Мария. По ту сторону несбывшегося (СИ) - Олла Дез

у нас на сегодняшний день существует шесть различных вариантов постановки этого балета. С разной музыкой и различными вариациями. Мы ставим седьмую, — и в его голосе прозвучало самодовольство.

— Так много композиторов, писали музыку к «Дон Кихоту»? — удивилась я.

— Да, а ты не знала?

— Даже не догадывалась, что этот балет так популярен.

— Мы с невестой обязательно придём на премьеру! — вежливо улыбнулся хозяину Артур.

— Так чем, собственно, я могу вам помочь? — спросил Хуан де Анчиета и вопросительно посмотрел на нас.

Артур сжал мою руку, и это послужило сигналом. Я выпустила магию, и аккуратно, стараясь не привлекать внимания, посмотрела на картину. Я сильно надеялась, что на магию отреагирует музыкант, ну или девушки, поющие по нотам, ну или стоящая за креслом монахиня. Но, увы. Нам не повезло. Хуана Безумная открыла глаза и обвела всё вокруг взглядом чёрных, как ночь Испании, глаз. Она осторожно, словно сомневаясь, что у неё получится после столь долгого сидения, встала и, убедившись в послушности ног, спустилась с полотна.

Это была худая, одетая в тёмные мрачные одежды женщина. Её лицо было миловидным, и я лично не увидела в нём ничего безумного, пока она не подошла к стене, не упёрлась в неё ладонями, как будто пытаясь её сдвинуть, и не принялась стучаться головой, в попытках её проломить.

Я с ужасом глянула на Арта, но тот едва заметно качнул головой. Это означало, что я не должна отвлекаться. И пусть всё идёт, как идёт. Артур снова ободряюще сжал мою руку и, посмотрев на хозяина, принялся отвечать, как ни в чём ни бывало:

— Мы собираем сведения о трагическом случае, произошедшем в особняке герцога Альба. А именно гибель — его хозяйки, Розалии Альба. Вы ведь были в ту ночь в особняке?

— Да, но, увы. Ничего сверх того, что я сообщил полиции, я вам поведать не могу. Точно так же, как и все — выскочил на шум, и точно так же, как и все — увидел внизу у лестницы тело. Новых сведений у меня с тех пор не появилось.

— Вы ведь приехали в особняк по приглашению маркизы Молинс и сопровождая её?

— Да. Но это личное. Я бы не хотел распространяться на эту тему. К гибели герцогини Альбы мои отношения с Марианной не имеют никакого отношения.

— Конечно, конечно. Но всё же. Вы в ту ночь были один у себя в комнате? — спросил Артур и заработал недовольный взгляд.

— Да. Я был один, — всё же ответил хозяин. — Это что-то меняет?

— Алиби у вас нет, — пожал плечами Артур.

— А зачем мне оно? Это же был несчастный случай? Да и зачем мне желать смерти герцогине? Я её едва знал, — пожал плечами Хуан де Анчиета.

Всё это время Хуана Безумная не отвлекалась от своего занятия. Она монотонно билась головой об стену. Вот кстати забавное совпадение имён. Она Хуана, а он Хуан. И из меня вырвался истеричный смешок, который мне не удалось подавить. Артур посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Хуану Безумную и быстро вернул всё внимание хозяину квартиры.

А потом вдруг Арт сделал резкий взмах рукой, и в Хуана де Анчиета полетел сгусток магии. Его глаза остекленели, и он обмяк в кресле.

— Что ты сделал? — выдохнула я.

— Оглушил. Это ненадолго, Мари, помоги мне! — Артур вскочил и бросился к стене, в которую билась Хуана Безумная.

Артур принялся её осматривать, дотрагиваясь до всего, что попадалось ему под руку. Он методично ощупывал стену. Я подбежала и присоединилась.

— Мы ищем дверь? — догадалась я.

— Да.

— Нашла! — потрясённо прошептала я, когда при нажатии на встроенный в стену канделябр, открылась потайная дверь.

— Святые Праведники!!! — воскликнул Арт.

Артур внутрь и заглядывать почему-то не стал. Он резко дёрнул меня на себя, отстраняя от открывшегося прохода.

— Вестника. Срочно! Уходим отсюда, Мари. Быстро! — и Артур, сделав рукой несколько движений, выпустил магию и, обвив меня рукой за талию, устремился к выходу.

Только мы не успели. Дверь в гостиную с треском захлопнулась перед нами, а сзади прозвучал голос хозяина, глухой и зловещий:

— Куда же вы, гости, дорогие? Может быть, всё же задержитесь? Не ожидал, признаться, от вас такой прыти, фон Мёнерих.

Арт обернулся и загородил меня собой.

— Сиди, где сидишь! — зарычал Артур на хозяина, и столько в его голосе было силы, что я даже сразу успокоилась.

Это же мой Арт, он нас вытащит, что бы там ни случилось.

Меня оттеснили от двери в угол комнаты, и я стояла, стараясь даже не дышать, за широкой спиной Артура. Единственное, чем я могла помочь, это перенаправить всю мою магию в него. У нас это и раньше получалось. Мой же собственный магический уровень был слишком низок, чтобы я что-то могла противопоставить хозяину дома.

— Что меня выдало, фон Мёнерих? — спросил Хуан де Анчиета.

— Хуана Безумная, — не стал объяснять Артур.

И началось. Противник у Артура был, по всей видимости, сильный, потому что несколько раз умудрился всё же пробить защиту Артура. Они швырялись друг в друга заклинаниями. Но Артур крепко стоял на ногах, чего не скажешь о разлетающейся во все стороны мебели. Вот у той ножки поотваливались, и она разваливалась в щепки.

Вскоре вся комната стала напоминать в буквальном смысле поле битвы, так как в гостиной не осталось ни одного целого предмета. Ага. Кроме картины, висящей на стене. Её почему-то не задело. Хотя, наверное, это моя магия сработала. Ну, так мне хотелось думать.

— А ты не плох, фон Мёнерих. Вот никогда бы не подумал. Не ожидал, что папочкин сынок окажется столь крепок. И девчонку сил хватает защитить, надо же! Признаюсь, восхищён. Но у тебя всё же сил не хватит. Тебе и ей не уйти. Там в коридоре ловушки. Даже если меня вырубишь, магии выйти не хватит, и ты всё равно сдохнешь, с ней вместе, — и Хуан зло рассмеялся.

— Я же папочкин сынок? Я успел кинуть вестника, пока ты в отрубе валялся. Он скоро будет здесь. И я тебе не завидую! — ответил Артур.

Фух. Ну вот и подкрепление скоро будет. Всё будет хорошо. Или нет?

— Тогда мне только и остаётся, что взять вас обоих с собой, — и с этими словами Хуан снова бросился в атаку.

Только вот у него не вышло. Артур что-то такое применил, и я увидела, как противный блондин тяжело рухнул на пол.

Артур обернулся и обнял меня.

— Всё закончилось. Тебя не задело? — озабоченно спросил любимый.

— Нет, а ты цел?

— Да, что