Сколько стоит ваше сердце? (СИ) - Матуш Татьяна

Он сделал пару шагов, вытягивая шею и пытаясь рассмотреть что-то в просвете меж ставнями.

— Арже! — крикнул Марк и бросился вперед, расталкивая ребят.

А дальше случилось одновременно несколько вещей: свистнула тетива — звук был тихий, но в этом безмолвии его услышали все, открыл рот шевалье Арже, то ли чтобы удивиться, то ли чтобы выругаться — и черным зверем прыгнул Винкер, выбрасывая вперед открытую ладонь.

Совершенно пустую открытую ладонь…

Шевалье повалился на камни, сбитый диким, обезьяним прыжком стратега. Тот, словно развернутый неведомой силой, крутанулся на месте и приземлился в аккурат на шевалье.

Арже охнул и все-таки выругался.

— Первая тройка — таверна, вторая — задний двор, третья — на подстраховке, щиты в активный режим. По возможности взять живым! — скомандовал Марк, поднимаясь и протягивая руку Арже. — Ты в порядке? Помощь не нужна?

— Пока не знаю, — ошалело отозвался шевалье, — но если б не ты, точно никакая помощь уже не понадобилась.

Винкер проследил за его взглядом — на сером булыжнике лежал мощный арбалетный болт. На крупного зверя. Или — воина в доспехе.

Подошел генерал Райкер, изобретательно послал неизвестного стрелка в Бездну через три задницы, почему-то куриные. И велел Марку.

— Покажи руку.

— Да все с ней в порядке, — Винкер пожал плечами и продемонстрировал кисть, и в самом деле, даже не поцарапанную.

— Как это могло случится? — парни обступили стратега со всех сторон, но, помня о происшествии, линию щитов не сломал ни один. — Ты болт голой ладонью остановил?

— Я что, по-твоему, Святой Древний Натан? Я воздушную перчатку одел. И силы в нее качнул — обычно я столько в полный щит вливаю. Прочная, зараза, вышла. Думаю, она бы и огненный шар выдержала. До пятого уровня — точно.

— Это невозможно, — изумленно отозвался чернявый, невысокий Фальк, — так быстро нельзя оперировать потоками, это за пределами человеческих сил.

— Ну, тогда у нас две версии, — хмыкнул Марк, — либо я переодетый демон… Либо кое-кому, не будем показывать пальцем, надо меньше кулак давить и больше упражняться. А кое-кому, — Марк резко повернулся, ухватил Арже за воротник, дернул на себя и влепил увесистого леща так, что аж звон пошел.

— Ты чего? — опешил тот.

— А вот за этот вопрос сейчас добавлю. Хотя нет, — передумал Марк, краем глаза заметив, что посланные им тройки волокут добычу, худого мужика в богатой, расшитой рубахе, рваной по вороту, кожаных штанах и босого. Арбалет несли за ним, как трофей и доказательство преступления.

— Вечером, на тренировке добавлю. А если кто-то еще думает, что приказы на войне носят рекомендательный характер, — Винкер обвел глазами притихшую сотню, — те сейчас, по одному, в порядке очереди подходят ко мне, получают в зубы — и больше так не думают.

Солдаты переглянулись. Миг спустя хохотали уже все.

"Пленного" связали и усадили прямо на землю, прислонив к арке спиной. Он зыркал на них злыми глазами и порывался дать показания, но Райкер, предусмотрительно, велел заткнуть ему рот кляпом.

Марк отправлял разведку. Покончив с этим, абсолютно неотложным делом, он подошел к генералу, чтобы сделать короткий отчет.

— Потом, — оборвал тот, — вечером. сейчас нужно узнать, что здесь случилось, где жители… И двигать на соединение с Брейером.

— Да, мой генерал, — кивнул Винкер. В темных глазах Райкер без труда прочел сомнение. Но понял он и то, что молодой стратег ничего не скажет до тех пор, пока они не останутся одни. Субординация.

Райкер мысленно махнул рукой и высказал то, что его смущало.

— Ты, парень, словно родился с этими нашивками.

— Слишком резко я, да? — Марк кивнул, — Ничего, надеюсь, ребята простят. Они поняли, что я тоже психанул. На пустом месте чуть бойца не потеряли.

