Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия (СИ) - Савченя Ольга "Мечтательная Ксенольетта"

— Но они опасны для нас, — подхватил Роми, отстраненно наблюдая за ковыряниями Эт. — Древние могут увидеть в нас опасность для своего источника и напасть. Для них мы такие же младенцы.

— Так, знатоки и гении, — приподнялся на локтях Кейел и строго произнес: — Я напомню всем, что никого с собой насильно не тащу. И не знаю, как у вас, но у меня завтра ранний подъем. Заканчивайте со своими делами и беседами.

Он отвернулся от костра, подтянул к себе свою сумку и подложил ее под голову. Как-то после его просьбы, которая скорее походила на приказ, мы молча поспешили ее выполнить. Елрех бережно сложила в мешочек то, что успела раздобыть, и принялась вытирать руки, влажной тряпкой. Я разобралась с мятой, разложила стебли с листьями по разным мешкам и передала Елрех. Она кивнула на отброшенную тушку, и мы отошли к ней.

— Если прямо отсюда отправимся в лес Древних, — тихо проговорила она, — то амулеты сделать не успеем, а продать их тем более. А вот потроха на зелья пойдут. И давно ты знала о его планах? — снизив тон, резко сменила она тему. — Или это очередные твои уловки?

— Ого, — изумилась я. — Какое солидное у тебя обо мне мнение. Нет, Елрех, я тут не при делах, — подняла руки, показывая ладони. — Он — ненормальный. Помешанный на спасении Фадрагоса.

— Все Вольные такие.

— В общем, слушай. У него там в голове какие-то теории заговора. Но это ничего в целом, жить можно. Во-первых, мне необходимо не просто ему знания руны передать, а лучше бы завладеть ими. Иначе погонит ведь. А еще я не убивала Фаррда.

— Верю. Ты слишком труслива, — подло била она по моему самолюбию.

— Он клятву нарушил — раз, — загнула я пальчик, опасливо поглядывая в сторону костра, — он одновременно может быть в двух местах: в одном — видимый и, кажется, неосязаемый, в другом — невидимый, но, кажется, осязаемый. И он не знает, что я об этом знаю.

— Он мог толкнуть Ив, — скрестила Елрех руки на груди.

— Скорее всего, он ее толкнул, и Роми не зря обвиняет его во лжи. К тому же он слишком умен, а может, хитер. И я ему не доверяю, но сотрудничать с ним все же придется.

— Есть еще новости? — поинтересовалась она и уселась, якобы нашла что-то еще важное в отброшенном трупе зверька.

Я присела на корточки возле и тихо сказала:

— Я сейчас тебе все-все буду рассказывать, что вспомню, а если кто идти будет, ты меня сразу алхимии учи.

Глава 18. Ксенофобия. Эпизод первый

Ледяной пол холодил ступни. Два дракона — синий и красный — парили над алтарем. Я смотрела на Кейела и не знала, что ему ответить. Почему он думает, что мне стыдно? А он еще и улыбался так противно, будто провоцировал меня быстрее улечься на алтарь. Для чего он предназначен? Я знала, что мне необходимо лечь на него, но не могла объяснить себе причину. Особенно учитывая тот страх, что я ощущала, когда приближалась к этой красивой глыбе изо льда.

— Подъем!

Я вскочила и осмотрелась: еще туман стелился плотной взвесью; солнце не показало первые лучи, зато звезды мерцали в небе; одинокая птица разрывала тишину; темнота, тишина.

— Я ведь предупреждал, что вставать придется рано, — проговаривал Кейел, закидывая сумку на плечо. — Если бы послушали, то не смотрели бы на меня так, словно я убил ваших верховных.

Он, в отличии от нас, действительно был бодрым. Остановился возле остывшего кострища, скрестил руки на груди, улыбнулся и поочередно глянул на каждого. Роми выглядел лучше остальных: смотрел ясным взором и сжимал в пальцах дротик; одежда на нем почти не помялась. Лохматая Ив вяло потирала кулаками глаза и зевала. Елрех хмурилась, уставившись на свою тонкую шкуру, которая явно еще сохранила тепло. Этирс потягивалась, вытягивая одну руку вверх, а вторую загнув за голову. Как выглядела я, мне знать не хотелось. Но Кейел, глянув именно на меня, весело усмехнулся. Чуть постоял, а затем шагнул ко мне. Ухватил шкуру, которой я накрывалась, ловко скрутил ее, а затем и сумку мою поднял и направился прочь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Пойдем, Асфи. Приятели догонят.

