Посох в руках, свирель за пазухой. Часть 2: Свирель (СИ) - Райтер Инеш

— Почему ты не рассказал никому об этом?

— Мне бы не поверили. Оба моих деда имеют вздорный характер, а я всегда был несносным мальчишкой.

— И что дальше?

— А дальше, меня нашли орки, выходили. Я стал человеком.

— Разве бог может быть человеком?

— Ну, если человек может быть богом, почему бы богу не стать человеком? — я наклонился ближе к Иине и прошептал. — Мы отличаемся от людей только количеством силы, которую дарит вера. Разве Пелагий не об этом говорил? — я вернулся на место. — Пришлось примерить сотни ролей. Кем только мне не приходилось быть: магом, воином, архитектором. Кстати, как тебе храм Лиасроуда? Моя работа.

Она хмыкнула:

— И когда стал наемником?

— Когда понял, что особа, которая желала заполучить божественные дары не отказалась от своих планов. Думаешь Арвен и Рудгард первая попытка уничтожить человечество?

— Были другие?

Я устало вздохнул:

— Были. Но их можно назвать экспериментами. Эти двое имеют все шансы на успех.

— Не проще не позволить им схлестнуться?

— Проще, — я кивнул. — Прямо сейчас могу пойти убить любого. Выбирай, кого не жалко. Только, спустя какое-то время все повторится вновь. Появятся другие. Возможно, они будут сильнее или слабее. Преимуществом богов является время — оно всегда на нашей стороне, а ждать мы умеем. Знаешь, в чем проклятье божественных близнецов? Они обречены повторять судьбу старших богов. Тех — остановил я, этих — придется остановить тебе.

Я пододвинул айхран в сторону Иины. Она даже не взглянула на него. Так и сидела, продолжая сверлить меня взглядом. Я почувствовал опасение, что вот сейчас она испугается, засыпет возражениями и, в конце-концов, пошлет куда подальше. Кому хочется совать голову под топор ради чужого мира? Ведь ему нечего предложить взамен.

Но она спокойно спросила:

— И каким образом? У меня даже магии нет.

Люди. Они верят в магию или не верят, лишь потому, что кто-то что-то сказал. Хотя ни разу, по-настоящему, не пытались отыскать ее в себе. А ведь было бы достаточно просто поверить в себя.

— Помнишь, я говорил тебе про другую магию? Ты, словно алмаз, опущенный в воду: пока не знаешь куда смотреть — его не видно.

Она посмотрела на меня расширенными глазами, в которых плескалось сомнение, оно же послышалось в ее голосе:

— Хочешь сказать сила внутри меня?

Мне захотелось взвыть. Как же тяжело с теми, которые не смотрят дальше своего носа.

— Ты — и есть магия. Думаешь, тебя прикрывал камешек висящий на шее? — я хмыкнул. — Просто ты хотела, чтобы он сработал. Твоя магия уникальна, стоит лишь осознать ее, — я постучал по виску. — У тебя здесь столько сомнений и запретов, что лучший айхран для тебя — ты сама.

Она замешкалась. Согласен, довольно тяжело понять, что жил слепцом, хотя можно было просто открыть глаза.

— Но я ничего не умею.

— Разве? — вот тут я действительно развеселился. — А пылающий факел в твоей руке? Или то, что ты разделалась с духом? А может спросим у Мииша? Почему он впустил тебя? — ее лицо вытянулось — Неужели думала, что смогла слиться с моим метаморфом без моего разрешения?

— Ты…

— Очаровательный и милый? А ты — глупая и упрямая. Как видишь, из нас получится хорошая пара.

Она скрестила руки на груди, возмущенно фыркнула:

— В гробу я видела такую пару.

— В гробу ты увидишь своего Арвена, если не поможешь мне. Бой братьев должен состоятся в любом случае. Арвен сыграет свою роль, выпустив то, что сидит у него в груди. Только так он станет свободным. Да, он лишиться своей силы, но тогда никто не посмеет заключить его в литрилл. Он будет безопасен. Как и Владетель.

Она протянула к обручу руку, но в последний момент отдернула ее:

— Они точно выживут?

— Честно говоря, мне все равно. От тебя будет зависеть.

Иина прикрыла глаза и тихо выдохнула:

— Арвен возненавидит меня.

— Милое знакомство с божественной стороной, не правда ли? — я развел руками и подмигнул ей.— Выбирать тебе — его жизнь или ненависть. — Ты ведь все равно собиралась оставить его? Так какая разница, что он будет чувствовать? Возможно, это даже поможет ему пережить твой уход.

