День дурака (СИ) - Матуш Татьяна

- Герой, - кивнул Лапин и сверху не прибавил ни пол слова.

- Ну… а что, нет?

- Да герой, герой, - поморщился историк, - а только кашу эту, со смешением миров, именно он заварил. А мы расхлебываем.

- Я думала – тебе здесь нравиться, - удивилась Лиза, - такой материал для научной работы.

- Мне не нравится, что это блюдце так свободно за грань мотается.

- Думаешь, оно там чего-нибудь еще подожгло? – с опозданием дошло до девушки, она аж споткнулась, благо, Лапин бдил и вовремя поддержал за локоть.

- Не думаю. Просто боюсь. Если и не подожгло, так еще подожжет. Придется разбираться с этими Вечными Королями, мало нам Медведя.

- Нам? – удивилась и испугалась Лиза.

- А ты видишь здесь еще кого-то хотя бы отдаленно профпригодного для этой миссии? – девушка потрясенно молчала, - вот и я не вижу. Ну что, поговорила со мной о любви и нежных чувствах? - криво улыбнулся парень. - Хреновый я собеседник на такие темы, вечно все опошлю, как Ржевский. Ты мне скажи, Лиза, Трей тебе вот так, реально, нравится?

- Очень, - выдохнула она. В темноте не было видно, покраснела или нет, но Валере показалось, что покраснела.

- Я тоже не сторонник этого пафоса: «Любовь, кровь и смерть за Родину», - скривился Лапин, - терпеть не могу мелодраму. Но и сам себе я никогда не вру. Ты ведь посоветоваться со мной хотела, да? – Лиза кивнула, - ну, так совет мой будет простым как репка: колдун на тебя запал давно и всерьез, - Лиза вскинула голову, - точно-точно. Он говорил. Так что если нравится – иди к нему, пока он не очухался и не вспомнил про долг, честь и прочее. Я хочу, чтобы ты была счастлива, и не когда-нибудь, в отдаленной перспективе, а прямо сейчас.

- Почему? – тихо спросила девушка, не поднимая глаз.

- Потому, что мы на войне, - просто сказал Лапин, - у меня в семье все воевали, а папа бизнес строил в девяностые. Тоже, считай, воевал. Есть поверье… И оно так часто сбывалось, что можно выводить статистику: счастливых пули облетают. В данном случае – стрелы. Я очень хочу, чтобы ты выжила, Лиза.

- Почему? – одними губами повторила она.

- Потому что тебе двадцать шесть лет. Это не возраст, чтобы умирать. Ни родами, ни на войне. Мы, кстати, пришли.

- Дом Трея, - сказала Лиза, задирая голову.

- Но ведь тебе сюда и надо, - Лапин подмигнул, - иди, ничего не бойся. И – будь счастлива. Счастливых судьба хранит.

Лиза вошла: знакомый холл, большой и неухоженный. Да еще она с этим порохом здесь намусорила. Две лестницы. Одна вела в хорошо знакомое ей крыло со спальней для гостей, кухней и небольшим садиком – балконом. Другая, с гостиной, лабораторией и хозяйской спальней, было землей неведомой. И именно сюда она направлялась. Не слишком ли резко? Нет. Самое время. Хотя бы потому, что другого времени у них может и не быть.

Спальню Трея она нашла сразу – колдун не запирал дверей ни замком, ни заклятьем. То ли принципиально, типа, он такой крутой и страшный, что к нему никто не сунется. То ли просто не переживал по поводу, что у него что-то потянут.

Окна были открыты, лампы не горели, но света яркой луны было вполне достаточно, чтобы разглядеть крупную фигуру мужчины на кровати. Грудь едва заметно шевелилась.

Маг спал одетым, поверх одеяла. Кто-то милосердный, возможно, слуга снял с него обувь. Лиза подошла и присела на край, чувствуя, что губы, помимо воли, складываются в нежную улыбку. Рука Трея лежала совсем рядом – тонкая кисть чародея, в которой никто, даже при очень большой фантазии, не смог бы заподозрить невероятную силу – силу, которая позволила ему натянуть огромный штурмовой лук… И держать в таком положении, пока не будет дочитано заклятье.

Лиза осторожно положила свою ладонь поверх – и удивилась. Тончайшей лепки кисть оказалась больше ее почти вдвое. Надо же, как, оказывается, обманчива эта хрупкость.

- Ты? Здесь? – удивленный голос колдуна заставил Лизу слегка вздрогнуть. – Откуда?

