Мара Вульф - Волшебство лунного света

После завтрака я взяла свои вещи для рисования и пошла к озеру. Полтора дня в Аваллахе прошли крайне бурно, так что мне срочно был нужен покой.

На берегу озера было тепло. Воздух мерцал над водой. Я уселась в траву и отдалась красоте окружающего мира. Кроме щебетания птиц и жужжания насекомых ничего не звучало. Горы на другом берегу тянулись к сияющему голубому небу. Такой красоты не было больше ни в одном месте в Шотландии. Все выглядело нетронутым и безобидным.

Я сорвала пару цветочков и начала рисовать их. Каждый лепесток я переносила карандашом на белоснежную бумагу. Я была так погружена в работу, что не заметила, как кто-то подошёл. Только когда он остановился за моей спиной и сказал «Это прекрасно», я подскочила. Солнце стояло уже высоко и ослепило меня, когда я взглянула на него. Его голос я узнала сразу, от его звучания у меня побежали мурашки по спине.

На секунду мне стало жарко. Конечно, он пришёл с обвинениями.

Кэлам сел рядом со мной в траву и посмотрел на озеро. «Он не выглядел рассерженным», — с облегчением подумала я и занялась своим рисунком. Несколько минут он сидел рядом молча.

— Тебе не кажется, что сейчас почти так же, как тогда?

Я непонимающе посмотрела на него.

— Тогда, у маленького озера в лесу, — напомнил он, и я отметила, что его щеки слегка побледнели.

Я молча кивнула, не собираясь вместе с ним предаваться воспоминаниям.

— Почему ты сожгла все картины? — спросил он в ответ на тишину.

— Если ты понимаешь, у меня об этом времени не лучшие воспоминания.

— Но у меня — да. Ты могла хотя бы отдать их мне, а теперь они потеряны навсегда.

Я кивнула, надеясь, что он встанет и уйдёт. Его присутствие меня беспокоило слишком сильно для благополучия моего внутреннего мира. По этой близости и доверительности, которая сейчас была между нами, я буду голодать неделями. Что он вообще себе вообразил? Но и я тоже сидела, словно пришитая, наслаждаясь каждой секундой.

Это не прекратится никогда.

— Это ты убедила Амию поговорить со мной?

Я виновато посмотрела на него.

— Я делала это радии Амии и Миро, — пояснила я.

— Понятно.

Выражение его лица неуловимо стало замкнутым, а его глаза заблестели.

Он попытался встать, но теперь я не хотела, чтобы он уходил.

Я схватила его за руку и сжала её, по моему телу тут же пробежал озноб.

— Что ты собираешься делать? — спросила я, пытаясь придать голосу твёрдость.

— После того как ушла Амия, я поговорил с Миро. Боюсь, он считает, что теперь навечно мой должник. При этом я никогда не смогу отплатить ему за то, что он для меня сделал.

— Я не верю, что он ожидает этого, — тихо заметила я.

— Наверное, ты права. Он был так счастлив… — он замолчал и посмотрел на озеро.

— Что на это скажет Совет старейшин? — спросила я, чтобы продолжить разговор.

— Мне всё равно. Я собирался исполнить свой долг, но в этом случае никто не сможет меня в чём-то обвинить.

Он снова уселся рядом и скрестил руки за головой. Как и раньше, так часто, когда он задумывался, он жевал травинку. Я с нежностью посмотрела на его расслабленное лицо и начала переносить черты его лица на чистый лист бумаги. Он был прав, казалось, что кто-то повернул время вспять.

— Я позволю Миро и Амии пожениться, — объявил он.

— Без предварительного согласия Совета старейшин? Ты что, в революционеры подался? — я с изумлением уставилась на него.

— Я представлю им достаточно аргументов для обоснования своего решения, да и к тому же будет обидно, если празднество отменится просто из-за того, что невеста передумала.

Он улыбнулся моей любимой Кэламовской улыбочкой и встал.

— Лучше всего я скажу им об этом прямо сейчас, прежде чем я передумаю.

Он ушёл большими шагами, оставив меня совершенно сконфуженной. Я никогда не пойму этого мужчину. Хотя мне и не придётся, тут же поправила себя я, и это слега омрачило моё настроение.

Я встала, чтобы прогуляться. Амели и без меня разберёт, что к чему. Несколько часов я бродила по лесу и думала об Амии, Миро, Кэламе и обо мне. Только вечером погнал меня обратно в замок.

— Я уже собиралась подавать заявление о пропаже, — поприветствовала меня Амели.

Все уже собрались в зале. С двух сторон от моей кузины были Джоэль и Винс.

— Ты, похоже, не страдала от одиночества, — подколола я её. Она рассмеялась.

— Можешь об этом не беспокоиться. Однако, по слухам, и ты тоже.

Джоэль мрачно посмотрел на меня.

— Это правда, то, что рассказывает Миро?

— О чём ты? — я сделала невинное выражение лица.

— Что свадьба Кэлама и Амии не состоится.

К счастью, от ответа меня спасло появление Кэлама, рядом с ним шла сияющая Амия. Когда они вошли в зал, Миро поднялся и отодвинул стул рядом с собой, чтобы Амия могла сесть. Кэлам похлопал его по плечу и пошёл на своё место.

Джоэль и Винс молча смотрели на это представление.

— Это твоих рук дело, да? — враждебно зарычал Джоэль.

Амели положила руку ему на плечо, на что он обернулся и попытался улыбнуться.

— Эмма тут ни при чём. Амия попросила Кэлама освободить её от данного обещания. Она любит Миро и вы знали об этом всё время.

— Любовь-любовь. Да пусть хоть облюбится, но пусть изволит выйти за Кэлама, как того требует закон, — вмешался Винс.

— Блин, парни, вы смешные. Вы что, совсем не понимаете Кэлама?

Винс и Джоэль не успели ответить, потому что в этот момент Кэлам поднялся и постучал ложкой по бокалу.

— Не то, чтобы я видела многих мужчин, которых бросили перед алтарём, — шепнула мне Амели, — но Кэлам для такой ситуации выглядит бессовестно хорошо. Словно с него свалился груз в несколько центнеров, я бы сказала.

«Да, тут она была совершенно права», — подумала я про себя и попыталась сосредоточиться на его словах, а не только на его внешнем виде.

— Как уже слышали некоторые из вас, мы с Амией приняли решение не заключать запланированный брак.

Судя по шепоту и изумлённым возгласам, новость разбежалась гораздо меньше, чем я думала. Я увидела, как Майрон ободрительно кивает Кэламу.

— Амия и я были обещаны друг другу, еще когда мы были детьми, и по традиции нашего народа эта клятва нерушима для обеих сторон. Но события последних месяцев многое изменили для нашего народа, и я верю, что смогу принять новое решение. Сегодня Амия поведала мне, что она и Миро полюбили друг друга в то время, когда планировалось моё освобождение, и что самое её заветное желание — это выйти не за меня, а за Миро. Я не смогу полностью вернуть долг Миро, но я могу сделать одно. Я могу освободить её от клятвы, чтобы она смогла выйти за мужчину, которого она любит. Это решение я предоставлю на суд Совета старейшин. И если это будет стоить мне короны, то я буду надеяться, что в будущем мой народ сможет учиться на своих ошибках.