Детективное агентство "Клык оборотня" (СИ) - Александра Гусарова

безразличие. И лишь от моего пристального внимания не утаилась тоненькая и практически незаметная ниточка, которая тянулась от купола к его уху. Просто так наедине с Дворковичем он меня побоялся оставить. Или же это любопытство и ревность победили? Хорошо, с этим позже разберемся.

— Сева, что вы хотели? — высокомерный и чванливый потомок знаменитой аристократической фамилии выглядел сейчас жалким, с потухшим взглядом. По его лбу катились крупные капли пота, которые он промокал не очень чистым носовым платком.

— Анна, мне нужна ваша помощь! — произнес он прямо по Станиславскому. Нет, труды великого режиссера я не читала. Просто мне так показалось. — Я умираю. Помогите отойти в мир иной со спокойным сердцем и душой!

Судя по его виду, было достаточно хорошенько приложить его чем-нибудь тяжелым по лбу, и отправка в иной мир будет обеспечена. Только желал он явно другого. И следующие слова Дворковича это подтвердили:

— Я уже не могу спокойно смотреть на старуху. Я ее просто не хочу, но не знаю, как избавиться.

Старуху? До меня не сразу дошло, что имелась в виду императрица. Несмотря на полноту, выглядела он лет на тридцать пять. Однако сколько ей реальных лет? Насколько магия омолодила Ее Величество? Я подняла глаза и посмотрела на Ягра. Он отрицательно качал головой. Я кивнула в знак того, что поняла. Абсолютно с ним согласна. Кто даст гарантию, что Сева не её шпион? Нужно же прощупать родственницу, которую неизвестно где носило столько лет.

Сева словно прочитал мои мысли, а может, и прочитал. О всех возможностях оборотней я точно не знала. А он торопливо заговорил:

— Вы не подумайте, я на Анну не шпионю. Я её тихо ненавижу. И знакомство завел лишь из-за вас, — он потер шею рукой. — Буду предельно откровенен. Я — наркоман. И за дурь готов жизнь отдать. А вот всего остального мне в принципе не надо. Богатство если и нужно, то лишь для того, чтобы её покупать. А секс — я давно забыл о такой потребности. И сейчас большая мука хоть что-то из этого вспомнить. А этой старой дуре безумно нравится, что я долго возбуждаюсь и еще дольше кончаю.

Глаза Антона, насколько я могла разглядеть, налились кровью, а руки сжались в кулаки. Он был готов ринуться к нам, разрушив купол. Но я ещё не дослушала исповедь Дворковича, которая могла оказаться очень и очень полезной! Поэтому попыталась увести разговор в более безопасное русло:

— Сева, извольте не посвящать меня в столь интимные подробности. Предполагаю, что к делу они отношения не имеют! — поморщилась я в ответ и пару раз обмахнулась веером, который успела забрать у Антона.

— Согласен, прямого отношения не имеют. Но я просто хотел описать вам степень моего отчаяния. Я знал, что вы — вышивальщица и менталист, — странно, про ментальные способности я сама только ещё начала догадываться, а в действии, по большому счету, ещё ни разу не использовала. А он уже знал!

— Допустим! — усмехнулась в ответ. — И какая помощь нужна наркоману от менталиста? Неужели вы думаете, что я могу помочь вам с дурью? Тогда вы глубоко ошибаетесь.

— Нет, — он безвольно махнул рукой. Плечи Всеволода были ссутулены, а голова почти висела. И лишь глаза лихорадочно блестели. Неужели Анна Константиновна не видит его состояние, приближая к себе? Такие типы могут быть крайне опасными. — Я хотел вас попросить помочь избавиться от одного жуткого воспоминания. Только увидев ваш танец, я понял, что вы ещё и портной. Помогите перейти мне в другой мир! Я там буду счастлив!

— В какой мир? — нет, я не собиралась его никуда переправлять. Просто стало жутко любопытно, где дурь имеется в свободном доступе.

— Он граничит с нашим, — с надеждой в голосе стал объяснять Дворкович. — Страна та же, Россия, но иная. Там нет магии. А точкой перехода является особняк, где расположено агентство господина Ягра. У меня там был связной, который регулярно снабжал меня наркотиками. Однако уже второй месяц он не выходит на связь. А я последний раз вбухал все свои деньги. Хотел нажраться в последний раз дури до отвала и со счастливой улыбкой на губах отправиться в мир иной.

Я поняла, что в груди поднимается некий зуд, словно всё пытается сложиться в цельную картинку, но пока не может.

— Как звали вашего связного?

— Тимофеев Альберт Иванович. Он делал вид, что работает на заводе с каким-то странным названием. А на самом деле переправлял сюда дурь.

— Стройремонтмаш завод? — то ли спросила, то ли констатировала факт я.

— Да, кажется, так, — обрадовался Сева. — Вы мне поможете? Я же не прошу помогать вас с доставкой дури. Я просто прошу переправить меня туда, и всё.

Я внимательно посмотрела на него, не веря своим глазам и ушам. Того мертвеца в Стрешневом переулке, на чью смерть мы выезжали, звали Тимофеев Альберт Иванович. Никогда бы не подумала, что мужчина в синих подштанниках и застиранной рубахе был оборотнем из другого мира. А Дворкович истолковал мой взгляд по-своему:

— Анна Викторовна, вы не извольте сомневаться! Я заплачу! Мне отец оставит наследство уже совсем скоро. И я с вами сразу рассчитаюсь.

В этот миг я поняла, что вот она, лазейка для отсрочки, потому что не знала, что делать дальше. В полицию любовника императрицы сдавать не побежишь…

— Сева, давайте на сегодня разговор закончим. Как только у вас появятся деньги, тогда и поговорим, — попыталась завершить я этот неприятный, но очень любопытный разговор.

— Вы не волнуйтесь, Анна Викторовна, деньги у меня появятся очень и очень скоро! — торопливо закивал Дворкович.

— А почему вы меня «Викторовной» называете?

— А как надо? — растерялся мужчина. — Ведь ваш отец Виктор Алексеевич!

Глава 29

Конечно, моего настоящего отца зовут Виктор! А я, как последняя дурочка, ожидала, что меня будут звать по старому отчеству Константиновной. Поэтому лишь подняла уголки губ в мнимой улыбке и, растягивая гласные, ответила:

— Все правильно! Я вашу память и сообразительность проверяла!

— Не извольте волноваться, Анна Викторовна, я точно помню, что вам должен! — он неожиданно широко улыбнулся. — А сейчас разрешите откланяться!