Лидия. Головная боль академии. Книга 2 (СИ) - Лавру Натали

– Что «всё»?

– Свой шанс на кое-что приятное!

Лукавые глазищи демона распахнулись шире, тут же прищурились и посмотрели на меня с неподдельным интересом.

– С чего это мы такие добренькие?

– Дело есть.

– Так я и думал, – вздохнул он тяжко, и взгляд его потух.

– У тебя на факультете учатся орки?

– Что, на страшил потянуло? – усмехнулся Тагир.

– Инфу! – потребовала резко.

– Да, есть один, – демоняка закатил глаза. – Но тебе там ничего не светит. Он одиночка. Ни с кем не дружит. Даже в душ со всеми не ходит. Поговаривают, что он кастрат.

– Имя?

– Мартин Гхроштег или попросту Мартин-Бык.

– Где его найти?

– Его комната первая от лестницы. Но по утрам он обычно зависает в качалке.

– Спасибо, – улыбнулась я.

– Что мне будет за помощь?

– Попроси что-нибудь релевантное и, может быть, я соглашусь.

– Как насчёт приворотного зелья?

– Нет, – резко ответила.

– Жаль. Я очень хотел бы растопить твоё сердце, как ты растопила моё.

Демон Тагир де Таргор

***

Я до последнего не верила в жестокость богини, но, увидев Мартина, поняла: это трындец. Полнейший.

Тестостероновое парнокопытное натужно тягало железо в качалке. Ладно, копыт у орка не было, но шея и впрямь бычья.

Капец! Как я Амаверу буду рассказывать обо всём? Он же счёты с жизнью сведёт от такого!

Но, раз уж обещала, достану всю инфу, какую только можно. И я сделала первый шаг к половинке Амавера и сказала:

– Привет!

***

Лидия

Раскосые карие глазищи посмотрели на меня с недоверием и скепсисом.

– Чего тебе? – неприветливо отозвался утробный бас с ярким шипяще-рычащим акцентом.

Ёмана... Он и правда орк. Я чуть не прослезилась. Пипе-е-ец! Бедный мой кузен...

– Да просто познакомиться хотела. По-дружески. Ты ведь Мартин?

– Не знакомлюсь, – и громила снова схватился за штангу, которая весит, наверное, раз в пять больше меня.

И он поднял её, поставив на стойку! Монстр! Да он Амавера поднимет без усилий, как тростину!

– Ого! Даже у ректора бицуха меньше! – воскликнула я, глянув на умопомрачительную мускулатуру орка.

– Каждый уважающий себя орк – превосходный воин, – наконец, вступил со мной в диалог Мартин-Бык.

– А женщины у вас тоже воины?

Вроде бы я задала невинный вопрос, а эта груда мускул на меня ка-а-ак вызверилась! Да как загремела:

– Что ты знаешь, девчонка?!

Меня чуть не снесло звуковой волной. Внезапно захотелось удрать отсюда куда подальше.

– Д-да н-ничего я не знаю... Потому и спрашиваю.

Чудовище фыркнуло и перестало рычать.

Бедный, бедный Амавер! Любовь бывает не просто зла – она бывает убийственна с первого взгляда.

Ничего, мы с кузеном такую претензию Лорене накатаем – ух! Она быстренько всё расставит на круги своя.

– Я поступил сюда учиться, а не клеить девок, особенно таких хилых, как ты.

– Так я и не клеюсь. Я уже нашла свою пару. А у орков бывает любовь-судьба?

– Нет, – буркнул Бык и отвернулся.

– Нет? Точно? Ведь у орков и эльфов общий предок?

– Редко, – снизошёл до ответа Мартин. – Орки – воины, и признают лишь право сильнейшего.

– И поэтому ты здесь?

– Да, – буркнул он.

Краткость – сестра необщительности.

– Я не видела здесь твоих сородичей.

– Я здесь один.

– Почему?

– Что ты привязалась ко мне?! – снова раздражённый рык.

– Ты один, а я по себе знаю, что без друзей бывает невыносимо тоскливо, – вообще-то не знаю, но надо же как-то втереться в доверие. – Тем более что я тебе не конкурент ни в чём.

– Я не хочу дружить с распутницей, которая всем показала своё голое тело! – оскалилось чудище, показав мне свои громадные острые зубищи. Причём челюсти были настолько массивные, что губы сильно выпирали вперёд, как у обезьяны. На удивление, это смотрелось не уродливо, а, скорее, экзотично, иноземно привлекательно.

