Миледи - Я - ваша крестная ведьма!

Закрыв глаза, я представила себе его теќло — гладкую, тронутую загаром, кожу, сильные туќгие мускулы, мужественную фигуру.

Я задрожала, когда он ошибочно принял мое волнение за отказ и слегка отстранился. Но я с новой силой прильнула обратно. И в ту же секунду Руслан отозвался на этот безќмолвный призыв, заключая в объятья, и прижимая к сеќбе. Целуя шею, лаская плавную линию плеч. Казалось, везде, где его губы прикасались, кожа загоралась чувственным огнем, и одежда превращалась в преграду, терпеть котоќрую больше не было сил.

— Милая, любимая, единственная, — слыќшался его шепот, — Еще немного, и пути назад уже не будет, ты ведь понимаешь, да? — охрипшим от воз-буждения голосом предупредил Руслан, когда я потянулась, расстегивая ремень на его брюќках.

Он поднялся и отошел к кровати. Несколько мгновений серьезно смотрел мне в глаза, а затем протянул руки.

И я поняла, что он просит сделать выбор: готова ли я доброќвольно приблизиться к нему или предпочитаю в очередной раз отступить назад.

Руслан стоял всего в нескольких шагах от меня, но, когда поднявшись с кресла, я медленно направилась в его сторону, он не выдержал и рванул навстречу. Подхватил на руки и с радостью прижал к себе.

Его страсть такая чистая, искренняя, честная и горячая, что трудно запо-дозрить какое-либо притворство или обман.

Разве можно сравнивать его с Дамиром?!

Я сделала свой выбор.

— Я люблю тебя, Руслан.

— И я люблю тебя.

Сильные руки обнимали. Ласковые губы заставляли забыть о проблемах и сомнениях.

Это было настоящее счастье!

До поры до времени…

— Черт, кого принесло посреди ночи? — я с неохотой разлепила глаза оставляя попытки свыкнуться с настойчивым стуком в стекло, — Кто там?

— Госпожа Араминта, вы позволите?

В ночной темноте, прямо за моим окном, парил, словно в невесомости, господин Брут, председатель Магического Союза.

— Так я могу войти, дитя мое? — снова спросил он.

— Ну… Как бы… входите, чего уж там… раз пришли, — я пожала плечами и выбралась из-под теплого одеяла. Благо, Руслан, заботясь о моей девичьей репутации, спал в отдельной комнате.

Седовласый Брут влетел в комнату и мягко приземлился. Оправил темный развивающийся плащ и с удивлением взглянул на стоявшую пред ним во всей лучезарной красе, не выспавшуюся, меня.

И все бы ничего, да только густые брови достопочтимого председателя в изумлении метнулись вверх, а челюсть наоборот аккуратно съехала вниз.

«Эгей, — мысленно вопросила я свой внутренней голос, — Неужто я так жутко выгляжу после сна?»

«Да, нет, — отозвался тот, — разве что… скромнее надо быть! Может, у них слабый пол в сорочке от ушей до самых пяток спит, а ты тут — голышом ночуешь!»

«Ой, подумаешь… — я потянулась к спасительному одеялу, — Стыдно не тому, у кого видно, а тому, кому нечего показать! И вообще, пусть посмотрит — где он еще такую красоту увидит?!»

Но все-таки надежно укутавшись разноцветным одеяльцем, я повыше задрала нос и обратилась к еще не оправившемуся от шока Бруту:

— Извольте объяснить, господин председатель, за какой надобностью вы по ночам наведываетесь в спальные покои к одиноким девушкам?

— Госпожа Араминта, — голос мужчины заметно дрожал (с чего бы это?) — Приношу свои извинения за столь поздний визит. Я конечно не должен был… Вы меня вероятно не ждали…

— Ну что вы, что вы! Конечно, ждала! Каждую ночь задавалась вопросом и что это господин Брутик не идет?! — председатель покраснел и, кажется, схватился за сердце. Ой-ей, видимо я переборщила, — Это я так шучу. Вы не думайте там чего…

Следующие пять минут уже я извинялась перед зашедшим на огонек председателем. Расшатанные старческие нервы, наконец, были приведены в порядок, и я смогла узнать о цели такого странного визита.

— Дитя мое, Дамир подробно поведал о ваших злоключениях в Лукоморском королевстве. Рассказал о Кощее и объяснил ситуацию с амулетом. Вы проявили недюжинную храбрость и мужество обменяв волшебную силу на свободу своих друзей. Вы ведь рисковали своей жизнью. Ах, если бы не умелые действия господина Дамира…

— Что, простите? Какие такие действия? — от удивления я чуть не потеряла прикрывавшее наготу одеяло.

— Ну как же! Ведь только благодаря господину Дамиру вы смогли отыскать нареченного царевны Веселины и избежать тяжкой участи быть пленницей Кощея. Только благодаря неустрашимому герцогу смог освободиться от вечного плена Лукоморский князь Руслан. А он не последний человек в королевстве, надо признать. И ни будь господина Дамира, Лукоморье потеряло бы наследника великого княжеского рода!

— Вот оно как… — я задумалась. С чего бы это темноглазому красавцу присваивать себе чужие заслуги? Разве только уважение Магического Союза захотел приобрести?

— И посоветовавшись с ним, я принял решение вернуть вас обратно в ваш мир!

Бам! В голове раздался взрыв. Домой? Сейчас?! Без бала, триумфа Золушки и такого обворожительного Руслана?!!!

Я вздернула подбородок и остановила на высоком мужчине полный ненависти взгляд.

В ту секунду я просто не знала, что сказать, и отчаянно пыталась отыскать в памяти подходящие для такого случая вежливые слова.

Впрочем, фразы из куртуазного обихода того времени никак не шли на ум. Будь моя воля, я бы воспользовалась современным языком и посоветовала бы старичку чапать в сторону леса и повеситься на ближайшем дереве использовав в качестве веревки собственные труселя.

Но вовремя вспомнив о нежном сердце председателя, я глубоко вздохнула и попыталась сменить тему, отдаляя неприятный разговор:

— Господин Брут, а что же будет с Кощеем?

— С Кощеем? Да как сказать… Он давненько был у нас под наблюдением, — Брут пригладил седые волосы, — Несколько лет назад он отказался вступить в наш Союз и дать клятву использовать колдовство во благо. Надо было еще тогда взять его под стражу. Но мы все тянули, в чем сейчас искренне раскаиваемся. Тем более, что все это время, его дочь всячески убеждала в полнейшей беззлобности своего папаши.

— Его дочь?

— Да, госпожа Солема.

— Солема?! — я вспомнила агатовые глаза саламандры. Да, черт возьми, именно такой же взгляд был у Кощея!

— Увы, благородная дама, занимающая достойное место в нашем волшебном обществе приходится дочерью злобному мошеннику.

— Господин Брут, а как же он теперь? Ведь Солема вновь за него заступится!

— О, нет! Пока мы не выясним, кому именно предназначалась магия, собранная в медальон, Кощей будет находиться под моим личным надзором.