Месть дракону, или как вернуть истинную - Эйрена Космос

разозлилась драконица. – И сказал, что никогда даже не взглянет на такую замухрышку.

– Даже так, – я скептически приподняла бровь. – У него какая-то болезнь зрения? Вчера ведь от тебя глаз не мог оторвать.

– Ну, за эти годы я немного похорошела.

– И что ты будешь делать?

Что-то мне подсказывало, что эльфу придётся здесь не сладко.

– Покажу ему гостеприимство, – ехидно улыбнулась Амалия.

 

Глава 21

– Госпожа Бейкер, – услышала я очередной ядовитый вопрос от фрейлин Её Величества. – Слышала, вы живёте вместе с мужчинами из ордена, – прислужницы Императрицы на слова своей подружки мерзко захихикали, переглядываясь. – Его Высочество не ревнует?

Императрицы в саду ещё не было, и, чувствуя себя безнаказанными, фрейлины позволяли себе скрытое хамство. Но не на ту напали!

– Мне искренне жаль вас разочаровывать, – я напустила на себя виноватый вид. – Но я не живу с мужчинами, да и их там для меня нет. А есть стражи, братья по оружию, которых я уважаю и ценю. Да и комнаты у всех разные. Но если вас интересует, каково это – жить бок о бок с мужчинами из ордена, то я попрошу Великого магистра устроить для вас выходные в крепости. Думаю, стражи будут счастливы скоротать одинокие вечера в вашей компании.

Выскочки, которые именовали себя знатными дамами, поджали губы, явно не ожидая от меня отпора.

– Вчера вы эффектно появились на балу вместе с Его Высочеством Эйденом. А Его Высочество Дрейкос вас отвоевал у брата. Это было так романтично, – прозвучала ещё одна издёвка.

Ответить я ничего не успела.

– Вы слишком впечатлительны, дамы, – в сад в сопровождении Её Высочества величественно шла Императрица. И, услышав глумливый вопрос своих фрейлин, мать Дрейка не осталась в стороне. – Если у кого-то плохое зрение, то напомню, что госпожа Бейкер пришла на бал в качестве друга моего младшего сына, – Императрица смерила фрейлин холодным взглядом, затем повернулась ко мне. – Здравствуй, дорогая.

Я сделал глубокий реверанс. Императрица подошла ближе и немного приобняла меня. От такого приветствия потеплело на душе, а фрейлины стояли с кислыми минами.

– Рада тебя видеть. Надеюсь, ты хорошо отдохнула? Вечер вчера выдался весьма утомительный.

– Не стоит беспокоиться, Ваше Величество. Я отдохнула и полна сил.

Сбоку послышались сдавленные смешки.

– Хорошо, что госпожа Бейкер отдохнула, ведь она с Его Высочеством Дрейкосом ушла в самом разгаре торжества.

Пошлый намёк уловила не только я.

– Госпожа Хоуп, – в голосе Её Величества была сталь, а взгляд стал ледяным. – Вы хотите сказать, что мой сын плохо воспитан и позволит себе неподобающим поведением унизить истинную?

Выскочка потупила взгляд и притихла.

– Конечно нет, Ваше Величество. Я не это имела ввиду.

– Тогда, если не можете правильно излагать свои мысли, то лучше молчите.

– Извините, – опустила голову фрейлина, искоса поглядывая на меня недобрым взглядом.

Стол уже накрыли. Императрица заняла своё место во главе. Амалия взяла меня под руку и усадила рядом с собой.

– Не обращай внимания на этих завистниц, – шепнула мне на ухо Её Высочество, а если учесть, что все фрейлины были исключительно драконицами, то для них шёпот не был помехой. – Просто они бесятся, что Дрейкос нашёл истинную не в ком-то из них, а в тебе. Зависть – она такая.

У кого-то упала вилка, кто-то скрипнул зубами так, что слышно было на другом конце стола.

– Мне так жаль, – так же тихо ответила я Амалии и издевательски улыбнулась этим змеям.

Во время обеда за столом была тишина, что очень радовало. Затем, закончив с едой, началась светская беседа, которая мне была совсем неинтересна, но когда у меня спрашивали напрямую, то приходилось отвечать.

Время тянулось бесконечно. Мы неспеша прогуливались по саду. За недолгое пребывание в императорском дворце я поняла, что такая жизнь не для меня. Здесь невозможно было спрятаться и побыть наедине со своими мыслями.

Но я напомнила себе, для чего здесь нахожусь, и, наклеив на лицо радостную улыбку, ответила на какой-то глупый вопрос.

Светская болтовня мне вообще казалось пустой тратой времени. Ведь где-то там шла борьба на выживание.

В то время как мы пытаемся не допустить краха нашего мира, здесь изнеженные дамы обсуждают моду и поэзию.

Противно. Хотелось со всего размаху ударить этих куриц по голове. Тоже мне, драконицы.

Моё негодование не осталось незамеченным. Все смотрели на моё кислое выражение лица.

– Лилиан, дорогая, не грусти, брат скоро придёт, – пришла мне на выручку Амалия.

– Ах, первые шаги сближения истинных так волнительны, – воскликнула чересчур романтичная фрейлина.

Амалия была права. По аллее, навстречу нам шёл Дрейк. И не сводя с меня влюблённого взгляда, обратился к Императрице.

– Ваше Величество, прошу меня простить, но я вынужден забрать свою истинную. Мы возвращаемся в крепость

Немедля мы отправились в крепость.

– Как ты? – с беспокойством заглядывая мне в глаза, спросил Дрейк.

– Яд фрейлин Её Величества был с успехом отражён! – ухмыльнулась я.

Дракон поморщился.

– Мне жаль, что тебе приходится через это проходить.

– Я знала, на что иду, поэтому всё хорошо. Хотя наличие таких змей в ближнем окружении Её Величества беспокоит.

Дрейк недовольно поджал губы.

– Эти змеи из одного рода, раньше он был у власти. И до сих пор некоторые из них не могут понять, что не они уже на троне.

– И стоит их терпеть во дворце?

Дракон тяжело вздохнул.

– Это вынужденная мера. Друга держи близко, а врага ещё ближе.

Эти враги когда-нибудь закончатся? Под внешним лоском у императорской семьи было не всё так просто.

Взяв меня за руку и притянув к себе, Дрейк зарылся носом в мои волосы.

– Я скучал.

Признание дракона отозвалось теплотой в моём теле.

«Я тоже», – хотелось прошептать мне, но из моего горла не вырвалось ни звука.

– Лили, – нехотя дракон меня всё же отпустил. – Ты же понимаешь, что отныне не можешь жить в своей комнате.

Не понимаю!

– Почему это? – с подозрением посмотрела я на Дрейка.

– Потому что все уже знают о нашей истинности, и каким я буду мужчиной, если позволю своей паре жить под одной крышей с другими!

– Здравомыслящим мужчиной? – аккуратно предположила я.

Дрейк пропустил мои слова мимо ушей.

– И потом, это будет подозрительно,