Эльфийка и охотник: Дело Аптекаря - Элен Славина

любви компенсировалось обожанием лесных зверей. Стараясь сбежать от навязанных обязанностей, Мариэль пропадала днями и ночами где угодно, но только не дома. Тогда ей это даже нравилось.

Но прожив неделю с бабушкой и дедушкой, почувствовав, что значит быть семьей, сейчас ей, казалось, что все может по-другому.

Проехав почти всю дорогу на Эдолине, она понимала, что безумно скучает по дедушкиным объятиям и разговорам с бабушкой. По тайным вылазкам с Исилендилом и обучением читать мысли друг друга. Улыбнувшись и немного зардевшись от таких видений, она не заметила того, что уже несколько часов не думает о Викторе.

Эльфийский народ оказался на удивление добродушным и принял их с матерью в свою семью безболезненно, с раскрытым сердцем и душой. И так было хорошо и спокойно рядом с ними, что уходить было невероятно больно. Мариэль этого не хотела. Сейчас она думала лишь о том, чтобы вернуться с выполненным обещанием, которое давала дедушке Друлавану.

Найти преступную банду, учинившую коварные убийства беззащитных эльфов. А еще надо бы найти Виктора и попытаться вытащить его из тюрьмы.

— Похоже, у меня грандиозные планы на ближайшие несколько дней! Да, Жмунь? Как думаешь, справимся? — Мариэль погладила маленького зверька, который все так же сидел на шее Эдолины и держался лапками за гриву лошади.

Жмунь неохотно повернулся и согласно кивнул.

— Все правильно. По-другому и быть не может. — Мариэль откинула волосы назад, натянула поводья и мягко ударила Эдолину по бокам. — Смотри Жмунь, что скрывается за деревьями!

Впереди виднелась родная хижина. Прошла всего неделя, но с ней, как будто, ничего и не случилось за это время. И неважно, что она простояла одна в лесу, никем не тронутая и лишенная заботы. Хотя с этим можно было поспорить. Видимо, все-таки, она не страдала одиночеством.

Подъехав поближе, эльфийка увидела, что все было именно так, как она и думала. На нижних ступенях лестницы лежал знакомый пес Илот. Хвост его крутился так, что листья на земле заворачивались воронкой. Пушистый зад вырисовывал чечетку, и все тело собаки вертелось вместе с ним, только вот с ритмом надо было бы поработать.

Одно оставалось непонятным, кого Илот больше рад видеть: маленького Жмуня или эльфийку Мариэль?

Остановившись у лестницы, Мариэль спустилась с лошади и отвела ее под небольшой навес. Естественным образом образовавшийся между двух деревьев, что соединяли своими ветвями жилище изгнанных эльфиек, он мог служить временной конюшней для Эдолины. Привязав изабелловую красавицу к дереву Мербау, она сняла седло, ослабила удила и поводья.

— Так будет лучше. Сейчас принесу тебе покрывало и воды. Еда вокруг тебя. Отдыхай.

Мариэль подошла к Илоту и погладила пса по теплой мохнатой шкуре.

— Пойдемте все в дом. Скоро ночь, нужно подкрепиться и хорошенько поспать перед дорогой в королевство. — Оглянувшись на Жмуня, Мариэль не увидела его на шее Эдолины и поняла, что этот звереныш, скорее всего, уже внутри жилища.

В доме было тихо и мрачно. И даже присутствие пса на лестнице в течение нескольких дней и ночей, не скрашивало пустоту комнат. Дом спал и, видимо, совсем не хотел просыпаться. Это угнетало и мешало идти дальше гостиной.

Мариэль решила зажечь свечи, чтобы осветить ту часть дома, где она собиралась спать. Идти наверх, в свою комнату она не хотела. Ей на удивление было страшно, отчего ноги немного тряслись, и невозможно было сдвинуться с места. Резкий скрип двери заставил дернуться и повернуться на звук.

— Эльфийский дьявол тебя за ногу! Жмунь, какого единорога ты вошел через дверь? Или ты забыл, что через окна заходить быстрее?

— Я отнес Эдолине покрывало и воды. Подумал, что ты можешь забыть про нее. — Пропищал мамондик и закрыл лапками дверь. — Пока мы ехали из эльфийской деревни, я подружился с изабелловой красавицей и, похоже, что это… любовь! — Жмунь закружился от восторга и упал на ершистую спину, закрыв лапками мордочку. — Мариэль, прошу тебя, не говори ничего белке. Она отрежет мой хоботок и обвяжется им как поясом. — Поднявшись на ноги, Жмунь шатающейся походкой отправился на кухню. — Мне нужна хорошая порция эльфтвейна. Если что, я буду там, рыскать по шкафчикам в поисках волшебного напитка бабули Глиндменель.

— Жмунь ничего не трогай! Прошу тебя. Сейчас будем ужинать и пить чай. Надеюсь, бабушка вместе со своими снадобьями положила нам еды. Готовить мне бы совсем не хотелось, да Илот?! Я знаю, знаю, ты любишь сладенькое, кто же его не любит? А сейчас надо найти свечи и зажечь их, пока мы совсем не окочурились от страха из-за собственной тени.

Накормив и уложив спать мелкую братию, Мариэль взяла одну свечку и пошла на веранду. Присев на плетеное кресло, она укрылась мягким пледом и подогнула под себя колени. Внизу еле слышно сопела Эдолина. Посмотрев на нее, Мариэль поняла, что изабелловая красавица не спит. Медленно переживая траву, она мерно дышала, успокаивая себя и через какое-то время, Мариэль поняла, что Эдолина уснула.

Посмотрев на яркую луну, Мариэль потрогала свою сережку, подаренную отцом, и вспомнила о своем друге Луны — Исилендиле. Последнее время, она много о нем думала и ей это нравилось. Но как тогда быть с Виктором? Ей казалось, что она любит его. Он красивый и добрый. И столько сделал для нее. Но он ей врал о том, что он наследный принц, а еще охотился за ее друзьями — Мамондиками. Пускай, ради того, чтобы найти банду Аптекаря. Но сейчас он в тюрьме, и даже его пес Илот пришел сюда, чтобы отвести меня к нему. Чтобы между нами не было, я должна его вытащить. А потом — будь что будет.

Услышав шорохи около лестницы, Мариэль замерла и посмотрела вниз. Облако, заслонившее луну, растаяло, и ночное светило обнажилось, раскрыв знакомый лик Тени.

Мариэль затряслась от неожиданности и тихо произнесла:

— Не может быть. Виктор, что ты здесь делаешь?

— Мариэль, любовь моя. Я так соскучился.

Мужчина быстро поднялся по деревянным ступеням, скинул тёмный плащ и Мариэль ахнула. Это был не Виктор. Как она могла так обознаться? Свет Луны на этот раз коварно обманул её, представив светлого Аяриса — брюнетом Виктором.

Мариэль поднялась и все ещё укутанная пледом, подошла к другу её отца.

— Аярис, что ты здесь делаешь? В лесу? Ночью?

— Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, можно я присяду?

Мариэль кивнула и услышала за спиной собачий рык. Когти Илота скребли дерево, пытаясь открыть дверь, и выпустить пса за порог.

Не ожидая такого напора, железный запор сдался, и собака вырвалась наружу. Илот бросился к