Раиса Кропотова - Сердце перерожденной

Такая легкость в теле, странно, думала я. Смотрела на них, затем кинула взгляд на гладь озера, которая еще дрожала. Она пыталась успокоиться, я увидела свое отражение. Прежней одежды на мне не было, бледно голубая ткать покрытая светящимися голубым светом рунами, как длинная юбка, разрезанная по бокам, покачивалась в такт ветру. Ноги мои были обвиты рыбьей чешуей в виде чулок, плотный корсет и длинные расклешенные рукава, разрезанные от плеч, видок был аховый, если бы все это просвечивало, я бы стояла перед ними, в чем мать родила. Вернее не стояла, я парила в воздухе, крылья за моей спиной были почти прозрачны и отливали бликами кристаллов, вернее они и были из них, но на столько тонкие, что казались нереальными. Я свернула крылья и приземлилась ногами на террасу, вскинула руки и смотрела на них, перчатки с открытыми пальцами из рыбьей чешуи были выше локтя, смотрелись гламурненько, браслеты и кольца исчезли, оставив след из рун на моей коже. Они как живой рисунок мерцали на ней и сливались с перчатками.

Я молчала и ждала реакции ангела с серебряными волосами, впившись в него взглядом.

— Простите нас Госпожа- не поднимая глаз, виновато произнес он.

— Кто???

— Ты, что с дубу рухнул???

Серебряноволосый осмелился поднять голову, он смотрел на меня с непониманием, его взгляд излучал покорность и трепет.

— Мы понесем любое наказание Госпожа.

И тут я взбесилась, меня так прорвало, что я не могла остановиться.

— Ребят извините, я не знаю, что вы там пили или курили, но как я вам нафиг Госпожа?

Они переглянулись между собой и ангел с серебряными волосами, отвешивая поклон, поднялся с колена, набравшись храбрости, спросил.

— Богиня вы шутите?

Если бы на мне были боксерские перчатки, я хорошенько ему бы треснула, чтоб он наконец то понял, что попутал меня с кем то. На эмоциях я хлопнула руками по бокам, открыв рот для очередной тирады, как снова сама этого не понимая, стояла в прежней одежде, браслеты и кольца приняли свой первоначальный вид. Ангелы переглянулись и встали, вид был у них как после большой стирки, скукоженный и сконфуженный.

— Откуда у тебя эти браслеты? — почти шепотом спросил Серебряный.

— Сама сделала, по эскизам Олена.

Серебряный, впился в меня взглядом, а я спокойно играла с ним в гляделки. Потом он дал команду взмахом руки и они молча взмыли в воздух, поклонившись мне, улетели прочь.

Идиоты, это единственное, что пришло мне в голову, если это Полубоги, то Темные Силы подикась совсем отморозки, я не знала от куда у меня берутся такие словечки, но рассуждая на такой ноте мне стало смешно.

Закат, а я стою одна и смотрю в даль, смотрю и жду с замиранием сердца, оно забилось как птица в клетке, когда я увидела маленькую точку, приближающуюся ко мне. Алан, вздох облегчения, я жду, когда он сделает плавный круг и встанет на террасу.

— Солнц, ты чего отчудила?

— Старейшины вернулись в шоковом состоянии, отпустили меня и закрылись в зале Совещаний.

— Ага, и правильно, пусть мозги друг другу промоют, может до них дойдет, что они попутали.

— Попутали? — его карие глаза говорили, как он беспокоился за меня.

— Угу. Сначала они решили меня поджарить, потом упали на колени и молили о прощении.

— Ал, вы все такие психи?

— Солнц ты кого угодно доведешь- он улыбался, сграбастал меня в охапку и прошептал.

— Нам приказано ждать решения Старейшин.

— Хи, флаг им в руки и барабан на шею- бубнила я обиженно в его плечо.

— Хочешь кушать солнц?

— Нет Ал, только спать, обессиленная ужасно просто.

— Я тоже не хочу, а поспать бы не мешало- с этими словами он ушел в дом и вернулся с подушкой и пледом, читая мой немой вопрос в глазах, ответил.

— Я тут посплю, люблю на свежем воздухе.

Я не стала его отговаривать, прикрыв входную дверь, переоделась и рухнула на постель. Спать ужасно хотелось, как только я укрылась простыней, а моя голова прикоснулась к подушке, сразу провалилась в сон.

— Солнце, что с тобой??? — слышала я сквозь сон, Ал сидел на постели и тряс меня.

Когда я окончательно проснулась, я поняла, что сижу, а он меня держит за плечи и пытается разбудить. Его испуганный голос и такое же выражение лица, заставили меня сосредоточиться на нем. Я не понимала, продолжение это сна или нет, но слезы, которые текли градом по моим щекам, были реальными. Опухшие глаза и ком в горле, и такая боль в сердце, что хотелось вырвать его из груди, чтоб не чувствовать эту боль.

— Проснулась солнц?

Я молча кивнула, и еще не понимая реальности, окинула взглядом дом.

— Я сейчас вернусь, сиди.

С этими словами он вскочил и побежал к кухонному столу, налил воды и поднес чашку к моим губам.

— Пей.

Я молча пила, потому что кроме всхлипов, я ни чего не могла сказать, слезы так и текли из глаз, а боль в сердце становилась все сильнее.

— Что тебе снилось Кира? — он гладил меня по щеке, вытирая слезы.

Я мотала головой. Говорить я не могла, молча плакала, мое тело все дрожало от озноба, меня всю колотило.

— Потерпи немного.

Он снова ушел к кухонному столу, поставил на него пустую чашку, открыл шкаф и хаотично грохотал посудой, что-то ища.

— А вот оно- с этими словами он снова налил воды и открыл зубами пробку маленького бутылька, вылил содержимое в чашку. Вернувшись ко мне, он протянул мне чашку и взял за руку.

— Пей.

Я все выпила, и мне сразу стало легче и очень сильно захотелось спать, я снова провалилась в сон.

Когда, я открыла глаза, было ранее утро. Я тихо лежала, боясь пошевелиться и разбудить Алана, лежала и вспоминала свой сон.

Незнакомая комната, богато уставленная, в центре ее большая кровать с балдахином, плотно задернуты на ней из красного шифона шторы. В кровати двое мужчина и женщина, их силуэты неотчетливы, они обнажены, женщина сидит на мужчине и нежно его целует в губы, проводя руками по его груди, тот стонет. Он резко ее переворачивает и вот он уже на ней. Ласкает ее тело губами, она громко стонет, просит его еще. Он вкушает ее тело, заставляя ее биться в экстазе, его губы скользят все ниже и ниже, покрывая поцелуями каждый сантиметр ее тела. Раздвигая ее ноги, он проникает в ее лоно языком. Она кричит, ее тело изгибается на встречу его движениям, она молит его войти в нее. Он не заставляет ее долго ждать и проникает в нее, их тела едины, слитые вместе в порыве страсти, их стоны сливаются в одну ноту и он затихает, тяжело дыша лежа на ней.

— Любимый я хочу пить, подай мне бокал вина- мурлычет она ему, переворачиваясь на бочек и гладя рукой его тело.

Он отдергивает штору, и я вижу лицо, лицо моего любимого, лицо Дарти, он берет бокал со столика возле кровати и возвращается к девушке. Отпивает глоток и целует ее, она пьет вино из его уст и они снова придаются ласкам.