Я - Ведьма - Нина Ахминеева

весело потрескивающего костерка и смотрела в огонь.

Вдруг я услышала мелодичный звон артефакта связи, что небрежно положил Макс сверху на свой рюкзак, отправившись за очередной порцией хвороста.

Переведя взгляд с огня на вибрирующий и подмигивающий огоньками артефак, я просто сидела и не двигаясь продолжала на него смотреть. Артефакт все звенел и звенел…

Подошедший ко мне Тарарам сел рядом, мельком глянул на артефакт связи и спросил:

— Звонит?

Я ответила:

— Звонит

Тарарам почесал затылок и задумчиво поинтересовался:

— Почему не отвечаешь?

Я так же задумчиво произнесла:

— А я не умею.

Подошедший к нам Макс, бросил охапку хвороста на землю и задал вопрос:

— Звонит?

В этот момент мы, переглянувшись с Тарарамом начали тихо смеяться.

Удивленно посмотрев на нас и пожав плечами, чем вызвал новый приступ смеха, Макс подошел к артефакту и активировал его.

На нашу подхихикивающую компанию в лице меня и Тарарама, задумчиво смотрело усталое лицо Александра де Лафайте.

— Здравствуй, Алекс- сказал Макс, шикнув на нас и тем самым призывая к порядку.

— Все в порядке? — спросил Алекс и продолжил- Я давно до вас достучаться не могу…

Замолчав Алекс очень внимательно разглядывал именно меня.

— Все хорошо- тихо ответила я, присаживаясь поближе к артефакту и жадно разглядывая такие знакомые черточки его лица.

— Алекс- услышала я от Макса- Думаю послезавтра сделать остановку в Топях. Девочка устала.

Алекс, кивнул головой в знак согласия и со словами- скоро увидимся- отключился.

— И вот, что это был за такой содержательный диалог? — размышляла я устраиваясь на ночлег.

Какие такие Топи. И когда это Макс умудрился понять, что я на пределе?

Четыре дня, мы словно охотники, пробирались исключительно по лесным тропинкам. Я за это время уже и позабыла, что бывают широкие дороги и нет такого количества листьев и гнуса. Конечно я понимала почему Макс ведет нас так. Мужчина давным-давно мне сказал, что чем меньше людей обращает на меня внимание, тем спокойнее мы дойдем.

Однако я и вправду устала, и с каждым днем все больше и больше мечтала о мягкой кровати и душе. Нет. Сначала о душе, а потом кровати!

Четвертый день нашего пути начался как всегда привычно. Позавтракав сухим пайком и выпив горячего чая, мы собрали вещи, забрались на своих лошадей и снова поехали по узким тропинкам.

Как всегда, Макс ехал на своем белоснежном красавце впереди. Тарарам на своей послушной лошади, позади. Я же на своем коньке-горбунке, посередине между мужчинами.

Мы все ехали и ехали по очень узким тропинкам среди непролазного бурелома. Ветки изредка хлестали мне по лицу, вызывая раздражение и вырывая из дремоты усталости в которую я хронически впадала. Дремота, дикая усталость и раздражение- стали моими верными спутниками за последние дни.

Внезапно Макс остановился и поднял руку. В эту же секунду меня с моим коньком-горбунком окутало золотистое сияние. Оно было такое же, как и то, что в Липках Макс устанавливал в комнате, когда на нас напали Твари.

— Купол? — едва успела подумать- Зачем?

И тут я увидела, как на Макса одновременно с разных сторон, напали разом четыре существа. Набросившись на Макса эти существа противно подвывали. Видимо подбадривая сами себя.

Эти зеленые, с гладкой блестящей кожей, размером с хорошего теленка существа сбили Макса с коня и навалились все на него. Я видела, как из-за их тел изредка блестел меч Макса. И слышала непрерывный вой существ из этой кучи малы.

— Почему он не пользуется магией? — с тревогой вглядывалась в сражение- Места мало? Или времени не хватит?

Ухитрившись повернуться назад в седле, я увидела…

Тарарам… Он лежал недвижимо на тропинке. Над его телом склонились и злобно урчали, два существа. Огромными зубами они с жадностью вырывали кровавые куски из его тела.

Придерживая пальцами с огромными загнутыми когтями, вырванную из тела плоть, существа вновь и вновь запихивали в свои пасти и жадно проглатывали сочащиеся кровью куски…

В ужасе прикрыв рот ладонями, я не могла пошевелиться. Оцепенев, сидела и смотрела на это пиршество…А существа все ели и ели, не обращая на меня внимания…

В это мгновенье тенью промелькнул Макс. Два раза блеснул меч и существа мертвыми тушами опали на месте своего кровавого пиршества.

Весь в бурой слизи, Макс не глядя на это кровавое месиво, сделал едва уловимый жест ладонью. Купол, что все это время накрывал меня, мигнув на прощанье исчез.

Посмотрев поверх головы Макса я увидела, как хвост лошади Тарарама мелькнул вдалеке над тропинкой и исчез за ее поворотом.

Всё это произошло так быстро…Мне же казалось, что длился этот ужас не один час… Какие-то пять минут… И всё…

— Макс… — тихо произнесла и с полными слез глазами, тихо сползла со спины своей лошади.

— Макс… — повторила и уткнувшись в куртку мужчины, что была вся в крови и слизи, спросила:

— Почему он позволил себя убить???

Неторопливо гладя меня по голове широкой, усталой ладонью Макс со скорбью в голосе произнес:

— Случайность. Глупая случайность.

Мы ехали с Максом друг за другом по узкой тропинке. Позади нас бесшумно полыхало магическое пламя унося в мир иной останки Тарарама. Отважного воина и верного друга. Друга, что так глупо погиб…

Глава 65

Глубокой ночью мы с Максом после бешенной скачки по лесным тропинкам выехали на проселочную дорогу.

Поздним утром перед нами показалось большое селенье под названием Топи.

Въехав в селенье, увидела, что улицы не пустынны, но полны людей. Ярмарка у них сегодня что-ли?

Крутя головой, во все стороны, разглядывала я разношерстных, празднично одетых жителей Топей. Люди смеясь и улыбаясь шли кучками и в одиночестве по центральной дороге, смешиваясь в одну большую толпу на центральной площади Топей.

С площади легкий ветерок доносил звуки музыки и смеха. Тонкий аромат меда, пряностей и всякой всячины дополнял и насыщал эту картину праздника.

Не заезжая на центральную площадь, мы подъехали к большому двухэтажному дому, над дверью которого красовалась большая вывеска, где кривыми буквами было написано: Пей. Ешь. Спи.

Спешившись возле входа в дом, Макс помог мне слезть из седла и передал наших лошадей проворному мальчишке. Тяжело ступая мужчина зашел в дом первым и придержал для меня дверь.

Пройдя по скрипучим лестницам на второй этаж, я в сопровождении маленькой улыбчивой женщины горничной зашла в отведенную мне комнату. Макс вошел в комнату напротив моей.

Обойдя свой номер по кругу и открыв узкую дверцу, я обнаружила просторную ванную. Тот час скинув с себя грязные, пропахшие насквозь потом и кровью вещи