Я буду твоими глазами - Александра Неярова

туман от медвежьих лап ленты потянул к ногам Вереи, маленькой девочки. Холодно очень. Злая тьма во мгле таилась. В раненую душу заползла.

Сила колдовская. Нечистая.

Зверь встал на задние лапы, как человек, поднял передние, в когтях лук охотничий со стрелой появился, и нацелился бурый прямиком в оцепеневшую Верею.

– Сестрица, сестрица! Мне страшно, помоги!

Голос маленького братца раздался где-то совсем рядом. Верея заозиралась, но никого не увидела, а повернувшись к косолапому закричала от ужаса.

Вовсе не зверь перед ней стоял, а… тёмная фигура мужчины с горящими янтарными глазами – теперь ей известно кто это был.

Позади убийцы вспыхнуло пламя пожара. Вниманием Вереи всецело завладел полыхающий в беспощадном огне острог.

Всё поселение древлян горело! Луга вдоль речки Живицы. Огонь в воде тёмной отражался.

Терема, избы поменьше и постройки, башни околицы! В нос забивался едкий запах гари, вызывая саднящий кашель. Крики, стоны людей и скота, оглушающий рёв жадного до дерева и плоти пламени.

И повсюду сновали вражеские воины.

Много! Полчище! Люд невинный рубили, жизни мужей, девок, баб и стариков безжалостно обрывали.

Матушку, отца… бабку Грознегу. Ироды даже детей не щадили!

Сердце Вереи ныло и рвалось на части от ужаса. В темноте и дыме было не разглядеть одежд подло напавших на мирный острог. Алые языки пламени тянулись в мрачные небеса. Дружинники вяженского князя уже не успеют подоспеть на помощь, а своими силами не справились.

Никто из защитников не успеет прийти… все поляжут в пепле и крови.

– Стреляй, сын! – грозный голос подобно раскату грома расколол агонию плача, криков и лязга стали о сталь.

Верея повернула голову на чей-то безжалостный приказ. На высоком холме у реки сквозь грязно-серое облако дыма пожара виднелись очертания двух непонятных фигур. Крупной и чуть меньше. Один держал в руках лук.

Мужи. Враги кагоярские!

– Стреляй, Златояр! – повторил душегуб – то был князь Буревой.

Тёмная фигура воина нацелила в неё лук – княжич. Сын его.

Её любый Яробор.

Боги, за что?..

Пальцы в латных перчатках спустили стрелу с тетивы. Раздался оглушающий свист…

Опрометью маленькая девочка Верея кинулась бежать, Бажена, братца малого, крепко за руку схватила, вместе они побежали. Полеля, дочь мельника, с ними наутёк пустилась.

Однако коварная стрела нагнала цель.

Ударом вонзилось в девичье бедро, вспарывая острой болью плоть, ноги подкашивая, и Верея полетела в овраг…

– Сестрица! – испугался братец, просил встать и торопиться. Рядом с Баженом в рыданиях зашлась подружка.

Снова свист. Ещё стрелы. И голоса братца с Полелей оборвались.

Их не стало.

Никого из рода древлянского не осталось. И она, Верея, в ту огненную ночь лучше бы сгинула. Не разрывалось бы так сердце от боли.

– Теперяче подумай прежде, чем снимать моё проклятье с княжича. Он с князем повинны в гибели твоих родичей. На их руках кровь!

– И на твоих. Это всё ты… – Верея с хрипом протолкнула воздух из горящей груди.

С трудом заставила себя сделать вздох и едва не осела наземь в грязь. Не дождется ведьма подколодная от неё проявления слабости.

– Зачем? – сказала твёрже, вперив в старуху острый взгляд. Жажда мести отравляла разум. Жаль сила, что в крови бурлила, в навьем не досягаема, так бы померились! – Кто ты такая в Яви?!

– Соперница ты мне. В силе и в любви. Ты у княжича спроси на досуге, кто я и кем ему прихожусь. Аль у сестрицы моей, – сплюнула зло, – светлой, шибко правильной.

Взмахнула ведьма клюкой-посохом, по тверди со звоном стукнула, так, что разлетелись искры в стороны от земли, разверзая