— Тварь, — беззлобно огрызнулась она. Вполне возможно, учитывая все мои грехи. — Что нужно сделать?

Ну, вот и добрались до дела.

— Спровоцировать братьев. А затем ты воспользуешься дарами творца. Ведь ты уже поняла их назначение?

Она кивнула, не задавая лишних вопросов.

Иина мне нравилась все больше и больше. Я даже задумался, а не позволить ли Арвену действительно умереть. И тогда, возможно… Эх, каких бы дел мы наворотили. Я мечтательно прикрыл глаза.

— Эй, — она щелкнула пальцами перед моим лицом, — Ты о чем задумался? Как я воспользуюсь дарами, если ты их забираешь?

Мне пришлось вынырнуть из грез.

— Когда придет время — верну. Тот, кто желает смерти миру, не явится, если не будет уверен в своей победе.

Иина зло сощурила глаза:

— Значит, я — приманка?

Я игриво рассмеялся ей в ответ.

— Нет. Приманка — братья. Ты — мышеловка.

— А мышь тогда кто?

— Не хочу разочаровывать тебя раньше времени. Бывает, что и незнание становится оружием. Но, обещаю, она тебе понравится.

Я встал с кресла и довольно потянулся. Время. У меня его было много, но сейчас оно неслось со скоростью пущенной стрелы, и нужно остановить ее полет.

Подхватив посох, я подошел к окну.

— А ведь тебе не все равно, — бросила Иина в спину.

— Что? — я обернулся.

Она провела пальцем по краю айхрана. Затем подняла голову и посмотрела мне в глаза. Хмыкнула:

— Тебе не все равно, выживет Арвен или нет. Иначе ты не распинался бы передо мной.

Я ухмыльнулся. Люблю проницательных женщин. Не смотря на зависть, темный мне действительно нравился. Было бы жалко потерять такую фигуру. Но я не ответил, пусть думает, как пожелает.

— Так как называть-то тебя: Лунг или Лиалас? — она расслабленно откинулась в кресле.

— Лунг, — я бросил ей, пожав плечами. — Как-то привык к этому имени.

Она кивнула:

— И кто ты сейчас? Бог или человек?

— А разве это имеет значение? — я серьезно посмотрел на нее.

Иина не успела ответить, в дверь постучали. Она обернулась в ее сторону и я, пользуясь моментом, растворился во тьме заросшего сада.

Запах озона щекотал ноздри.

Зигзаги молний опутывали хрупкую поверхность сферы сетью, с каждым мгновением стискивая ячейки, пока та не покрылась плотным коконом, свитым из искрящихся разрядов.

Иина чуть качнула посохом, будто сбивала с ветки созревший плод. Кокон дернулся сбрасывая питающие его канаты, которые соединяли его с братьями. Они без сознания рухнули на землю. Живыми.

Что же, я не обманул тебя, Иина — ты справилась.

Ветер внезапно стих, словно его и не было. В тишине послышались стоны и тихое шуршание людей, которые начинали приходить в себя. И тут же они изумленно замирали натыкаясь взглядами на парящий над ареной кокон с бурлящей запертой силой внутри. Теперь она была относительно безопасна, но все так же требовала выхода.

— Реши, кто достоин ее, — шепнул я на ухо Иине, заправляя свирель ей за пояс.

Не оборачиваясь, она кивнула. Ее задумчивый взгляд был прикован к кокону. Она разглядывала его, сощурив глаза, взвешивая в уме какое-то решение. Бьющие из посоха молнии, удерживали его, не давая сдвинуться.

Иина лукаво улыбнулась, словно ребенок задумавший шалость. Я насторожился, не предполагая, чего ожидать.

Кокон взорвался фейерверком.

Волна слепящего света сменилась непроглядной тьмой, чтобы разом осыпаться затухающими искрами. Сквозь них проступили очертания странного зверя, размером с коня. Скрытого, словно плащом, дымчатыми крыльями, из-под которых торчал длинный хвост свитый пружиной.

Святой Ледарис! Это что за тварь?

Зверь распахнул крылья, сбрасывая с них сверкающую пыльцу силы, обнажая вытянутое тело с четырьмя мощными лапами, по спине которого шел золотой гребень. Расправил хвост с тонкой кистью на конце. Черные и белые чешуйки, покрывали все его тело. Они отливали сверкающим глянцем и казались несокрушимой броней. Огромная вытянутая голова с костяными наростами, похожими на закрученные рога повернулась в нашу сторону. В Иину уткнулся желтый взгляд огромных глаз с вертикальными зрачками. Зверь ощерился, обнажая пасть полную зубов.