Сказка рядом - Рокова Яна

что он сможет забрать свою возлюбленную из Мира Старших в свой Мир, причем снова молодую (19-20 лет), как он и увидел ее впервые, но только лишь после того, как Анна умрет здесь от старости, выполнив свое предназначение, прожив отмеренный ей путь, так как из-за ее устранения раньше времени могут случиться изменения в судьбах окружающих ее людей (собственно поэтому ее и должны были вернуть из Мира Александра назад, когда ее «занесло» нечаянно вместе с маленьким дракончиком), ведь она должна еще стать бабушкой и прабабушкой своих внуков-правнуков...

Это было жестоко - наблюдать, какие метаморфозы происходят с любимой, как недолог человеческий век, как прекрасная девушка превращается в молодую женщину, а потом в зрелую и, наконец, в старуху, дряхлеет...

Почему? Зачем? Хотят убедится, что у парня крепкая психика и Алекс не бросит, не отступится от нее и от такой... Ох, как ясно встала та истерика Аньки на рынке, когда у какой-то старухи раскатились яблоки - человечка знала, что люди не вечны и знала об этом лучше, чем кто-либо из ее друзей, которые это принимали, как данность, но не пропускали через не-людские сердца. Тогда почему-то было стыдно всем, и Алекс до сих пор помнит памятью Сандриэля и Азеля то чувство удовлетворения, что осталось у обоих ребят, пристыженных Анькой, когда они помогли этой старухе в ее нехитром хозяйстве, хоть на денек скрасив ее постылое немощное одиночество...

Единственной поблажкой ко второму условию было то, что Александру необязательно было пользоваться первой «привилегией» и посещать Анну, когда он поймет, что просто не может видеть ее старой - он может спокойно жить в своем Мире и ждать, когда прийдет к концу ее земной срок. Про конкретную дату будущей смерти человечки на Земле, сообщили довольно обтекаемо, но если судить по тому, что у нее будут внуки и правнуки (а, может, и праправнуки), которых она должна помочь вырастить - это как минимум еще три - четыре десятка лет... Невозможно долго... Алекс понимал, что он рассуждает, как эгоист - ведь Анька любила свою семью и была привязана к своим близким. Он подозревал, что, если бы встал выбор - он или семья, человечка не задумываясь, выбрала бы свою земную семью... но об этом было слишком больно думать, поэтому Александр просто постарался разграничить для себя эти понятия.

И последним условием было то, что Демиурги отберут у него первенца, а если асур не захочет отдавать ребенка, значит, потеряет Аньку - сделка будет расторгнута. Как об этом условии (о ребенке) сказать Аньке он не знал, и собирался этот «секрет» хранить втайне от любимой - какая мать согласится отдать своего ребенка для того, чтобы остаться с мужчиной? Только не Анька...

Вообще-то Александр слабо себе представлял их совместных детей, он еще не насытился ею одной, и про третье условие можно было пока не думать, но как обойти первые два, Александр не знал, пока не находил выхода, и это его жутко угнетало...

Единственным, что он смог выторговать для себя, это то, что когда он встречается с человечкой, ее возраст будет 19-20 лет, но платить за это будет Алекс большой тратой своих магических Сил. Какое счастье, что не заставили его видеть на свидании нынешнюю Аньку, именно в таком возрасте, на который она выглядит, позволив оставить себе и ей эту иллюзию, что она молодая, ограничившись лишь парой первых минут... и Алекс подумывал о том, а не лучше ли вначале зажмуриваться на всякий случай? Ведь это условие, что человечка стареет (а главное не изо дня в день, кода он с ней рядом, а именно через промежутки времени, когда эти изменения должны будут быть заметны... пусть не сразу, не в первые годы, но все же) - оставили не просто так...

Александр (грустит) [из инета]

Алекс маялся несколько дней, потеряв аппетит и сон, то впадая в прострацию, переживая заново волнительную жаркую встречу, то предаваясь отчаянию, что никак не может изменить хоть что-то из жестких условий Демиургов. Как же получилось, что они смогли с Аней прикоснуться друг к другу, пусть ментально, но ощущения были ничуть не слабее, чем если бы все происходило по-настоящему... А ведь он по условию Демиургов не может коснуться ее даже кончиком пальца (под угрозой немедленного возврата), пока ее сердце не примет именно его, а не память о Риле и Азеле... Александр не понимал принципа произошедшего, Аня вообще не смогла ничего толком объяснить, да и с ее странной магией это было невозможно...

Парень перелопатил всю библиотеку отца, замучил расспросами всех отцовских братьев, «грязно» приставал к Рамилю, но и рыжий асур, хранивший довольно много знаний в своих тайниках, не смог помочь ему в этом вопросе, лишь посоветовал обратиться к тем, кто прожил более долгий срок, и специально собирал и хранил знания в разных областях - к Драконам...

И теперь Алекс раздумывал, кого ему попросить о протекции - отца или дядю Янара (ведь его жена Бриана - Драконница), чтобы они свели его с Драконами. Причем, судя по всему, нужен взрослый, а лучше ооочень взрослый, древний Дракон, Хранитель... (но к Хранительнице Драконов его вряд ли пустят даже на аудиенцию, возможно, есть кто-то, кто отвечает не за весь Клан, а лишь хранит и приумножает знания?) Жаль, что в этом мире Драконы спокойно живут, уже давно не путешествуя по мирам, никуда не отлучаясь, когда-то давным-давно попросив здесь убежище, и знания про способности и значимость людей молодым Драконам могут быть не то, что неизвестны, а просто не слишком интересны...

Бриана, видя, как парень не находит себе места, в самом деле согласилась попробовать договорится со своими сородичами (Драконы не слишком охотно пускают на свою территорию чужаков), и Алекс теперь ворочался, и никак не мог уснуть, потому что завтра рано утром он вместе с ней отбывает в легендарную страну Драконов. Сумеет ли он правильно сформулировать свою просьбу, чтобы с ним захотели продолжать разговаривать, не посчитав его отчаянную мольбу о помощи в таком нестандартном случае блажью и капризом? Сумеет ли он понять то, что ему могут сообщить, сумеет ли воспользоваться знаниями и опытом Древнейшей расы? Столько тревожных и волнительных раздумий, надежд и страхов...

Но, по крайней мере, он должен использовать эту возможность, потому что Анька, его далекая человечка, единственная и неповторимая, любимая и желанная, достойна того, чтобы бороться за право отвоевать наедине с нею еще хоть несколько часов, затопив ее в