Муж в подарок (СИ) - Любимка Настя

— Боишься, — отозвался тот, — как и любой другой человек. Но ты не лжешь, ты умрешь без сожаления и сомнений, если это потребуется. Вот только, как и любой другой человек, ты живешь надеждами. И до последнего будешь тянуть с выбором.

В чем-то он, конечно, прав.

— Что же ты замолчала? Держи!

Я и опомниться не успела, как в мою ладонь настойчиво сунули тонкий кинжал и заставили его сжать.

Псевдо Аржи стоял близко, крепко держа мою руку и заглядывал мне прямо в лицо.

Впервые за все время, что я провела с ним, я по-настоящему испугалась. Настолько сильно, что у меня задрожали колени. На меня смотрели совсем не человеческие глаза. Они заглядывали куда-то вглубь меня, заставляя невольно сжиматься и отступать. Я сделала крохотный шажок назад, но была возвращена в исходную позицию крепкой хваткой мужчины.

— Давай, закончи здесь и сейчас. Ты нужна мне, да. И с твоей смертью все будет сложнее, но ничего не изменится. Запущенный процесс не изменить.

Широко распахнутыми глазами я смотрела на мужчину и пыталась понять его мотивы. Что-то не так. Фальши в его словах не чувствовалось, но была и какая-то игра, которую я просчитать не могла.

— Что же ты медлишь? — мою руку отпустили. — Страшно? Говорить куда легче, чем жертвовать собой?

Какой смысл лгать? Конечно же говорить проще, но медлила я не поэтому. Что-то ускользало от меня. Какое-то знание, которое жалило, кусало сознание, но пока не давалось.

— Тебе ведь тоже страшно, — храбро выдохнула я. — Ты струсил, а Одерви — нет. Он ведь наверняка мог сделать свою любимую долгожительницей, но не стал, наверняка она не захотела, а он принял ее желание. Ты бы вряд ли послушал Альену.

Мужчина дернулся словно от пощечины.

— Ты даже в любви, а ты влюбился в нее, был абсолютнейшим эгоистом. Тебя волновали только ты и твоя выгода. А в своем нежелании меняться ты обвинил всех, кроме себя самого.

— Замолчи!

— В отличие от тебя Одерви кое-что понял и не побоялся. Боги не уходят на перерождение, верно? Ваш дух бессмертен в своей изначальной форме, ты столько лет был заточен в камне, но не утратил изначальной сути, а Одерви, отказавшись от силы — ушел на новый виток. Получил новую жизнь, и скорее всего, не бога. И тебе завидно, да? Потому что кишка тонка, поступить также.

В меня вцепились так, словно бы я была спасательным кругом. Я поморщилась от боли, но не издала ни звука, хотя подозревала, что синяки будут ого-го. Я же целенаправленно выводила этого божка из себя.

— Так какова твоя цель? Вот ты получишь свое обратно, и что дальше? Уничтожишь этот мир, десяток других миров, будешь и дальше влачить жалкое существование? Дырка, — я толкнула свободной рукой его грудь. — Не затянется! Пустота не заполнится!

— Закрой рот!

Меньше всего я ожидала, что меня ударят. Да еще с какой силой! Я буквально отлетела в колосья. Казалось, что у меня разом вынули всю челюсть, а голова лишь чудом удержалась на шее.

Звенело в ушах, голова раскалывалась, я лежала на земле и не имела сил подняться. Да о чем я, мне и подумать-то не легко было. Лишь бы как-то пережить этот приступ боли.

Пока я скулила и баюкала подбородок, мир вокруг менялся. Даже сквозь сощуренные веки, я видела, как озарялось ярким светом пространство. Ощущала, как сквозь меня проходит невероятная сила.

Энергия была осязаемой, чуть протяни руку и сумеешь ее потрогать.

Что бы не задумал псевдо Аржи, это явно началось.

Я заставляла себя сесть, уговаривала встать хотя бы на четвереньки, не обращать внимание ни на кровь, которая была не только на лице, тот дурацкий кинжал я все также сжимала в руке. Сильно сжимала, и поранила ладонь. Правда, все это было мелочи, по сравнению с тем, что творилось в небе.

