ты радуешься? — почти сердито проворчала Олви. Сдула со лба серебристую прядь, отложила книгу на колени. — Во-первых, если мы действительно остались совсем без лайгона, то это ужасно. У нас экзамен меньше чем через три месяца, и вообще, это же один из самых важных предметов! А во-вторых, мой брат как-то ломал ногу, и целитель его излечил полностью дня за три. Не успеешь свободной насладиться.

— А Реджес вообще неодарённый, хотя афишировать этого не любит, — злорадно сказала Леа. — Я тоже в шоке была, когда узнала. По нему и не скажешь, а вот. Неодарённые лечатся до-о-олго, восхитительно долго! И плевать я хотела на экзамен, что есть Реджес, что нет, вопросов там не убавится. Конечно, ему найдут замену, но не скоро, так что…

— Надо же, — лениво отозвалась повернувшаяся было к ней Делайн и тут же снова схватила мою многострадальную руку. — Хорти, расскажи ещё раз, как всё было!

На запястье левой руки у меня красовался браслет из белых округлых камушков оникса, и все девчонки по очереди, даже Леа, со вчерашнего вечера тискали мою несчастную конечность, которая не распухла и не отвалилась каким-то чудом. Я была единственной со всего нашего курса, получившей помолвочный браслет ещё до наступления весны, поэтому соседок можно было понять.

— Да нечего там рассказывать..

— Ага, как же!

— Вы всё уже сто раз слышали…

— Мы хотим в сто первый!

— Ну, ладно. Он пригласил меня в кафе «У Мелдиса»…

— Оу!

— Кафе с двухсотлетней историей!

— Не перебивайте!

— Сначала был ужин, ну, как всегда…

— Интересно, буду ли я когда-нибудь так зарабатывать, чтобы ходить к Мелдису хоть раз в полгода…

— И говорить при этом «как всегда»!

— Да не перебивайте вы!

— Потом он сказал, что такие вещи, конечно, надо делать в кругу семьи, но я же знаю его бабушку, маму и всех остальных — они меня до смерти запоздравляют…

— Даже сенатор Крайтон?

— С дядей Армаль меня упорно не знакомит, — жалуюсь я со вздохом. — Всё боится, что я брошу его и уйду к мальёку Крайтону. В Сенат. А он раз — как очаруется и возьмёт меня к себе работать в виде исключения. И все мечты Арма об идеальной женщине, преданно ждущей его с работы дома с кучкой детишек, разобьются на крошечные кусочки.

— А так они не разобьются? — синие глаза Делайн смотрят на меня непривычно серьёзно и проницательно, а я не знаю, что ей ответить.

— Надеюсь, мы придём к консенсусу! — я старательно улыбаюсь. Последние пару месяцев я постоянно улыбаюсь и вообще стараюсь выглядеть счастливой. Потому что я счастлива. Иначе и быть не может. Но, как небрежно и болезненно-точно бросила как-то Ноэль, совершенно не чувствуюсь таковой.

…Армаль был безупречен, как и всегда. Всё было безупречным, выверенным от и до: его костюм, моё платье, выстроившиеся в две шеренги официанты, букет лиловых лилий на столе, живая музыка на заднем плане, и мне было даже несколько неловко, словно меня вдруг назначили на главную роль в пьесе, а сценарий с нужными словами продемонстрировать забыли.

— Ты сказала «да», то есть, я имею в виду, ты сказала «да», прошептала «да» или прокричала?

Я снова улыбаюсь, так, что уголки губ болят.

— Сказала. Но поставила условие. Экскурсия в Сенат, разумеется.

— Сумасшедшая малье! Ставит условия самому Армалю Гийому… Я бы попросила пару колечек. И отдых на лучшем пляже Бранницы. И…

— А я бы подольше сопротивлялась! И сказала бы «да» только раз на четвёртый… Чтобы больше ценил!

— И не мечтай, Мардж! А поцелуй?! Вы уже целовались?!

— Как истинный джентльмен, Армаль целует только кончики пальцев.

— Ну во-о-от!

