Фею не драконить! (СИ) - Милена Валерьевна Завойчинская

что у меня вообще-то еще есть и орки и амазонки, я вспомнила только когда мы сыто отвалились от стола.

— Ой! — сказала я. — А надо было угостить, да? Никак не привыкну, что у меня теперь постоянно охрана где-то прячется.

— А я им узе кинула по стуське. Там склывались Амалия и Волилек. Я унюхаля их.

Мне стало стыдно, но я в который раз удивилась, как Зараза, при всем том, что все время играет детскую роль, все помнит и отслеживает. Я ей об этом и сообщила.

— Так я зе твой секлеталь. Забыля? Эх ты. Ну нитиво. О! Мне зе свекловь написала. Спласывала, все ли холосо? Я ответила, конесьно. Но Эдгаль все иссе наказань и сидит в басне.

— В башне он не сидит, он же ходит везде. И в библиотеке постоянно рыскает. Что-то ищет наверняка.

— Ага. Сбезять хотет, но пока не мозеть. Клыльев нету.

— А риата Летиция не говорит, она не собирается возвращаться? Я маме вестника отправила с вопросом, она коротко ответила, что все в порядке, но пока они заняты. Когда они работают, их нельзя беспокоить. Вот я и жду вестей.

— А потиму низзя?

— А вдруг они в это время нежить пытаются упокоить? Чтобы не отвлекать.

— А… Ну дя. Некломантики это зе не феитьки.

— Может, к амазонкам? — Я посмотрела в окно, за которым стояла ночь.

— Не-а. Мы длакономузю обиссяли зе.

— Не мы, а я. И я помню о данном слове. Но мы бы с ним вместе… Тревожно мне за маму и деда. Ну и за леди Летицию. Все же они сами оттуда не выберутся.

— Да они и не хотят… Они же там в храме копошатся. Ну и изучают все, что находят.

— Что⁈ — Я аж подпрыгнула и от смысла фразы, и от того, что она была сказана не картаво, а совершенно нормальным понятным языком. — Что ты сказала?

— Тиво? Тиво слутилось? — испуганно вытаращила на меня глазенки нечисть. Похоже она задумалась, забылась и выпала из образа.

— Что они изучают? Зачем копошатся в храме?

— А… Этя… Да вон лезать от них вестьники. Я зе секлеталь твой, воть и обсяюсь. А! Иссе подлузька твоя писаля.

— Моника? Но я же ей фрукты отправляла, она не упоминала ничего важного.

— Она мине писаля. Сказаля, сьто хотет на свадьбу к тебе. И сьто платиско ей надо, как у меня, от феи.

— А как Моника узнала, какое у тебя платьишко? — не поняла я.

— Я налисовала ей себя. В платьисе, конесьно зе. Долзьна зе нася подлузька знать, как одеваться на свадьбу. Мы зе с ней вместе подлуськи невесты, забыля?

— Боги, Зараза, ты меня с ума сводишь, — поморгала я. — Погоди. Ты списалась с Моникой, нарисовала ей свое платье и обсудила, что вы с ней будете подружками невесты на моей свадьбе?

— Дя, — кивнула горгулья и широко зевнула. — Ох и тязелая это обязанность своих феек замузь отдавать. Долзен зе хоть кто-нибудь быть взлослым. Дя?

— Однозначно, — ошарашенно кивнула я. — А взрослая это ты? Мне можно расслабиться?

— Сюмасасла⁈ Я зе не навсегьда взлослая! А тока замузь тебя сводить и на свадьбу! Посла я спать. Музеньку пливет!

Смешно переваливаясь и подволакивая крылья, обожравшаяся пеликальни горгулья пошла пешочком из кухни. Шкрябая когтями по полу, поднялась на второй этаж. Уронила что-то по пути. Ругнулась. Потом хлопнула дверь, и все стихло.

И лишь после этого я встала, прибралась в кухне, зашла в гостиную и обратилась к артефактам.

— Все слышали?

— Да, хозяюшка, — проявилось серебряное лицо на серебристой поверхности зеркала. — Нам придумать для тебя свадебное платье? У нас в памяти сохранилось множество фасонов прошлых столетий и наших прошлых феечек.

— Старомодные?

— Нет, — вмешалась Ширма. — Вернее, да. Но это ведь свадебные. Можно брать за основу и подправить, как нравится, и под современную моду.

— Мы будем очень рады, — щелкнули Ножницы.

А Напёрсток добавила:

— Нужно будет шелка купить. Я умею работать даже с самым лучшим тяжелым шелком василее́вских шелкопрядов. И чулки. Хозяйка, нужно дать задание нашим паукам сплести кружевные чулки.

— Точно, — кивнула я. — Из-за этой всей истории с амазонками я совсем забыла и про свадьбу, и про платье, и про чулки. Хотя платье мамы и риата Летиция планировали заказать. Но, похоже, не успели.

— А фата? Как же без фаты? — подала голос Ленточка.

— Ой! А пауки и не успеют, да? — моргнула я, прикинув объемы работы.

— Успеют. Только нужно будет им больше магии в подкормке давать. И вообще хорошо кормить. И вот еще что. Нам бы рядом с ними побыть, чтобы контролировать процесс.

— Я не дотащу зеркало и ширму на чердак, — покачала я головой. — Если только вас, — обратилась к ножницам, измерительной ленте и наперстку. — Вас я смогу относить и возвращать.

— Хозяйка, тогда предлагаю заказать им сначала фату, — позвало меня Зеркало. — Смотри, выбирай.

Следующий час я сидела перед зеркальным артефактом, а оно мне демонстрировал картинки разных вариантов свадебной фаты. Длинные и короткие, с шлейфом или просто до пола, совсем маленькие, которые только прикрывали пучок волос и пышные, закрывающие лицо.

Те, что мне казались симпатичными, Зеркало увеличивало и давало рассмотреть узоры на них. Надо же, древний разумный артефакт и так умеет, оказывается. Показывало оно и меня в такой фате, чтобы примерно понять, как она будет смотреть на мне.

В итоге мы выбрали одну, кружевную, что логично, длинную, но без шлейфа. Которую можно закрепить к диадеме. Взяли ее за основу, но сам рисунок кружева решили пустить на самотек. Что придумают удивительные паучки-кружевники, то и будет. А потом к полученной фате и к ее узорам мы подберем фасон платья. Его проще шить и кроить.

Не откладывая, я отправилась на чердак вместе с Ножницами.

— Мы поможем им начать, — щелкнул ножницами артефакт.

— Не пугайте их, — погрозила я пальцем. — Они у меня трудяжки и большие молодцы.

Хочу сказать, что неожиданно для себя я увлеклась этой свадебной темой. Выбирать фасон фаты и рисунок чулок оказалось на удивление затягивающе. А еще все наряды, которые мне демонстрировало зеркало, были белые, кремовые, молочные, цвета светлых игристых вин или с легким розоватым оттенком. И никаких черных и красных платьев, как это принято у некромантов.

И я совершенно по-детски порадовалась в душе, что стала феей.

Вот так нежданно негаданно, пройдя через множество странных и нелепых ситуаций, я впервые за эти месяцы искренне радовалась, что перестала быть человеком из рода магов смерти и стала светлой феечкой. И потихоньку скидывала с себя весь груз обязательств и