Джанин Фрост - Обжегшись однажды

Улыбка Влада была вялой и уставшей.

— Вы уже говорите с ним.

— Тогда я хочу поговорить с кем-то еще, — ответил резко отец.

— Уверен, что мы сможем добиться этого, — сразу же ответила я. Влад мог бы представить одного из своих людей в роли румынского представителя власти, и если это нам не удастся, всегда можно воспользоваться контролем сознания. Я ненавидела это делать, но жизнь моего отца была важнее.

Спустя минуту молчания Влад поднялся. Он не отпускал мою руку, так что я встала вместе с ним, чувствуя тяжесть взгляда отца, когда я выдавила ложную улыбку на своем лице.

— Мы поговорим еще за обедом, — сказала я. — А до тех пор, уверена, вы захотите отдохнуть, устроиться и, гм, освежиться.

— Шрапнель, пожалуйста, покажи нашим гостям их комнаты, — заявил Влад, его приятный тон резко контрастировал с напряжением в воздухе.

Большой темнокожий вампир появился в дверях. Гретхен встала, покачав мне головой.

— Все так запутано, Лейла.

Ты еще не знаешь и половины, подумала я.

Глава 31

Как только мы скрылись от взора моей семьи, я отдернула руку от Влада и пошла на четвертый этаж. Я прошла прямиком в зону отдыха, а не в свою спальню.

— Есть лишь один шанс спасения наших отношений, и я должно быть сумасшедшая, если считаю, что оно начинается с огромных извинений, — заявила я без предисловий.

Его руки скрестились на груди. С этой потрясающий вышивкой с драгоценными камнями это добавило ему еще более командное выражение, я чувствовала, что каким-то образом я отошла от него на несколько футов, но я отказывалась быть запуганной этим. Я встала прямо и стала постукивать ногой.

Он посмотрел вниз.

— Это должно запугать меня? — спросил он, его голос был похож на атлас покрытый сталью.

— Это должно показать, что я говорю совершенно серьезно, — пояснила я.

Когда мы вошли в комнату, камин не горел. Теперь же пламя вспыхнуло в очаге так, словно там взорвалась бомба. Я посмотрела на него, затем на Влада, и скрестила свой руки.

— Ну и кто теперь пытается тут запугать кого-то?

— Мои действия застраховали безопасность твоей семьи от Шилагая, — огонь вспыхнул еще выше. — Но ты все равно выдвигаешь ультиматум с требованием, чтобы я просил прощения?

На протяжении многих лет, я была экспертом в том, чтобы подавлять себя из-за страха за людей. Но уже менее чем через две недели после встречи с Владом, я чувствовала, как ток струился по моему телу.

— Понимаю, ты привык, использовать семьи людей в качестве шантажа, вероятно, считая это последним писком моды, — взорвалась я. — Но это не нормально для двадцать первого века! Серьезно, как это еще может тебя удивлять?

Его лоб нахмурился.

— Мы не были любовниками, когда я впервые представил своих людей к твоей семье.

— Хочешь перейти к формальностям? — мой голос повысился, не веря его последним словам.

— Знаешь, когда я в последний раз позволял кому-нибудь ударить себя без последующего возмездия?

— Не меняй темы, — пробормотала я, но стыд все равно пронзил меня. Насилию в любом случае не было места в отношениях. Мне не было оправдания за то, что я сделала, и я знала это.

Он подошел ближе.

— Не считая прошлой ночи, такого не было никогда. Ты видела шрамы на моем теле, но не все они от сражений. Многие из них от тех, кто заключал меня в тюрьму, пока я был еще мальчишкой, они неоднократно избивали меня. В течение столетий, я позволял прикоснуться ко мне лишь нескольким своим друзьям, и еще меньшим, своим любовницам, но уж точно не в гневе, и, не навлекая при этом моей мести… Ты поразила меня, и потому я ничего не сделал. — Его голос становился более глубоким. — Если ты не можешь посчитать это достаточным извинением, то ты совсем не знаешь меня.

Мои эмоции совсем запутались. Глаза Влада светились изумрудным, в камине все больше вспыхивало пламя, отражая его настроение, но когда он обхватил мое лицо, его прикосновение было бесконечно нежным. Я наклонилась к его руке, чувствую странную смесь отчаяния и душевного подъема. Моя логика говорила мне, что я должна была бежать с криком от этих отношений, но правда была в том, что я этого не хотела.

— Поклянись мне всем, что ты считаешь святым, что никогда не навредишь тем, кого я люблю. Если ты не можешь этого сделать, то это стоит прекратить, Влад.

Возможно, я и не хотела отпускать его, но я и не была готова затянуть в этот зыбучий песок кого-либо еще.

Его голова наклонилась, прижимаясь грубой шелковистой щетиной напротив моей щеки.

— Если они не попытаются навредить мне или моим людям, то я клянусь.

Обет с условиями, но с ним всегда были условия. Я закрыла глаза, когда он оттянул мою футболку вниз, его губы пробегались по моей шее, а его сильные покрытые шрамами руки по-прежнему обхватывали мое лицо. Прикосновение его языка посылало по мне приятную дрожь, и я подошла еще ближе, хватая его за воротник. Из него вырвался низкий гортанный звук, он с силой прижал меня к себе, поглаживая другой рукой мою спину, пока его рот продолжал чувственно дразнить мою шею.

Мое дыхание перехватило, когда он провел по ней зубами. Его клыки прижались к горлу, их сильно увеличившееся длина добавила трение, которое одновременно было угрозой и плотским удовольствием. Давление его рта увеличилось, язык, губы и его зубы пробегались по самым чувственным местам, пока мое сердце сильнее не застучало, и я не стала тереться об него с такой жаждой, которую я просто не могла объяснить. Еще один рокот вырвался из него, от которого мои соски в лифчике болезненно напряглись, и я стала мокрой от болезненного желания.

— Лейла, — его руки обхватили меня, его голос стал еще более темным. Более хищным. — Пора.

Я думала, он имел в виду секс, которого я так жаждала. Но затем его клыки наклонились, и медленно нажали на мою шею. В мою кожу ворвались острые клыки, и из меня вырвался жесткий выдох, когда они проникли еще глубже.

Мой выдох превратился в стон, вышедший из меня. Казалось, из его рта исходило тепло, проникая в мои вены, и охватывая все мое тело. Я чувствовала себя словно в горячке, моя голова кружилась, пока меня охватывал самый неожиданный всплеск удовольствия, от которого ослабели мои колени. Я знала, при укусе вампиры выделяют наркотическое вещество, но я и понятия не имела, что оно было сильнее, чем морфин, и намного более эротичной лаской. Мой пульс с силой бился у его рта, а когда Влад сделал первый длинный глоток, от моей шеи выстрелил такой интенсивный восторг, что все мои внутренние мышцы сжались, и я уже почти достигла оргазма.