Тихомира Матвеева - Желание (СИ)

Я все же не выдержала, подошла к нему и движением руки оттолкнула один из экранов. Тот отлетел на пару метров в сторону.

Шеннард медленно, с выражением глубокого равнодушия взглянул на меня.

— Чего ты хочешь, Лет?

— Я прошу твоей помощи! Обрати наконец на нас внимание!

Он усмехнулся и покачал головой.

— Почему я должен обращать внимание? Кто обратил его на меня? Или на Хейли?

— Но это наше общее дело, Шен.

Он отрицательно покачал головой.

— Наша империя трещит по швам, Лет, — голос его звучал каким-то усталым. — Поверь мне, я точно знаю. Все, что мы можем сделать — вовремя унести ноги.

— О чем ты? Я не понимаю…Шен!

Он только развел руками и жестом вернул себе экран.

— Ты отказываешься мне помогать? — спросила я, понимая, что успеха не добьюсь.

— Отказываюсь.

— Но почему, Шен?

Брат даже не взглянул.

— Ты заварила эту кашу и, благодаря тебе, у меня полно других забот.

— Как там Хейли?

— Я ее не видел.

— Не держи на меня зла, Шен, — тихо сказала я и вышла.

Итак, что мы имеем?

Отца с серьезным ранением. Мать, готовую на все, лишь бы свадьба прошла благополучно. Братца, которому все равно, пусть хоть все провалится сквозь землю. Огромную бизнес-империю, которая трещит по швам. И меня, иномирянку, которой нужно со всем этим что-то делать.

— Лети-Лети, где же ты сейчас? — пробормотала себе под нос, шагая по коридору.

Эрих проснулся. Медсестра сноровисто поставила ему пару уколов и деликатно вышла.

— Лети, — на бледном лице Эриха появилась улыбка. — Как все прошло с Флатом?

Я вкратце пересказала разговор с юристом.

— Жаль, что все случилось именно сейчас. Без меня вам будет сложно справиться с Лещинским и его сворой.

— Но у нас ведь тоже неплохая команда, правда?

— Если дело выйдет за пределы Империи, нам придется туго. Тем более в таких условиях.

— Значит, — я улыбнулась и погладила его по руке. — Тебе нужно как можно скорее встать на ноги.

Эрих хрипло усмехнулся.

— Твоя мать уговаривает меня сделать это к свадьбе.

— Две недели — это мало.

Это очень-очень мало.

Почему-то я отвела глаза к окну, которое защищало нас от сплошных струй дождя.

— Ты сомневаешься? — спросил Эрих.

Я только кивнула.

Он легонько сжал мою ладонь.

— Я уже говорил тебе, Лети, — он перевел дух и продолжил: — Я боюсь потерять выгодную партию, но еще больше боюсь потерять свою дочь. Никакой успех не стоит твоего счастья. Если ты сомневаешься, подумай еще раз.

Я стерла со щеки слезу.

Надо же! Так просто и так легко! Слова человека, у которого на кону стоят миллионы и мое слово может решить судьбу целой корпорации.

— У тебя всегда есть выбор, — добавил Эрих.

— Даже если ты будешь против?

— Даже если против будет весь мир.

Мир.

— Спасибо, — я поцеловала его в щеку. — Отдыхай.

В коридоре, куда доносился цокот каблучков Марилен, я шла на цыпочках, чтобы мама меня не услышала.

— Представь, свадьба будет проходить в Стейс-Плаза. Скольких трудов мне стоило все организовать… — она с кем-то оживленно беседовала по телефону.

«Даже если против будет весь мир», — слова Эриха плотно засели в моем сознании и как будто перевернули его. Кастелли-старший, сам того не подозревая, дал мне внушительный толчок к действиям.

— Лети, что тебе еще нужно? — недовольно спросил Шен, когда я вошла.

— Твоя помощь, — ответила, растолкав экраны в разные углы.

Шеннард, обескураженный таким бесцеремонным поведением, подался вперед, скрестив руки на груди.

— Если ты снова собираешься…

— Нет! — резко оборвала я. — Мне нужно увидеться с Тайлером. Как можно скорее.

Шен присвистнул.

— Вольные принципы «сияния» и тебя покорили?

— Не смешно. Ты мне поможешь?

Шен медлил пару мгновений, затем кивнул.

Да, у меня мало времени и мало возможностей и это большой риск. Но иногда жизнь меняется за считанные секунды, а впереди целых две недели.

— Лети, — спокойно проговорил Шен. — Ты хоть понимаешь, о чем просишь?

— Понимаю. Но мне очень нужно с ним поговорить.

Брат придвинулся ко мне ближе и, понизив голос, сказал:

— Это не шутки и не забавные приключения. Если хоть кто-то узнает, нам конец. А если об это узнает твой дорогой Райвен, то и тебе, и мне, и Тайлеру, и всему «сиянию», и вообще всему. Ты хоть понимаешь какой это риск сейчас?

— Да, — решительно кивнула я. — Это жизненно важно, Шен.

Я взяла его руку в свои и опустила глаза, чтобы не заплакать.

— Я сама обещала Тайлеру, что мы больше никогда не увидимся, но…Не могу тебе объяснить всего. Я должна поговорить с кем-то из «Сияния», понимаешь? Это не каприз, и не прихоть.

На лице Шеннарда промелькнул испуг. Как будто он видел сестру впервые. Так оно и было, если уж по честному.

— Я не знаю, во что ты влезла, Лет. Сделаю, что смогу, хоть ты и здорово подгадила мне с Хейли.

— Спасибо, — я обняла его и тихонько всхлипнула.

Марилен оглядела меня и удовлетворенно улыбнулась.

— Я горжусь тобой, девочка моя, — сказала она, обнимая меня за плечи.

Глядя на наши отражения в зеркале, я как никогда понимала все различие.

Марилен, истинная леди, воспитанная как и подобает высокородной горожанке высшей ступени. Привыкшая к богатой и роскошной жизни. Кажется, привычка к роскоши сквозит в каждой детали ее облика, в каждом жесте.

А я, пусть и слегка измененная, никогда не стану такой. Как будто инормирность так и лезет из меня и не заметно ее только уж совсем невооруженным взглядом.

— Подумать только, — вздохнула Марилен. — Совсем скоро ты навсегда покинешь дом.

— Навсегда? — переспросила я. — Разве я не смогу приходить сюда?

Она красиво и как-то ненастояще рассмеялась.

— Конечно сможешь, Лети. Но ведь ты будешь уже не Кастелли, а Томмард. У тебя будет много новых интересных светских обязанностей. Ты войдешь в семью с большой историей, а это ответственность. Нужно понимать.

Она тщательно поправляла складки на лифе моего платья.

— Мам, а ты заходила к отцу?

— Да. Утром.

— Посиди с ним сегодня, ладно?

Марилен удивленно на меня взглянула.

— Безусловно. Я зайду к нему пожелать спокойной ночи. Эриху уже намного лучше. Ты верно сделала, что надела длинное платье — так незаметно те ужасные следы на ногах.

Марилен редко упоминала о том дне, когда на нас напали падшие. Она предпочитала не говорить о столь неуместном и нелестном факте. Я же помнила ее крик, слезы страха и безумное отчаяние. Кажется, именно поэтому Марилен и молчала.