Всё почти как и год назад. Год и три месяца назад. Ноэль ожидаемо в стороне, но её равнодушие меня совершенно не задевает и не обижает, я знаю, что все эти девичьи тайны ей отчего-то не интересны. Кроме того, вчера ночью ей стало плохо, и она проснулась с криком и в слезах, белая, как лабораторная мышь, и я буквально чувствовала, как подрагивает подо мной её кровать от сдавленных рыданий, больше напоминавших судороги. Леа сразу утащила подругу в гигиенический уголок — умывать и приводить в чувство, а мне неожиданно пришла неприятная мысль о том, что не только скверноодарённые могут страдать какими-нибудь мерзкими неизлечимыми хворями. Все эти её разговоры о смерти, явное отсутствие желания строить какие-то планы на будущее…

Впрочем, сегодня Ноэль выглядела совершенно обыкновенно, и я постаралась прогнать грустные мысли. Зато остальные были в полном ажиотаже и мучали меня бесконечными вопросами.

С нами не было только Аннет. После той истории с Делайн и парнями-второкурсниками она стала жить в другой комнате. Мы, разумеется, виделись на занятиях и в столовой, но практически не общались. И хотя общения мне хватало, иногда я испытывала смутное неявное сожаление по этому поводу, слишком невесомое и глубокое, чтобы не иметь возможности его игнорировать. Неожиданно мне захотелось поделиться с ней новостью о своей помолвке. Пусть Аннет сама была во всём виновата, пусть её поступок был отвратителен с любой точки зрения, а мстительность вышла за рамки — я всё равно захотела с ней поговорить. Пусть весть о моей скорой свадьбе уже разлетелась по всему КИЛ в тот же самый момент, как Армаль только открыл рот, чтобы позвать меня к «Мелдису»… Но рассказать самой — это совсем другое. Кроме того, наша учёба в Колледже закончится всего через три месяца, и мне хотелось бы идти в новую жизнь без чёрных пятен.

— Малье, — в комнату с поклоном зашла Тирша, наша новая служанка, степенная малья лет сорока, чем-то неуловимо напоминавшая мне Коссет, только гораздо менее строгую и более услужливую. К сожалению, наша привычная тихоня Лисса по какой-то причине сегодня отсутствовала. — Вам просили передать, что занятие по лайгону завтра состоится по расписанию.

Леа замычала и уткнулась лицом в подушку.

Мардж и Беренис внезапно переглянулись.

— Слушайте! — с энтузиазмом произнесла Марджери. — А я поняла, куда делась Лисса!

— Куда? — мне не были интересны их придумки, просто хотелось увести разговор с уже потрёпанной темы «Хортенс и Армаль» в какую-нибудь более свежую сторону.

— Это же очевидно! Она ухаживает за Реджесом! Проведала, что у него такое несчастье, уволилась и побежала к нему! В общем, Беренис узнавала, — тут Мардж перешла на громкий шёпот. — Он! Не! Женат!

— Пойду воздухом подышу, — сказала я и выскользнула из комнаты до того, как кто-нибудь успел за мной увязаться.

* * *

Аннет не было в её новой комнате этажом выше, не оказалось её ни в купальне, ни в библиотеке, и я уже подумала отложить разговор до ужина, как одна из её новых соседок вспомнила, что сегодня малье Айриль вызывали к директрисе. И я пошла к кабинету уважаемой Сандрин Лестор, в котором за почти два года обучения была от силы несколько раз, но из-за приметного запаха её духов трудно было бы заблудиться. Я успела вовремя: Аннет и контрастно светловолосая, светлокожая директриса как раз выходили в коридор. Увидев меня, глава КИЛ оживилась:

— Флорис, вот вы-то мне, видимо, и нужны!

— Э… да..? Я? — только и смогла проговорить, злясь на то, что не сумела вовремя придумать подходящего предлога для побега.

— Именно вы! Зайдите.

— Аннет, — окликнула я бывшую подругу, не удостоившую меня даже взглядом. — Можешь подождать пару минут? — мысленно помянула Стальную космею и покосилась на директрису. — Если наш разговор не затянется…

— Нет-нет, — как-то суетливо отозвалась та. — Я задержу вас буквально на несколько слов.

Мы прошли в кабинет, и тянуть малье Лестор действительно не стала:

— Мне требуется секретарь на пару месяцев до летнего периода. Занятость незначительная — кое-какая работа с документами, сопровождение в паре поездок, приведение в порядок архива в свободное от учёбы время… Я сразу подумала о тебе, такой скромной, ответственной и порядочной, к тому же — из такой хорошей уважаемой семьи, но опасалась, что с учётом новых обстоятельств… — малье покосилась на браслет. — Впрочем, малье Айриль — явно не самая подходящая кандидатура.