Мартин у себя в орочьем становище наверняка считается красавцем. На морду лица неплох, бронзовая кожа гладкая, ресницы длиннющие, губы фигурно очерченные, яркие.

– Ревнуешь? – лукаво глянула я на собеседника.

– Гр-р-р! Ты последняя женщина в мире, на которую я обращу свой взор!

Меня покоробило от слова «взор». Как-то не вяжется оно с суровым мужиком-орком.

– А я не про себя, – смотрю на него и улыбаюсь. – Тебе ведь хотелось быть на моём месте? М? Станцевать с кронпринцем?

– Я не умею танцевать, – призналось чудище. Ага! То есть тот факт, что Амавер мужчина, его не смущает. Но тут он сообразил, что амплуа разваливается, и добавил: – Воины не танцуют. Тем более с мужчинами!

– Увы, тебе придётся, – вздохнула я. – Но не волнуйся. Я никому не скажу, что ты девушка. Ну, почти никому. Думаю, Амавертиэль должен об этом узнать.

– Что-о-о?! – взревел Бык. – Да как ты смеешь называть меня девкой?!

– Хочешь, чтобы твой секрет узнали все? – я уже выработала устойчивость к повышенному тону. Быстро закаляюсь.

– Нет... – как-то разом сникла, теперь я уже точно знала, орчанка. – В чём я прокололась?

– Ни в чём. Просто у одного носителя эльфийской крови к тебе любовь-судьба. И вряд ли богиня соединила бы в пару двух мужчин.

– Отец хочет выдать меня за вождя племени Крабакх, и отказаться я могу, только победив его в сражении, – поделилась она своей драмой.

– Ты, значит, не хочешь замуж?

– Только не за него! – в карих глазах горел испуг. – Ни одна из его жён не смогла понести, и он за это их убил и съел.

– Фу! Почему же тебя хотят отдать ему?

– Чтобы упрочить положение моей семьи. Отец считает, что Грыштах не посмеет причинить мне вред, и свободное племя Крабакх присоединится к нашим землям.

– Погоди, так ты дочь... как его... Таршшета Арршеза? – наконец, вспомнила я зубодробительное имя правителя Орочьей степи.

– А ты откуда знаешь?

– Да так, приходилось подписывать договора на поставку шкур и импорт зерна, – улыбнулась я.

Я также знала, что Мартина – полукровка, отсюда и симпатичная мордочка. И мне даже представить страшно, через что пришлось пройти ей, чтобы достичь такой формы.

Мартина Арршез Гхроштег, Мартин-Бык – принцесса орков.

В национальной одежде и текущей физической форме.

Какой Мартина станет после преображения обратно в девушку:

Мать у Мартины умерла много лет назад, когда рожала второго ребёнка, поэтому девочку воспитывали исключительно орки, а они варвары и душой и телом.

– Ты ведь не раскроешь мою тайну? – карие глаза смотрели на меня с надеждой.

– Я сохраню её. Можешь спокойно учиться дальше. На каком ты курсе?

– На четвёртом. И хочу за это время достичь совершенства в боевых искусствах, чтобы победить Грыштаха.

– Не уверена, что тебе придётся это делать, – улыбнулась ей.

– Ты не знаешь моего отца, – покачала головой Мартина.

– Ты права: не знаю. Но если вдруг что-то пойдёт не по твоему плану, найди меня. Поверь, я в силах вытащить тебя из любой передряги.

– Это вряд ли, – хмыкнула орчанка. – Но всё равно спасибо.

– Я серьёзно. Не ты одна здесь скрываешь истинную себя.

– И кто же ты?

– Ты очень скоро это узнаешь, но не сейчас. Мне пора. Рада была познакомиться.

Всю информацию я узнала. Я умница!

Но Амавера мне всё равно жаль.

***

Эдриан Дарс

Матушкину тревожность пришлось успокаивать долго. Эдриан пошёл на хитрость и попросил маму заварить ему чай с успокаивающими травами.

В итоге в лазарет к Барту Эдриан попал только через час.

– Будешь доказывать мне, что ты – это ты? – хмуро бросил старик.

– Это действительно я.

– У тебя вместо рук были щупальца, и ты весь был чёрный, как хтонь из преисподней. Мы оба знаем, что тёмная магия способна на структурные изменения только после того, как полностью овладеет телом и разумом.