Сказка для Истинной (СИ) - Шана Лаут

— Нет, — покачал мужчина головой, — ты должна присутствовать рядом с ними, давать себя видеть. А вот оборотню придётся не провоцировать их. Завтра я вообще хочу видеть тебя на совместном семейном обеде. Желательно только тебя.

Посмотрела сначала на Эрона, который точно будет ходить за мной попятам, а это значит, что они хотят, чтобы я оставила Дорена в комнате одного на время трапезы. Но это ещё более опасно, ведь к нему может кто-то проникнуть или даже сами братья, почувствовав чужака на своей территории. И я ничего не смогу с этим поделать.

— Мы придём все вместе, — твёрдо произнесла я. — Я не оставлю Дорена в комнате, там не безопасно даже для меня.

— О безопасности можешь не беспокоиться, — начал было дракон, но я перебила:

— Нет. Мы будет вместе. Иначе никак.

Генерал помолчал чуть, тяжело вздохнул и кивнул.

— И всё же о безопасности не волнуйся, я выстроил у твоих комнат своих людей, они не пропустят даже членов семьи, кроме меня и Ролана. А теперь иди к себе, тебя проводят — слуга ждёт на втором этаже, — и указал мне на дверь.

— Очень надеюсь на вашу защиту, — нейтрально произнесла и направилась на выход.

Но стоило открыть дверь, как тут же столкнулась именно с теми, возможную агрессию которых и обсуждали только что. И драконы показали себя мгновенно с не лучшей стороны. Зарычали, засверкали глазами, смотря на меня и обнюхивая. Я даже ждала грубых слов, но внимание на себя забрал Дорен, вставший за моей спиной. Да так близко, что я почувствовала его жар. И он прямо и спокойно принял на себя озлобленные взгляды.

Что и требовалось доказать. Едва оставлю его, они могут тут же напасть. Лучше всегда быть на виду или под охраной, чем снова встречаться наедине.

Но тут произошло что-то странное. Братья-драконы вдруг утихли, разошлись в стороны, давая нам проход, и даже склонили головы, закрывая глаза. Их тела были напряжены, челюсти крепко сжаты, как и кулаки. И всё, больше ничего не происходило. Поэтому я поспешила пройти мимо, сама невольно напрягаясь, чтобы в любой момент заметить, если ситуация изменится.

Шли сначала я, потом Дорен, закрывая мне спину, а уже потом Эрон, которому, если что, и брать на себя первый удар драконов. Так мы выстроились неосознанно, зато практично, с моей точки зрения. Только ничего не менялось. Мы спокойно поднялись по лестнице на второй этаж, где нас действительно ждал один из слуг этого дома.

— Госпожа, добро пожаловать домой, я провожу вас в ваши покои, — поклонился мне мужчина в серебристой ливрее, а потом развернулся и пошёл в неизвестном мне направлении. Он не улыбался, не выражал никаких чувств. Просто выполнял работу.

Я думала, что меня вернут в больничное крыло, в ту комнату, где я провела достаточно времени и к которой успела привыкнуть, но меня удивили. Пока нас вели новой дорогой, я старательно её запоминала по мелким деталям, чтобы всегда найти самой дорогу к ней или из неё — это очень полезное свойство в данной ситуации. Лишним не будет. Да и не всё же время на слуг полагаться, к тому же я к ним вообще не привыкла, у меня на земле их просто не было.

Среди вереницы почти одинаковых коридоров и поворотов, мы остановились где-то в четвёртом, в самой середине, у белой с позолоченными украшениями двустворчатой двери. Тут уже стояли четыре стражника, по два с каждой стороны. Они, увидев нас, сначала внимательно осмотри Дорена, а затем поклонились мне, пока слуга открывал двери и пропускал нас вперёд.

То, что предстало передо мной, разительно отличалось от простой комнаты, где я была раньше. Я словно попала в музей. Вокруг была шикарная, богатая и лаконичная обстановка в приятных бежевых тонах, но с повсеместным добавлением золота.

Но первыми в глаза бросились высокий потолок, две огромные люстры посреди него и четыре чуть меньше в углах. Не знаю, существует ли в этом мире хрусталь, но если да, то они были хрустальными, если не считать каркаса. А ещё они левитировали, то поднимаясь, то опускаясь. Когда я смогла оторваться от них, то заметила, что вход слева отделён от самой гостиной деревянной ширмой, украшенной узорами из золотой краски. Справа была стена с зеркалами по обе стороны от находящейся в центре картины красивой женщины в богатых одеждах. А под картиной был камин.

Я шагнула дальше, ведомая любопытством. Напротив двери была стены с большими широкими окнами, а сама гостиная была вся скрыта от меня ширмой. А когда я вышла, то удивилась. Она была просторной и почти пустой. Основными предметами мебели здесь были диваны почти все золотые, стоящие друг на против друга и у камина. Рядом с ними были столики. А за ними у другой стены стоял стол со стульями у него.

Разве что у окон стояли небольшие высокие столики с вазами, заполненными свежими цветами. А между окон у стен какие-то постаменты со скульптурами, держащими светильники. Напротив них у другой стены были такие же, видимо, для симметрии. Больше гостиную ничем не заставляли. Она ведь была чем-то вроде местом отдыха и встреч.

Зато от неё в дальней стене со стороны окон была дверь. Открытая. Я чуть прошла к ней, чтобы заглянуть в другую комнату, одновременно с этим мне ответил слуга:

— Это спальня, моя госпожа. Если хотите, можете отдохнуть до ужина. Вам подать его в эту гостиную?

— Да, пожалуйста, — ответила ему. Кушать немного и правда хотелось, ведь на празднике мы скорее перекусывали то у одной лавочки, то у другой. А потом был ритуал, замаскированный под конкурс венков, затянувшийся почти на два часа.

Если мужчина и удивился моей вежливости, то ничего не сказал, лишь чуть дёрнул бровями вверх, но быстро взял себя в руки и, поклонившись, ушёл, оставляя нас одних.

— Богато, — хмыкнул Дорен, который тоже чувствовал себя здесь неуютно.

— Да, — согласилась с ним, а затем направилась посмотреть на спальню.

Она оказалась меньше, примерно в половину гостиной, что делало её чуть уютнее. Но и всё. Тут тоже была богатая обстановка. Стены всё такие же бежевые, как и женский столик с зеркалом у стены напротив окон. У дальней от входа и чуть в глубь комнаты стояла широкая кровать явно на троих. В красном цвете с золотыми узорами постели, с небольшим балдахином ей под цвет, но явно бывшим тут для украшения.

Такими же были пуфик у столика и кресло, зачем-то