Она и зверь. Том 1 - Maginot

качестве матери наследника они будут искать более покорную женщину, даже если она и не будет отвечать всем требованиям, предъявляемым к эрцгерцогине.

Именно таким они представляли себе далекое светлое будущее. Териод горько вздохнул и закрыл глаза. Тени от его ресниц живописно удлинились, и потому следующие слова прозвучали драматично, словно в пьесе:

– Говорят, что на горе, где нет льва, и заяц мнит себя королем, – процитировал Териод старую пословицу.

Миньоны закивали в ответ. Для них зайцем, играющим короля, была новоиспеченная эрцгерцогиня.

– Признаю свой провал. В этом полностью моя вина. – Слова эрцгерцога звучали как исповедь.

– Ну что вы, ваше высочество! Не говорите так! Мы совершили ошибку, выбрав такую непутевую девку вам в жены. И это мы должны просить у вас прощения.

Вассалы ощущали себя несчастными, влача жалкое существование за пределами особняка, но теперь они вновь увидели Териода величественным господином, а себя – его преданными слугами. Они тут же забыли о своих проступках, совершенных в его отсутствие, и обрадовались, что все возвращается на круги своя. Однако следующие слова Териода заставили их лица окаменеть.

– Нет, я был поистине слеп. Я был глупцом, что доверился такому мусору, как вы, и теперь заплатил за это сполна.

– Ваше… высочество?.. – задрожали их голоса.

– Вам пришелся по душе праздник бесчинства, пока хозяина не было рядом? – ледяным тоном произнес Териод.

Только теперь собравшиеся поняли, что он все это время говорил про них, а не про эрцгерцогиню, и на лицах их отразилась паника. Они поспешили выкрутиться, переводя внимание Териода на молодую жену.

– Господин, это… Это все неправда! Тащите сюда мерзавку, что посмела ослепить вас, мы лично расправимся с ней по справедливости!

– Как могла эрцгерцогиня, приехавшая в особняк менее месяца назад, подделать учетные книги полугодичной давности? – с презрением произнес Териод.

Вышедший из толпы, чтобы заявить о невиновности, закусил губу. Кажется, эрцгерцог уже успел разобраться в подробностях. Все было решено.

– Ваше высочество! Наглость вашей названной жены не имела границ! Вы удивитесь, узнав правду! Только послушайте…

– Есть ли кто-то более презренный, чем слуга, предавший своего хозяина? – рассмеялся Териод.

– Да, она наглая, презренная тварь! Она посмела дрессировать ваше высочество, пока вы были в облике зверя! Мы в растерянности лишь могли надеяться на ваше скорейшее возвращение, господин! – надрывая голос, кричал мужчина в плохо застегнутом костюме.

Териод не собирался их слушать, но его внимание привлекло странное слово. Дрессировка… есть ли у него какое-то другое значение?

– Что ты только что сказал? – словно не расслышав, переспросил Териод.

– Эрцгерцогиня не только посадила вас на привязь и надела ошейник, но еще и ругала и била в случае непослушания!.. – мужчина кричал, яростно размахивая руками.

Нет, все же то слово имеет лишь одно значение.

Он вспомнил лицо Астины этим утром. Она выглядела такой хрупкой и слабой, пока слезы стекали по ее щекам. Ее огненно-красные локоны приковывали взгляд, но и без этой копны она была просто красавицей. К тому же запястье ее было столь тонким, что он, казалось, мог удержать его парой пальцев.

Поэтому слова мужчины показались Териоду полным абсурдом.

– Не верю.

– Но, господин, это правда!.. – Не в силах терпеть подобную несправедливость, мужчина прослезился.

Лишь тогда Териод осознал, что слова того звучали на удивление искренне. Невероятно, но их подтверждало и то, что Териод замечал все это время: Астина – человек далеко не заурядный. Взять хотя бы дела эрцгерцогства, которые она решила за столь короткий срок.

Териод задумался. Вероятно, подчиненные ожидали, что он придет в ярость, однако он сохранял спокойствие.

– Тогда разве это не удача?

– Что, простите?

– Карли, я хочу, чтобы на этот раз ты сказал мне правду. Убивал ли я кого-нибудь раньше?

Мужчина, к которому обратился Териод, побледнел. Ответ на этот вопрос можно было найти в любом из документов архива имения Аталлента или просто узнать у кого-то из слуг. И потому он не решился врать об очевидном. Отвернувшись, мужчина тихо протараторил:

– Это другое. Тогда это было неизбежно…

– Когда дело касается дикого зверя, выхода нет. Лишь с помощью дрессировки можно избежать страшных последствий.

– Что за девка смеет обходиться так с самим эрцгерцогом?! – возразил мужчина, стоявший в конце толпы.

– Поэтому вы пытались убить ее?

Подчиненные в испуге затаили дыхание.

– Вы совсем идиоты? – медленно произнес Териод, приложив ладонь к пульсирующему лбу.

Толпа молчала.

– Как вы еще не сдохли от того, что забыли, как дышать? С каких пор в рядах моих вассалов сплошные олухи? – Териод издевательски усмехнулся.

Девушка, которая поневоле стала его женой и никогда не видела его лица, делала все, чтобы привести имение Териода в порядок и помочь ему. Хотя он оставался для нее чужим человеком. А чем все это время занимались верные, как ему казалось, приближенные?

Голова эрцгерцога начинала болеть.

Опустошение ощущалось сейчас даже сильнее, чем когда Териод думал о том, что ему не суждено вернуть облик человека. Все, чего он достиг, все, что так долго строил, пало в мгновение. А может, этого и не существовало вовсе.

Внутри Териода закипала ярость.

– Ха, я был слеп и не замечал очевидного. Но теперь… мне все стало ясно. – В широко распахнутых ярко-голубых глазах Териода танцевали языки пламени. А затем проявился гнев. – Вышвырните этих ублюдков из имения и не позволяйте им больше появляться у нас на пороге! Если же кто-то из них осмелится искать меня в надежде на прощение, то они лично увидят мою чудовищную сторону.

Приняв приказ хозяина, охранники склонили головы. Как и желали собравшиеся, железные ворота перед ними распахнулись, но лишь чтобы стража выставила мерзавцев вон. Охрана с мрачным видом волокла дебоширов прочь, а вместе с их силуэтами в пелене растворялось и доверие, которое было когда-то между эрцгерцогом и его вассалами. Мерзкое ощущение предательства исказило лицо Териода.

– Ваше высочество, не желаете ли встретиться с заключенными под стражу? – осторожно спросил рыцарь, стоявший подле эрцгерцога.

– К черту! Сейчас я просто хочу побыть один, поэтому – прочь, – ответил Териод и направился во внутренний сад особняка. Шаги господина были уверенными, но сам он почему-то казался рыцарю растерянным.

Несмотря на отсутствие хозяина, прошедший год слуги усердно заботились о поместье. Ухоженный сад за это время почти не изменился, лишь добавилось несколько клумб, высаженных под влиянием моды. Напитанные дождевой водой растения выглядели превосходно.

Териод прошел в глубь сада, чтобы никто не смог отвлечь его. Сквозь кроны деревьев виднелся величественный особняк. Наслаждаясь прохладным ветерком, Териод задумался о том, что получил, родившись в семье Аталлента…

Огромное состояние,