Я поняла, что выбора особого нет, поэтому тяжело поднялась и побрела за Вольным следом. От основательного зевка заложило уши, я споткнулась на ровном месте, но устояла, помотала головой и потерла глаза. Спать хотелось неимоверно.

Ребята в самом деле догнали нас еще до восхода солнца. Ив бубнила, что совсем без завтрака нельзя. Остальные шли молча. Этирс бросала осторожные взгляды на Кейела, будто не решалась с ним заговорить и вообще приблизиться к нему. К рассвету мы пересекли небольшую рощу и вышли к развилке. Кейел направился по самой неприглядной колее. Указатель обещал этим путем привести нас к деревне Светлая коса.

— К лесу Древних ведет не эта дорога, — крикнула ему в спину Елрех.

— Надо забрать моего мальчика, — обернувшись, ответил Кейел.

— Тоджа, — на всякий случай пояснила я и шмыгнула носом.

Я шла, в основном глядя себе под ноги, но иногда поднимала глаза и видела Кейела впереди. Он продолжал тащить мои вещи, чем одновременно радовал меня и вновь заставлял ощущать эту лишнюю благодарность, которая пробуждала совсем уж недружеские, теплые чувства. А еще мысли о снах не давали покоя. Что это за сон такой отчетливый? И чем он заканчивается? Досмотрю ли я его когда-нибудь?

Позади щебетали девушки, жарко обсуждая и защищая достоинства своих гильдий. Я оглянулась и отметила, что Роми чуть отстал. Шнурков в Фадрагосе не было, но я не постеснялась стащить с ноги сапог и сделать вид, что вытряхиваю камушки.

— Все в порядке? — поинтересовалась Елрех, проходя мимо.

— Да, — кивнула я ей для пущей убедительности.

Надела сапог как раз, когда Роми поравнялся со мной. Какое-то время мы шагали молча, а потом я все же спросила:

— Сильно побледнела?

Он скосил на меня глаза и хмыкнул.

Белая кисточка его хвоста с каждым шагом покачивалась над землей. Серая кожа едва заметно мерцала при дневном свете. Перышки на стрелах, спрятанных в колчане, легонько дрожали при ласковом дуновении ветерка.

— Роми, я же ничего тебе не сделала плохого, так почему ты ко мне враждебно настроен?

— Ты человек. Тебе этого мало? — теперь он даже мимолетно на меня не взглянул. Подборок приподнят, губы поджаты — словно Ромиар брезгует даже объясняться со мной.

— Этирс тоже человек, и Кейел тоже. К ним ты на порядок лучше относишься. Ив я за собой не тащила, она сама...

— Слухи о тебе быстро распространились, — прервал он, нервно хлестнув по ноге хвостом. — Ты не просто человек. Ты еще и из другого мира. Когда я услышал о тебе, сразу решил, что для всех безопаснее всего будет убить тебя. Неизвестно, что ты притащила за собой из своего низкого мирка.

— Низкого? — удивилась я.

— По твоим же слухам говорят, что у вас живут только люди. Судя по тебе — глупые люди.

— Я не глупая, — буркнула я и чуть громче продолжила: — просто не знаю Фадрагоса. Мне трудно запомнить все ваши названия и традиции. Хотя... забудь!

Разве ему нужны мои оправдания? Ему не они нужны, а доказательства собственной правоты. Чем больше я скажу, тем больше предоставлю возможностей, за что уцепиться и обернуть против меня. Вот и весь разговор с шан’ниэрдом! Вот и все взаимопонимание, и согласие!

Троица замолкла на пару секунд, проследила, как я обгоняю их, а потом возобновила разговор о гильдиях. Я и сама не поняла, почему ощущая обиду и растерянность, поспешила не к Елрех, самому родному существу в Фадрагосе, а к подлому Кейелу. Он даже не оглянулся на мои громкие, неосторожные шаги. Как только я приблизилась, он спросил:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И чем он тебя расстроил? Что сказал?

— Что я человек из другого мира, — порывисто пожаловалась я. — Кейел, я не уверена, что у меня получится к нему приблизиться.

— Да, я это вчера понял. Ромиар Вольный, но его кровь сильнее.

— А в чем особенность? — не поняла я.

— Расскажу, но только взамен на что-нибудь интересное, — улыбнулся он.