— Тот то и оно, что на пустом. Знать бы еще, с какого перепугу Южный вдруг опустел.

— Узнаем, — пожал плечами Марк, — вон наш бисквит с предсказанием, у арки валяется. Мы уже тут, так что — разберемся.

Райкер внимательно глянул на своего стратега — и усмехнулся. Интонация, с которой он произнес последнюю фразу, была очень… показательной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Старый вояка угадал правильно.

Всего полтора месяца оставалось до того дня, когда эту дивную фразочку подхватят и понесут по империи. И друзья, услышав ее, будут скалиться весело и жестко. А враги — вспоминать все известные молитвы.

Часть 3. РОЖДЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ

Глава 18 ПРЕДАТЕЛЬСТВО

За оставшееся время до заката они обшарили Южный сверху до низу, но не обнаружили никого, кроме слегка одичавших кошек и сильно осмелевших гадюк. Змей тут было богато.

Райкер первым делом попытался связаться с Брейером, но амулет оставался мертвым, словно Брейер никогда в жизни не держал его в руках.

— Амулет разрядился? — предположил Марк, тронул его мизинцем и убедился, что с камнем все в порядке.

Это было странно. Повредить или потерять амулет связи было не легче, чем собственную руку или голову. То есть в принципе можно, но… Дальше думать не хотелось.

Райкер раскинул походную треногу и попытался посмотреть на побережье, но стекло заволокло густым туманом, а через мгновение генерал резко отпрянул и быстро захлопнул зеркало.

— Капкан, — потрясенно сказал он, едва Марк отпоил его несколькими глотками местного вина: крепкого и сладкого. — Капкан на любого мага. Сунешься — мало не покажется и добавки не потребуется.

— Капкан… только на удаленный поиск.

— Не знаю! — рявкнул Райкер, — Откуда мне знать?! Но, просто по опыту — если закрыт даже удаленный поиск, то уж периметр он точно соорудил. Маги не пройдут. Но зачем? Он же знал, что мы идем на соединение, и что у нас больше половины бойцов слабые — но маги. Я уже ничего не понимаю.

— Разберемся, — повторил Марк.

Парни тем временем "раскачивали" пленника, отыгрывая старую как мир схему: добрый и злой. Но пленный нес такую чушь, что уши трубочкой сворачивались.

— Отдохните, — велел Марк, останавливаясь перед "языком". Он уже знал, что зовут мужчину Ясан, он мелкий торговец, у него своя лодка и несколько дней назад он потерял сына.

Что случилось с парнем, выяснить так и не удалось. Ясана словно перемыкало. Он очень хотел вырваться на свободу, но не потому что боялся казни за нападение на Арже, нет… Он хотел уйти с какой-то целью.

Пожелав стратегу удачи, парни покинули дом, оставив их с пленником вдвоем.

Марк вгляделся в лицо Ясана: невыразительное, такое — пять раз мимо пройдешь и не запомнишь. Только глаза были интересные: глубоко посаженные, светло голубые, как небо и совершенно, невозможно печальные.

Впрочем, "уличную крысу" таким было не пронять.

— Этот молящий "собачий" взгляд прибереги для генерала, — сказал Марк, присаживаясь напротив. — А я тебе и так помогу.

Пленник вздрогнул и поначалу решил, что ослышался.

— Поможете? Но почему, благородный господин?

— Может быть потому, что я вовсе не благородный господин, — пожал плечами Марк, — а может быть, и эта причина намного важнее — потому что ты не врешь. Даже не пытаешься врать. Хотя знаешь, что идешь по лезвию.

Человек подобрался.

— У меня хорошее чутье на это дело… Ну, как держать равновесие. В торговле без него никуда.

— В торговле, — кивнул Марк, — ты хотел сказать — в контрабанде?

— Не без этого, — мужчина и не подумал отпираться, — ну так контрабанда — это по мнению таможенников Его Величества. А для меня самая что ни на есть торговля.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Хорошо, оставим эту скользкую тему. Что здесь произошло? Для начала — куда делись люди.

— Удрали.

— От фиольской армии?

— От нашей, — огорошил его пленник, — синие мундиры — это же наши, я ничего не путаю?

— Да нет, это Брейер, — Марк озадаченно потер лоб, — и что они тут делали, если они на побережье?