Влюбить генерала, или Купидоновы трудности - Ева Финова

со своей подругой. Вот только вряд ли им удалось это сделать с завязанными ногами.

– Что ты сделала?

– Я? Ничего такого, – голос девушки в плаще звучал настолько невинно, что Хен чуть было не поверил. – Я лишь немного помогла, ускорила, так сказать, падение в реку.

– Что ты…

– Я обрубила канат, по которому они спускались вниз к Арке Сути. Они желали покинуть планету, но я им помешала это сделать. Мне было незачем привлекать внимание Императора к этой проблеме, заявись они на Айлум к нему во дворец через звездный проход.

– Ты…

– Да?

– Ты перешла все границы! Лу…

Тонкая струна гуцинь по мановению наперстка обвила шею заключенного.

– Не смей произносить моего имени! – вскричала визитерша. – Иначе разговор наш будет коротким!

Оракул с ужасом почувствовал удушливое жжение в районе кадыка. Тонкая струйка крови стекла и собралась несколькими каплями в солнечном сплетении.

– Зачем я тебе?

– Ну наконец-то правильный вопрос! – визитерша громко выдохнула. – Ты мне нужен, чтобы отвлечь внимание генерала на себя. Ты сбежишь отсюда и скроешься на Мизоксе, там, где твоя госпожа давно ждет своего непокорного слугу.

И без того изумленный взгляд Хена, казалось, стал будто невменяемым. Глаза его закатись от нехватки воздуха.

– Х-х-хватит, – раздался шипяще-шелестящий голос из угла помещения. – Мне он нужен жиф-ф-фой.

Миг, и тонкая струна снова спряталась за рукавом, перестав душить оракула и дальше ранить кожу его шеи.

– Кха-кха-кха! – Хен закашлялся.

А девушка склонилась и принялась рвать запретные заклинания металлическими когтями, блестящими в розовом свете Луны. Разноцветные магические всполохи искрились под ее пальцами, нанося немаленький урон. Но опытной и к тому же бессмертной циньлу было все равно на магические порезы и ссадины, получаемые от подобного действия. Она продолжила свою работу и уже через несколько минут окончательно освободила оракула, развязывая рукава рубашки за его спиной.

– Сейчас ты поднимешься на поверхность, откроешь проход на Альпаксу, пробудешь там не больше часа. Желательно, подберись поближе к дворцу второго генерала, чтобы кинуть тень в его сторону. А дальше тебе нужно поплутать по планетам и окончить свое путешествие на Мизоксе. Рассчитай силы таким образом, чтобы обязательно добраться до Арахны. Иначе она сама тебя найдет, и я тебе не позавидую.

Хен в ответ лишь шире улыбнулся и кивнул.

– А я, так уж и быть, позабочусь о судьбе твоей Хены, если она все-таки осталась жива.

Стиснув зубы, оракул ничего не ответил. Он по-прежнему улыбался и молчал.

– Ну? Поднимайся и топай! – приказала ему «спасительница». – А я уйду следом и затоплю тюрьму, чтобы тебя не хватились сразу. Давай, двигай, говорю! – голос девушки звучал теперь не столь любезно и мелодично, а скорее требовательно и зло.

Хотел заключенный того или нет, но ему пришлось подчиниться, потому что выбор его был невелик. Поднявшись на ноги в одних штанах, Хен вышел из камеры, чувствуя непривычный холодок ветерка на коже.

Сестра, его сестра умерла? Или она все еще жива? Лишь этот вопрос волновал его сейчас, и никакой другой. Но для виду ему нужно было показать, что он подчиняется приказу Арахны и ее марионетки. А там, будь что будет…

Едва стихли далекие шаги, паук, висящий в углу камеры оракула, снова заговорил, обращаясь к бесценной союзнице.

– Ты смогла и ф этот раз усладить слух генерала? Тебе это удалось?

– Нет, он прервал выступление. – Девушка в замшевом плаще обернулась к госпоже и встала на колени. – В этот раз он не позволил напитать проклятие Украденного Сердца.

– А значит, его мужская суть скоро проявит себя. И он захочет возлежать с одной из ф-фас, – Арахна озвучила мысли вслух устами паука, транслирующего в этот мир чужую волю. – Постарайся, чтобы он фыбрал тебя. Иначе придется снофа убить ту несчастную, которой пофезет разделить ложе с небожителем.

– Да, моя госпожа. В этот раз я точно не подпущу никого к моему генералу, я постараюсь.

– Уж будь добра, сделай это… – Паук напоследок сверкнул глазками, прежде чем исчерпать жизненную силу и повиснуть мертвым грузом на тоненькой нити паутины. Сеанс общения был окончен. Девушка в плаще поспешила покинуть тюрьму и исполнить задуманное в точности, как того желала Арахна.

Глава 26. Опороченная

Третья бледно-розовая Луна показалась сегодня не зря. Плохие предчувствия бередили душу генерала, не позволяя как следует сконцентрироваться на разминке, а затем и полноценном бою с воображаемым врагом. А всему виной незваная гостья, мирно посапывающая в его апартаментах. Да так громко, что ее храп то и дело доносился до чуткого слуха небожителя.

Шан-и-Дан оглянуться не успел, когда наступило утро и первыми пробудились слуги. Позевывая, они растекались живой массой по комнатам для умывания, уборки, стирки и прочего. От генерала не укрылось то, как у’Лин прокралась в его апартаменты, стараясь не привлекать к себе внимания, и первым делом принялась тормошить Виталину. Шан чудом не оступился, планируя приземлиться на одну ногу после кувырка в воздухе. Но вынужден был встать на обе, спружинить и снова подпрыгнуть.

– Вставать-вставать, – упорствовала у’Лин, чем сильно заинтриговала небожителя. Он даже прекратил тренировки и прислушался к происходящему.

– Яо тебя, наверное, искать, давать, вставать, – ворчала служанка.

А Вита в ответ проверещала:

– Отвянь, Руфи, я хочу спать!

– Это не Руфи, это Лин, вставать, говорю.

И вот наконец послышался скрип кроватных пружин. Похоже, Виталина соизволила подняться. Далее послышался громкий зевок.

Генерал усмехнулся, подмечая бесцеремонное поведение девицы, словно какой-то деревенщины.

– Мм-м, сколько сейчас?

– Пять утра, – ответствовала у'Лин.

– Ох ты ж… Неужели такая рань?

Подслушивать дальнейший разговор генерал не стал, потому что из-за поворота внезапно показалась Луян-нян.

Приняв новую стойку, Шан как ни в чем не бывало взмахнул копьем, подпрыгнул и отработал одновременный удар ноги и копья, разящие будто в две разные стороны. Как вдруг что-то чуть заметно кольнуло его в спину. Один раз, второй, третий…

Неужели тело подсказывало ему, что уже