Хлоя Нейл - Больно укушенная

— Их предприятие закидали огненными бомбами, — сказал Джонах. — Возможно, они просто хотели все тщательно изучить, убедиться, что продукция не испорчена.

— Инспекция была до бунта, — пояснила я.

Наконец-то, в их глазах был проблеск интереса.

— До бунта? — спросил Джонах.

Я кивнула.

— Чикаго проявил странно приуроченный интерес к предприятию, обслуживающему вампиров. Может быть, бунт произошел в Брайант Индастрис, потому что они не получили что-то, чего хотели на инспекции.

— Например что? — спросил Люк. — Если они хотели крови, они могли ее купить.

Он был прав. Анти-вампирское чувство или нет, люди были бы более чем счастливы иметь в наличие "Кровь для Вас" в своих магазинах. Полагаю, прибыль превосходила убеждения владельцев магазинов, которым по-настоящему не нравились вампиры.

— Возможно, это была не кровь, — сказала я.

— Тогда что? — спросил Джонах. — Что еще ты хочешь на предприятие "Кровь Для Вас"?

— Не знаю, — признала я. — Но, подумайте, если Робин Поуп не та, кто организует беспорядки, может быть это кто-то другой из городской администрации. Может быть это МакКетрик.

— У тебя есть доказательства этого?

— Почему все продолжают говорить "доказательства"? — проскулила я. — И нет. У меня их нет. Но у нас есть вампироненавистник на новой должности у власти, и неожиданный интерес к учреждению, которое десятилетиями поставляло вампирам кровь. Мятежники напали на Брайант Индастрис в первую очередь, у них должны были быть причины для этого. Почему именно это место? Почему именно сейчас?

— Я не говорю, что ты не права, Страж, — сказал Люк. — Но пока у тебя нет ничего, чтобы подтвердить свою правоту.

— Я что-нибудь найду.

Люк проверил часы.

— Лучше найди побыстрее. Приближается твоя очередь патрулировать, и это платье не подходит. Иди наверх и переоденься. Я позвоню Джеффу и Катчеру, посмотрим, есть ли у твоего деда какие-нибудь связи в Департаменте Здравоохранения.

— Во сколько приезжает Сол? — спросил Джонах.

Каким-то образом я забыла, что это была ночь пиццы в Доме Кадоган, еда предусмотрительно доставлялась в основные часы вампирского приема пищи. Не то чтобы я нуждалась еще в еде. Ужин в доме Меритов был обильным.

— Через полчаса или около того, — сказал Люк.

— В таком случае, я провожу Мерит наверх, — сказал Джонах. — Весь этот разговор о крови вызвал у меня жажду. Я хочу перехватить немного прежде, чем прибудет пицца.

Вероятно, неплохая идея для меня тоже, поскольку сегодня я не получала крови. И кроме нескольких минут в Брайант Индастрис, у меня даже не было к ней тяги. Экстренный глоток, который Этан дал мне прошлой ночью, должно быть, утолил жажду.

Когда мы с Джонахом остались одни в коридоре, я подняла тему, которую у меня не было времени обсудить со своим партнером по КГ.

— И так, я встречалась с Обри, — сказала я.

— Да? Она замечательная. Относительно недавно в Доме. Не сравнимо с тобой, конечно, но недавно в сравнение с остальными нами. Она была одной из первых женщин, которую привели к присяге, как специального агента ФБР.

— Ясно, — сказала я. Это было довольно устрашающе, но я находилась здесь не на задании. — Дело в том, что она, кажется, считает, что я как-то тебя обидела.

— Обидела меня?

— Касательно наших отношений. Или отношений, которые должны были быть?

Джонах остановился по середине коридора и моргнул... как вампир в свете фар.

— А?

Я сморщилась.

— Таким образом, ты рассказал всем своим охранникам, что я разбила тебе сердце? Потому что, должна сказать, это несколько неловко.

— Нет, громко сказал он. — Нет, — повторил он, на этот раз немного тише, его поза становилась все более неловкой. — Я вообще не говорил этого.

— Нам не нужно вдаваться в детали, просто, у них определенно стойкое мнение обо мне, и если нам приходится работать вместе...

Джонах скривился.

— Обри... защитница.

— Да, я заметила.

— Со всей серьезностью, я упоминал тебя, но ты не была заинтересована, и не было никаких обид. Может быть, она приняла мою досаду, как, ты знаешь, серьезно разбитое сердце.

Я поверила ему, особенно в том, что Обри была любительницей защищать. Она была охранником. Защищать свой Дом, включая капитана охраны, от всех врагов ее работа. Живой или мертвой, как гласила клятва.

— Видишь? Вот почему работа и романтика не смешиваются.

— Мы только партнеры по КГ, которые не встречаются.

— И вот почему, — сказал Джонах. — Видишь драму, которую это вызывает? Ты просто не можешь выиграть.

— Драма существует, потому что мы вампиры, — обратила внимание я, когда мы обогнули лестницу на первом этаже.

— Или потому, что мы привыкли быть людьми, или, более вероятно, и то и другое.

— Ты имеешь ввиду, что твоя жизнь не стала проще теперь, когда у тебя появились клыки?

Мы остановились на первом этаже. Он направлялся на кухню, я направлялась наверх, чтобы найти одежду.

— Ты, правда, думаешь, что МакКетрик вовлечен в это? — спросил он.

— Не знаю. Но я знаю, что мне очень, очень сильно не нравится получить две ночи беспорядков без каких-либо подозрений вообще. У него есть мотив. У него есть возможность. Просто у нас нет ничего, связывающего его с преступлением.

— У тебя есть анти-вампирский мотив, — сказал Джонах.

— Правда, — сказала я. — Таким образом, мы думаем, что МакКетрик намекнул кому-то о здании, может быть заронил семена анти-вампирской риторики, и будь, что будет?

— В душе это его момент.

— С другой стороны, в теории есть несостыковки. Если МакКетрик хочет, чтобы мы убрались из города, он уже показал, что способен на убийство.

— Правда,— сказала я, кладя руку на перила и постукивая пальцем по украшению. — И, МакКетрик, предположительно, заполучил производство, и мы знаем, что у него есть возможность разработки оружия. Коктейли Молотова не совсем профессиональны.

— Так же, как и мятежники, — сказал Джонах.

В его словах был смысл. Мятежники не выглядели, как солдаты, слишком много волос на лице и не достаточно мышечной массы. Больше похоже на стиляг, чем на солдат удачи.

— Поскольку это не разрешится в следующие пять минут, — сказала я, — Полагаю, я должна подняться наверх и переодеться.

— Эй, чего бы это ни стоило, ты, действительно, хорошо выглядишь в этом платье. — Он мне подмигнул. — Ты хорошо приводишь себя в порядок. Этан счастливчик.

Джонах наградил меня кивком, потом пошел по коридору на кухню, русые волосы подпрыгивали по его плечам.

Удача и платья будут неактуальны, если мы в скором времени не остановим эти беспорядки.