Рабыня Тёмного Лорда (СИ) - Силаева Ольга

И он поднял её на руки.

— Скажите что-нибудь дерзкое, — прошептал он, гладя её голый живот ладонью. — Должен же я проявить к вам несправедливую жестокость хоть за что-нибудь.

— Я плохо вымыла за собой посуду, — сказала Кира шёпотом. — И убрала мокрые тарелки в шкаф вместо того, чтобы их вытереть.

Гладящая её рука сжала бедро.

Сойдёт.

Кира едва заметила, как он внёс её в подвал по узкой лестнице: у их поцелуев был вишнёвый вкус, и она не смогла бы оторваться от его губ даже под страхом самого ужасного наказания в этом же подвале. Впрочем, мысль была… соблазнительна.

Лишь когда за ней хлопнула дверь небольшой комнаты и Тёмный Лорд вздёрнул её руки над головой, чтобы приковать к рельсу, идущему под потолком, Кира начала осознавать, куда попала.

Зеркала. Все стены, пол и потолок покрывали зеркала, и у Киры закружилась голова: она дробилась в них под разными углами, отражалась, перемещалась, переливалась.

Кира не знала, где она. Она отражалась в разных нарядах: алое откровенное бельё с разрезами, строгое кофейное, серебристый корсаж без низа, чёрный пояс от чулок на талии…

Кира наконец поняла. Экраны. В стены были встроены не только зеркала, но и экраны, неотличимые от зеркал. Записи из прошлого.

И они показывали её. Только её.

— Вы записали свои игры со мной для моего удовольствия. — Кира вскинула лицо, глядя ему в глаза. — Не сказав мне.

Тёмный Лорд скрестил руки на груди.

— Возможно, я даже поделился ими с Этьеном. Откуда вам знать?

— Не поделились бы, — шевельнулись её губы. — Никогда.

Тёмный Лорд тихо засмеялся.

— Да, вы хорошо меня знаете. Тем более что Этьен станет главой Министерства, когда мой друг милорд Антейн решит наконец уйти в отставку. Вряд ли фигуре такого ранга пристало разглядывать обнажённых искусительниц вне супружеской спальни.

— А вы их разглядываете? Обнажённых искусительниц?

— Ну что вы, мисс Риаз. Разве я похож на человека, приковывающего в своём подвале беззащитных молодых девушек, предварительно заставив их раздеться передо мной? Разве я способен сделать с вами. вот это?

Он протянул руку, коснувшись её груди, и Кира задышала чаще.

— Хотите попробовать настоящее наслаждение? — тихо спросил он. — Зная, что запись останется моей навеки?

Его рука раздвинула её бёдра, скользнув внутрь, и Кира сглотнула.

— Да, — хрипло сказала она. — Хочу.

Тёмный Лорд повёл рукой, в которой на миг появился невесомый пульт. Зеркала вдруг сверкнули, и обнажённые девушки на экранах, её копии, её отражения — вернулись к жизни.

Кира остро ощущала мужские пальцы на своём лобке, внутри, на самых нежных частях своего тела. А потом Тёмный Лорд наклонился, встал на одно колено, коснулся её языком

— и Кира, ахнув, бессильно обвисла под его прикосновениями, поднимаясь на цыпочки из последних сил, чтобы не упустить ни одного.

Она услышала первый громкий стон в ту же секунду, что издала свой. Одна за другой её копии в отражениях сходили с ума от острых и ярких искр наслаждения, от жаркой и чувственной страсти, от горячего дразнящего мужского языка в своей влажной глубине. Кира уже не знала, существует ли она на самом деле, прикованная к рельсу, беспомощная, обнажённая, изогнувшаяся в диком, сводящем с ума наслаждении — или она тоже лишь зеркальная копия. Из прошлого? Из будущего?

Её было невозможно, немыслимо хорошо, её тело сотрясалось в сладких спазмах, она вся пылала от жара. И одновременно на её языке ощущалась тонкая горечь. Предчувствие конца. Такого близкого: ведь ритуал будет завершён совсем скоро.

И всё будет кончено.

Кира хотела об этом забыть. Ничего не помнить — хотя бы сегодня. Скрыться в удовольствии, в нежности. Подчиниться — и перестать думать.

Но помочь ей мог только тот, кто повелевал ею.

— Накажите меня, — произнесла она. — Как следует. Чтобы я это запомнила.

Он поцеловал её внизу долгим затяжным поцелуем.

— Такое тело, — проговорил он, — будет сладким подарком.