Огромная золото-голубая сеть сверкала, мир буквально трещал по швам. Я никогда не видела такого неба. Словно огромная спираль из черноты и хоровода ярких точек. Они гипнотизировали, приковывали к себе взгляд, но при этом откуда-то была уверенность, что за этими точками скрывается нечто столь ужасное, столь отвратительное, что я и не сразу сообразила, что не сижу и даже не ползаю, а бегу! Прочь!

Страх гнал меня подальше с этого поля. А желательно и вовсе с этого материка. Платье цеплялось, туфли потерялись, как и мое сознание. Его поглотил животный ужас, с которым я никак не могла справиться. Очнулась лишь тогда, когда вновь упала, при этом обнаружив, что от юбки платья осталось лишь воспоминание.

Я таращилась на свои голые ноги и не могла понять ни кто я, ни что тут делаю.

— Дана, я Дана, — хрипло выдохнула я.

Медленно я начинала соображать, что попала под влияние очень могущественной магии. И судя по моим ощущениям, ее источник Антарес.

Я задрала голову вверх ровно в тот момент, когда небо будто раскололось напополам. Вот есть небо, а есть что-то над ним, что-то бездонное, желающее получить свободу.

Рассмотреть получше не вышло, потому что абсолютно все пространство озарилось золотым светом, ослепляя, захватывая дыхание.

Инстинктивно зажмурилась, пережидая этот залп. Бросило в жар, тело дрожало, как в лихорадке.

Сколько это долилось — не знаю. Я совершенно потерялась во времени. Но момент, когда все закончилось, я ощутила острее любого, кто, как и я, был свидетелем происходящего.

Внутри меня образовалась дикая потребность оказаться рядом с чем-то важным. Важным настолько, что я уже не отдавала отчет своим действиям. Мной будто кто-то руководил. Это не я, а кто-то открыл глаза, не я, а кто-то чужой поднялся на ноги и нетвёрдой походкой пошел обратно, туда, на середину поля.  

Я отстранённо замечала, что золотистого света нет, на его месте мягкий голубой свет, который не ослепляет и не жалит. Наоборот, он приятный, притягательный…

— Я же говорил тебе, что ты не сумеешь отказаться. — Заявили за моей спиной. — Сердце само зовет тебя.

Я попыталась обернуться, но зов внутри меня был сильнее. И в итоге я продолжила путь.

— Не дергайся, просто иди. И так уж и быть, я отвечу на твой вопрос.

Мужчине явно не нужен был собеседник, он и без меня отлично справлялся. А я послушно шла, уже примерно зная, что увижу на середине поля.

— Я задам обратную точку отсчета. Заставлю вселенную рухнуть. Одного толчка будет достаточно, чтобы все миры исчезли, все боги исчезли, все, о чем знаешь ты и к чему ты привыкла уже никогда не будет существовать.

— Все будет иным, — тихо возразила ему, едва найдя на это силы. — Вселенная восстанет фениксом.

— Какая разница, если ты больше никогда не возродишься?

— Как и не возродятся твои обидчики.

— Умница.

Я промолчала. Сил на это не было. Тем более, я увидела Антареса. Или то, что от него осталось.

Скелет, обтянутый кожей. Я не знаю ничего, что могло так быстро и легко превратить здорового человека практически в мумию. С одним отличием. Ант дышал, но находился без сознания.

— Ты удивлена? Он отдал всего себя, всю свою силу, чтобы закрыть «дырку» и у него, кстати, получилось.

— Как и у тебя. Он ведь нужен был тебе вот таким беспомощным. — Голос сорвался, я едва сдерживала рыдания.  

— В другом состоянии сердце не позвало бы тебя. Ему нужна твоя помощь.

— Почему именно моя? — я бы хотела, чтобы ноги подкосились, но я медленно приближалась к Анту.

— Потому что ты в состоянии вернуть свою пару в первоначальное состояние.

Смысл сказанного доходил до меня туго. Мои руки уже гладили ледяные плечи Анта, потускневшие волосы, которые словно мочалка облепили его исхудавший лоб.

— Только я тебе этого не позволю.

Кто бы сомневался. Я не видела смысла отвечать. Я осматривала Анта, сдерживая рыдания, что желали прорваться наружу. Не сейчас, Дана, поплачешь позже. Сейчас нужно подумать и очень хорошо подумать! Я пыталась понять, куда делась ларинь. Она ведь не могла просто исчезнуть? Если они оба прошли слияние, значит она должна быть где-то рядом. Но ее не было!