Беттина Белитц - Раздвоенное сердце

Мои мысли путались. Но потом я вспомнила. Конечно. Незадолго до моего рождения папа взял фамилию мамы, потому что мама считала, что никакая девочка в мире не заслуживала расти с такой фамилией, как у него. Уже было скверно то, что её носил Пауль.

- Фюрхтеготт*,- ответила я, дрожа. - Леопольд Фюрхтеготт.

Колин издал звук, который одновременно звучал  жалобно и сердито, так что Мистер Икс наклонил голову и не довольно зарычал. Я была уверена, что сойду с ума, если мне тут же кто-нибудь не объяснит, что здесь происходит.

(прим.переводчика:* фамилия переводиться с немецкого как Бойся Бога.)

Колин отступил на шаг. Я осталась стоять, дрожа, и смотрела, не отрываясь ему в глаза, хотя слезы лились потоком по моим щекам.

- Твой отец ..., - Колин вздохнул и твёрдо посмотрел на меня. - Твой отец полукровка.

Глава 16

Братья по крови

— Что? — спросила я, на мгновение усомнившись в Колине и в том, что я его правильно поняла.

Полукровка? Что это значит? Но он так зловеще произнес это слово, что мне стало не до шуток. Наоборот. Мой позвоночник покрылся ледяной гусиной кожей.

- Папа не индеец или кто там еще - это я точно знаю, - все еще без энтузиазма, возразила я

- Нет, Эли, - необычайно серьезно сказал Колин. - "Полукровка" означает, что он был атакован, и он смог убежать, прежде чем завершили обряд крещения крови.

Час от часу не легче. Атаковали. Крещение кровью. Я не могла припомнить, чтобы моего отца когда-нибудь кто-нибудь кусал или у него был хотя бы один шрам.

- Кем?- продолжала я допытываться, потому как неопределенность грызла меня. - Змеей? Пауком? Летучей мышью?

Колин сухо, но печально рассмеялся и покачал головой.

- Я не могу тебе этого сказать. Эли, так не пойдет. Ты  ничего не знала до сих пор, поэтому тебе и сейчас не нужно этого знать, - он сам не верил своим словам. - Не вынуждай меня, - попросил он тихо.

О, Господи, как же я устала! Я так ужасно устала. Только мои слёзы не давали мне успокоиться…

- Скажи мне, - умоляла я из последних сил. - Пожалуйста.

Но он молчал. Его слова продолжали звучать в моих ушах и хотели уже смешаться с моими зарождающимися сновидениями.

Полукровка. Крещение кровью. Быть атакованным. Это не похоже на зверей. Это похоже на что-то, чего не было в моей реальности, чему нельзя было бы быть, и уж точно не в моей семье. Это звучало демонически.

—Это неправда, - прошептала я.- Нет, это неправда...

Пока еще сон не завладел мной, я устремилась мимо Колина в лесную чащу. Мне хотелось убежать, подальше от этих ужасных слов и догадок, которые угрожали взорвать мою голову. Каким-то образом мне нужно найти тропинку, которая приведет меня домой.

Домой? Что было моим домом?

Ветки били меня по лицу, и колючки царапали мои руки. Снова и снова меня удерживали корни или вился частый кустарник, словно кандалы вокруг моих лодыжек так, что я спотыкалась.

Наискосок от меня вспыхнули два зеленых зрачка - зверь на охоте, возможно, он опасен и кусается. Тотчас я увидела перед собой кабана из подвала Колина. Я вскрикнула и сделала попытку убежать в другом направлении, однако там был такой частый подлесок, что я с трудом передвигалась.

Я перестала видеть небо надо собой. Как загнанный зверь я продолжала бороться, несмотря на то, что уже совсем потеряла ориентацию.

- Елизавета...

Как только голос Колина расплескался в черной пустоте, мне захотелось опуститься на покрытую листвою землю. Но его руки подхватили меня. Без труда он перекинул меня через плечо и понес, словно тюк белья, сквозь заросли назад к дому.

Мои силы были полностью на исходе. Мои руки и ноги затекли от боли и усталости, в таком положении тела мне больше не удавалось сохранить даже остатки собственного достоинства. Когда Колин опустил меня на скамейку под выступающей крышей, я прислонилась головой к плечу Колина и разревелась.

Теперь он получил то, что хотел. Я должна быть сама собой, сказал он. Теперь я была ею, и все удерживаемые слёзы прошедших лет промочили вылинявший материал его рубашки.

- Посмотри на меня, - попросил он через некоторое время.

Я только что громко высморкалась и выглядела, наверное, ужасно. Но что это уже изменит. Моя жизнь превратилась в чрезвычайно странную кучу обломков, элементы которых мне никто не мог объяснить.

Как и до этого, Колин зачарованно следил за тем, как текли мои слёзы, которые постепенно иссякли. Осторожно он поймал одну указательным пальцем и слизал её. Урча от удовольствия, он закрыл глаза. Я задержала от удивления дыхание. Он что, их не ненавидел?  Может ли это быть правдой?

- Я знал, что они вкусные, но не предполагал что настолько...

С заплаканными глазами, я смотрела на него. Я хотела прижать свой горящий лоб снова к его прохладной шее, но его взгляд заставил меня замешкаться.

- Стой спокойно, - сказал он.

Я повиновалась, не дыша. Медленно, он наклонился вперед к моему лицу и начал одну слезу за другой - что, есть? Можно ли было это так назвать? Во всяком случае, это не было слизыванием, и поцелуем тоже не было. Он мягко зачерпывал их кончиком языка с моих щёк; такое ощущение, как будто перышки  колибри ласкают мою кожу. Прохладно и легко.

Затем он подул мне нежно в лицо, и я почувствовала себя мгновенно освежённой. Сам он казался сытым  и удовлетворенным, хотя я все еще могла видеть недоверчивый гнев в его глазах.

Хотя мне может казаться, что это гнев.

- Хочешь теперь знать, кто такой полукровка?

Я с нетерпением кивнула. Мой побег привёл меня снова в чувство. Я была в плачевном состоянии, но я могла слушать.

- Ты ведь не остановишься и будешь снова и снова спрашивать меня? - убедился он.

- Нет. Не остановлюсь, - ответила я твердо.

- Я так и думал. Ты снова вернешься. И поэтому я расскажу тебе сейчас. Потому что тебе нельзя возвращаться.

- Это мы ещё посмотрим, - ответила я упрямо, но Колин посмотрел на меня таким взглядом, который тут же уничтожил мои слова. Затем он отвернулся и посмотрел на свои белые, изящные руки, говоря при этом.

- Существует совсем мало полукровок. Они – это что-то особенное. Полукровка - это человек, который ..., - Колин заколебался и какое-то время молчал. Я внимательно слушала. - ...которого атаковали и ограбили, и при этом он должен был превратиться. Чтобы перешел на другую сторону. Но он со всей силы боролся против крещения кровью, смог его прервать и сбежать. Он не заснул, понимаешь? Поэтому крещение кровью сработало только наполовину. Полукровки всё ещё люди, чтобы можно было вести более или менее нормальный образ жизни. И часто у них есть особенные способности. Твой отец на половину на этой стороне и на половину на другой, на тёмной.