Взмах руки, и чернота окутала нижнюю часть комнаты. И из этой черноты, натягиваясь, взлетели цепи, обхватывая лодыжки Киры, вздёргивая её ноги вверх и безжалостно разводя бёдра в стороны.

Кира охнула.

— Самое начало, — зловеще пообещал Тёмный Лорд. — Люблю зрелищность. Почти так же, как мешать боль с удовольствием.

Его губы едва заметно побледнели: здесь, в отличие от подземелий Академии, чары на цепях отнимали куда больше сил.

Но его лицо светилось триумфом.

— Нет ни одной медленной и мучительной пытки, — опасным тоном произнёс он, нависая над ней, — которой я не хотел бы подвергнуть вас. Но сегодня ваша боль будет быстрой, как потеря невинности. А ваша кровь…

Тёмный Лорд медленно, со вкусом коснулся её губ, резко укусив за нижнюю до крови. Кира вскрикнула от боли — и внезапного жгучего возбуждения.

— Ещё, — прошептала она.

Его рука скользнула ей по бедру. Властно, жёстко потёрлась между ног, вынуждая раскрыть бёдра шире. И ущипнула её, вызывая боль и возбуждение одновременно.

Кира выкрикнула — и он поймал её крик, целуя её, заглушая боль, и Кира сама подалась на рельсе ему навстречу, прижимаясь, мечтая сама расстегнуть его одежду, прижаться всей кожей…

Секунды спустя смятая рубашка полетела в сторону, и Кира облизнула губы, глядя на полуобнажённого мужчину перед ней. Сильного, грациозного, смертоносного. Дарующего боль и наслаждение.

А затем он прижал её бёдра к себе одной рукой и ворвался в неё, и три десятка его зеркальных двойников сделали то же самое. Кира застонала и хрипло охнула.

— Не останавливайтесь, — проговорила она, глядя в зеркало. — Только не.

Его рука вернула её подбородок на место.

— Смотрите на меня.

Он не прекращал двигаться в ней, выгнув её назад, заставляя открыть беззащитную голую грудь, живот и плечи. И острые движения его ногтей, обводящих полукружья под грудями, лёгкими мазками пробегающих по руке, увеличивая наслаждение многократно.

— Даже лёгкая боль — это сигнал запомнить, что с вами происходит, — прошептал он, снова накрыв её губы и с трудом оторвавшись от них. — Вам больно, значит, вы живы. А если вам больно, и одновременно вы связаны, беспомощны и раздеты?

— Я запомню эту ночь навечно, милорд, — прошептала Кира.

— Вижу, вы быстро учитесь.

Он отстранился от её лица, покусывая мочку её уха, горло, накрывая языком плечо. Пальцы прошлись по входу в её лоно, нажали на чувствительную точку, и Кира охнула, чувствуя, как всё ближе подходит к грани.

— Я. - начала она.

— Тише, — выдохнул он, — пока вы в запале страсти. не сказали очередную. глупость.

Он коротко простонал одновременно с ней, прижимая Киру к себе грудью, зарываясь в её волосы. А потом он взмахнул рукой, отведённой назад для удара — и жгучий шлепок обжёг ягодицы Киры одновременно с ярким и мощным взрывом желания, сотрясшим её тело. Она никогда не испытывала ничего подобного. Кира обмякла в цепях, запрокинув голову и слабо постанывая. И едва чувствовала, как Тёмный Лорд обхватил её обеими руками, как желанную и наконец-то сдавшуюся добычу.

— Люблю, — прошептала она.

И упала в обморок.

Кира пришла в себя на диване, закутанная в плед.

Она приоткрыла один глаз. Тёмный Лорд сидел напротив неё в кресле с книгой, задумчиво глядя в потухший камин.

— Что-то должно произойти, — негромко сказал он. — Что-то, что заставит меня выгнать из моего дома голую и босую, и вы больше не будете греться в ошейнике у моего огня. Право, мне всё сложнее в это верить.

Кира открыла было рот, но он остановил её.

— Не стоит уверять меня в обратном, мисс Риаз. Пока вы не знаете этого сами, и я тоже. А я хочу узнать. Если в вас есть нечто, что придётся мне очень не по душе, лучше, чтобы я узнал об этом сейчас, а не, к примеру, через десять лет, когда я уже привыкну к тому, чтобы вы омывали мне ноги и развлекали моих гостей.

— Вы мне не доверяете. — Голос Киры дрогнул.