Альфа волк - Кэролайн Пекхам

— Убил — это еще мягко сказано. И это были не женщины. Это были девочки, которые еще не пробудились. Он держал их в живых несколько дней, пока пытал до смерти. Он использовал свой дар Циклопа, чтобы найти их самые большие страхи, а затем оживлял их и мучил ими. — Я изучила всех главарей банд до того, как пришла сюда, и то, что было в его досье, дало бы фору моему papa.

— Тогда что, черт возьми, мы будем делать? Мы явно не можем отпустить его на свободу, — настаивал Роари.

— Но и убить его мы тоже не можем. По крайней мере, пока что. Мне придется подтвердить его рассказ у Данте, но это должно быть правдой, иначе он не стал бы лгать. Клянусь звездами, я думаю, мы с ним застряли.

— Роза, мы не можем…

— Пока что, — настаивала я. — Мы включим его в планы, будем держать его рядом, возьмем в библиотечную команду и убедимся, что он знает, как держать свой сраный рот на замке. А когда дело дойдет до самого побега, мы либо обезвредим его, либо убьем. В любом случае мы оставим его позади, когда будет решающий момент.

Рычание Роари, низкое и утробное, вырвалось из глубины его горла, и вся его львиная сущность вскипела от ярости. Немейского Льва было чертовски трудно вывести из себя, но когда это происходило, это было взрывоопасно.

А сейчас мы не могли себе этого позволить.

— Рори, — сказала я, пытаясь привлечь его внимание, пока он расхаживал взад-вперед, его мышцы напрягались, а челюсти тикали.

— Я разорву его на части, — поклялся он. — Никому не удастся угрожать тебе и остаться безнаказанным, щеночек. Никому.

Я встала на его пути и поймала его руку, взяв его щеку в свою ладонь, когда он попытался отвести взгляд, и заставила его посмотреть мне в глаза.

— У нас все получится, Рори, — пообещала я ему. — Все идет по плану. Густард не сможет помешать этому. Я поклялась, что вытащу тебя отсюда, и я это сделаю.

— Я беспокоюсь не о себе, — грубо сказал он, убирая мою руку со своей щеки и кладя ее себе на грудь над колотящимся сердцем. — Я не могу смотреть, как ты тратишь свою жизнь здесь, Роза. Ты приехала сюда из ложного чувства, что чем-то обязана мне, и если ты застрянешь здесь, то это тоже будет на моей совести. Десять лет в этом аду почти сломили меня. Смотреть на то, как Даркмор крадет твою жизнь, — вот что меня уничтожит.

— Мы выберемся отсюда, — прорычала я. — Ты и я. Мы найдем какой-нибудь остров в Лазурном море, где солнце светит круглые сутки, и ты сможешь лежать под ним, пока не напитаешься силой настолько, что не будешь знать, что с ней делать. Ты будешь таким потрясающе загорелым, что от одного взгляда на твой накачанный пресс я ослепну. И мы будем объедаться свежими фруктами, напиваться и веселиться каждую ночь до конца вечности под луной. Я клянусь.

Роари смотрел на меня так долго, что казалось, будто он просто выпивает меня изнутри, и я была поймана жаром его золотых глаз так, что не смогла бы сдвинуться ни на дюйм, даже если бы захотела. А я не хотела. Потому что, несмотря на обещания, которые я себе давала, и на то, как я пыталась убедить себя в том, что с ним покончено, я все больше понимала, что с Роари Найтом мне никогда не покончить. Его имя было вытатуировано на моем сердце в ту ночь, когда я потеряла его все эти годы назад.

И даже если он никогда не любил меня так, как я его, я никогда не смогу стереть след, который он оставил в моей душе. А в такие моменты мне этого и не хотелось. Я могла бы принять тысячу душераздирающих отказов в уплату за то, что он пять минут будет смотреть на меня так, как сейчас. Как будто я была всем, чего он жаждал в этом мире, и он сорвал бы для меня звезду с неба, если бы я попросила об этом.

— Ты нечто особенное, Роза, — пробормотал он, и ярость в нем утихла, когда он провел пальцами по моей щеке, и мое сердце сбилось с ритма. — Я не встречал ни одной души, в сердце которой было бы хотя бы наполовину столько же огня, сколько горит в твоем. Ты дикая, пленительная и такая свободная, какой не имеет права быть никто в этом месте. И я обещаю вытащить тебя отсюда. Чего бы мне это ни стоило.

— Чего бы это ни стоило, — согласилась я и вздрогнула, когда точка, где наши руки все еще встречались, вспыхнула магией, и мы непроизвольно заключили магическую сделку в соответствии с этим обещанием.

Роари звонко рассмеялся и с силой отстранился от меня, выпустив мою руку и разжав свою. Мои пальцы все еще покалывало от силы, но я просто сжала руку в кулак, наслаждаясь на мгновение прикосновением его магии.

— Ну, теперь нам необходимо убираться отсюда, — поддразнил Роари. — Иначе звезды проклянут нас семью годами невезения. А в этом аду это, скорее всего, будет смертельно.

Я тоже выдавила из себя смешок и закусила нижнюю губу, отводя взгляд от бронзового совершенства его груди и размышляя о том, что нам нужно сделать, чтобы этого не произошло.

— Мне понадобится охранник, который прикроет меня, — медленно произнесла я, когда до меня дошла остальная часть плана. — Нам нужно, чтобы Планжер имел доступ к своим Орденским дарам, тогда у него будет возможность прокладывать туннели. Это значит, что я должна заполучить несколько уколов, которые охранники делают себе перед началом смены. Каждый из них дает иммунитет на двадцать четыре часа, так что, возможно, нам удастся раздобыть три или четыре штуки и разделить дозы, чтобы давать на час за раз. Таким образом, мы сможем контролировать Планжера и убедиться, что он делает то, что мы говорим. Мне нужно будет только подойти к дозатору антидота в комнате охранников…

— Может быть, именно я буду совершать все необходимые кражи, — с ухмылкой предложил Роари, и я пожала плечами.

— Может быть. Но в любом случае нам нужен охранник, а значит, мне придется приложить больше усилий. Гастингс у меня уже наполовину очарован, так что он — очевидный выбор. К тому же Кейн избегает меня, он практически мой командир, так что я смогу убедить его согласиться на то, чтобы меня тоже назначили на работу в