- Из двери, - отозвалась она.

- Я даже заклятье засова не кинул? Молодец, - похвалил себя Трей, - и это тогда, когда в городе полно от-мо-роз-ков…

Лиза хихикнула. Знакомое слово в устах средневекового мага прозвучало занятно.

- Что-то случилось? – спросил Трей, - погоди, я сейчас встану… Во всяком случае, попробую, - поправился он.

- Лежи. Ничего не случилось. Во всяком случае, ничего нового. Штурм мы отбили. На стенах несут караулы девочки Шели.

- Тогда… - Трей все же привстал, и Лиза впервые заметила, что у него глаза светятся в темноте. Интересно, это от того, что он житель сопределья, или потому, что маг.

- Ты же приглашал меня, - ответила девушка, легонько поглаживая его руку, - Ты мне пел. Без маски. Шели сказала, что, по вашим обычаям, если мужчина поет для женщины без маски, значит, приглашает разделить постель. Приглашение в силе? Или я слишком долго думала?

- Тар Всеблагой! – охнул Трей, - Лиза… Я… умру за тебя, легко. Только бы твои глаза вот так сияли в темноте… И мне даже не особенно важно, для кого они будут сиять. Лишь бы ты просто была. Ты так красива…

- Это значит «да»? – уточнила эксперт-криминалист, любившая во всем точность.

- Это значит, я полностью твой, до утра. Пока горит лампада Тара. А утром ты решишь, нужен я тебе, или нет. Но… Знаешь, я после этой дурацкой башни совсем без сил. Глупость получилась, - кажется, чародей смутился. А Лизе стало смешно.

- Напридумывали себе всякого, - сказала она, - любите вы тут, в сопределье, вокруг самого простого дела турусы на колесах разводить. Ты подвинуться можешь? Нужны мне от тебя сейчас постельные подвиги, как коню велосипед. Я ведь тоже воевала и устала, как Жучка. Просто обними меня. И спи. Придет утро – станет видно.

Трей отполз, уступая девушке место, и, с неожиданным проворством, подгреб ее к себе.

- Да… И песня была странная, а уж ночь – вообще ни к столу, ни в стойло.

- Зато ни у кого так не было, - буркнула Лиза, довольная и усталая, - Спи. И не вздумай храпеть, иначе как ткну локтем!

- А я и не знаю, храплю или нет, - растерялся Трей.

- Что так? Никто не сообщил? Боялись, что ли?

- Нет. Просто я еще никого не оставлял в своей постели до утра.

- Ну и глупый, - Лиза повозилась, устраиваясь удобнее, - это ж самое сладкое – вот так поваляться в обнимку. Поспать. Потом проснуться – и снова поваляться.

Трей удивился. Потом задумался, прислушался к своим ощущениям, и понял, что в словах девушки что-то есть. Захотел сообщить ей о своем открытии – но Лиза уже спала, сладко посапывая на его руке.

Утро началось с кастрюльного лязга и воплей:

- Колдун, Дракон, выходите во двор!

И снова – бабах в калитку! Или калиткой…

Лиза проснулась первая, подскочила с окну, запахивая одеяло, которое бесцеремонно стащила с колдуна, и высунулась в окно.

- Кто там вопит, как потерпевший?

- Как спалось? – осведомился Митя. Он сиял такой откровенной, широченной улыбкой, что Лиза подавила первый порыв вылить на него таз для умывания.

- Ты меня разбудил, чтобы спросить, как мне спалось? – ядовито пропела она?

- Не-а, - Митя рассмеялся, - выходите оба, и двигайте к городским воротам.

Первая мысль была – снова штурм. Но как-то не вязалось с ней настроение оперуполномоченного.

- Что случилось-то? – уже мирно спросила Лиза.

- Приходите, - загадочно бросил Митя и утарахтел на мопеде. Вот ведь! И бензин-то у него никак не закончится. Или вместе с мопедом сюда еще колонка провалилась?

- Что там? – Спросил Трей. Он лежал на животе и щурился, как довольный кот. Лиза улыбнулась в ответ.

…Уже под утро колдун то ли сумел восстановить силы магическим способом, то ли выспался, но «просто так поваляться» у них не получилось, что Лизу нисколько не огорчило. Скорее, наоборот.

Пытаясь одновременно удержать сползающее одеяло, подобрать спутанные волосы и нашарить у ложа свою одежду, скинутую в угаре сумасшедшей страсти, Лиза опрометчиво подошла слишком близко. И ее мгновенно утянули в ласковые объятия.