Вечная дева. Шанс на счастье (СИ) - Овсянникова Екатерина

— Спасибо, что не прошли мимо и спасли Алана! Теперь моя душа спокойна за друга!

— Что правда, что правда, — ответил второй гость, аккуратно ухватив невесту за талию. — Примите мою благодарность. Я рад, что жизнь Алана в надёжных руках. — Расправившись с чаем, гость протянул мне пустой стакан. — Спасибо за угощение. Давненько мне не доводилось у травниц опытных чаем полезным угоститься.

Когда парочка засобиралась на выход, Алан поднялся с кровати, чтобы проводить друзей.

— Как выздоровеешь, то обязательно в гости заходи! — напутствовала девушка, крепко сжимая здоровую руку пациента.

— Обязательно, — ответил Алан, хитро улыбнувшись. — Кстати, не видели, матушка моя вернулась или нет ещё?

— Пока что нет, — гость отрицательно мотнул головой. — Вроде как за день до Ивана Купала должна вернуться. Мы ей рассказали о приключившемся с тобой несчастье… Женщина была рада, что ты жив и здоров! Правда, при этом передала весть, что приехать пораньше не сможет.

— Возвращайся к нам деревню поскорее, хорошо? — гостья не сильно обняла Алана и отстранилась. — Будем ждать тебя.

Едва за незнакомцами закрылась дверь, как на выход засобиралась и Мария.

— Ох, Лексанушка, совсем забыла, что и у меня дела дома есть! Так что мне тоже пора. Я своё дело сделала и друзьям Алана всё сказала, так что заскочу через пару дней.

С улыбкой кивнув, я обняла подругу на прощание и открыла дверь. Провожая Марию взглядом, я то и дело думала о сегодняшних гостях. Не сказала бы, что мне понравилось увиденное, ведь я давно отвыкла от подобных шумных разговоров, но было в этом моменте что-то лёгкое и доброе. Как девушка, даже не будучи невестой Алана, всё равно обнимала парня, желая ему выздоровления. Как друг угощал пациента и извинялся за глупый поступок, который чуть не привёл Алана к гибели.

Заперев замок, я оперлась спиной на дверь и опустила взгляд в раздумьях. Мне почему-то захотелось вспомнить тот день, когда обо мне последний раз хоть кто-то заботился, кроме Марии. И было это ой как давно — ещё в первый год моего пробуждения…

— Да уж… — неловкий голос Алана вывел меня из раздумий, заставив обратить взгляд к нему. — Друзья у меня, конечно, и раньше любили делать много шума из ничего, но в этот раз они явно перестарались.

— Ты чуть не погиб, — напомнила я, мотнув головой чтобы смахнуть вылезший на глаза локон. — Так что их поведение не удивительно.

— И всё же я вижу, что стеснил тебя приходом друзей, — Алан потянулся к моему плечу, но я растерянно отстранилась. — Извини.

— Ничего, в жизни всякое бывает, — ответила, протяжно выдохнув для успокоения. — Иди лучше за стол, поешь. Надо расправиться с остатками еды, чтобы ничего не убирать уже. Как наешься — продолжим процедуры.

Чуть заметно улыбнувшись, Алан потёр руки в предвкушении и уселся за трапезу. Паренёк ел, пожалуй, за двоих — некоторые снадобья повышают аппетит, да и сам Алан, видимо, был не прочь лишний раз отведать моей стряпни. Надеюсь, к моменту выздоровления сильное тело пациента не потеряет в форме…

После всех процедур я не спешила уходить. Нужно было дождаться начала действия снадобий, а также сварить новые. В свободные минуты я, подхватив проволоку и камешек, найденный на дне Плещихи, делала новый оберег. Торговлю ими я уже давно не вела так сильно, но мне нравилось творить своими руками нечто красивое.

— Ух ты, что это? — от громкого восхищённого возгласа Алана я подскочила на месте. Паренёк сидел рядом со мной и с неким изумлением разглядывал, как я собственными руками изгибала проволоку, создавая завихрения и узоры. — Это те самые обереги, о которых ты говорила моим друзьям?

— Да, — кивнула, не отвлекаясь от работы. — Когда-то я ими торговала, но сейчас изготавливаю их просто так, для души, да и чтоб навык не растерять.

— Чудесная работа! — восклицал Алан, не сводя глаз с моих рук, что грациозными мягкими движениями превращали камешек в произведение искусства. — А сделай мне такой? Как домой приеду, так и деньгами за него отплачу.

Немного пораздумав, я дала гостю своё согласие и продолжила работу. Парень не отходил от меня ни на шаг, с неподдельным интересом наблюдая за ходом работы. Иногда его лицо было настолько близко, что шею обдавало его тёплым дыханием. Завершила я оберег лишь поздним вечером. Терпеливо выжидавший подарок пациент уже чуть ли не клевал носом от усталости, но никак не хотел сдаваться.

— Вот, держи, — обрамленный узорчатой оправой из проволоки камешек, нанизанный на нитку, я примерила к сильной груди Алана, завязав позади шеи парня крепкий узелок. — Заговорила на здоровье, достаток и семейное счастье. Так что небеса теперь на твоей стороне, бояться нечего.

Не успела я убрать от пациента руку, как тот ловко перехватил её.

— Спасибо, — прошептал Алан, в следующее мгновение коснувшись губами тонких пальчиков. — Буду беречь его до конца жизни!

Неловко забрав у парня руку, я кивнула и поднялась с удобного местечка за столом и указала в сторону кровати.

— Ещё успеешь отблагодарить, а сейчас идём — тебе уже давно пора отдыхать.

Неловко прикусив губу, паренёк, крепко сжимая рукой мой подарок, улёгся на кровать и заполз под одеяло. Отложив в сторону снятую одежду, Алан с трепетом наблюдал, как я вновь обрабатывала царапины на его лице или же готовила к приёму снадобья.

— Спокойной ночи, Лексана, — пожелал Алан, потянувшись в кровати и сонно зевнув. — Уже жду нашей утренней встречи. Хорошенько отдохни, ладно?

— Хорошо, отдыхай и набирайся сил. До завтра, — ответила я, после чего, погасив свет, направилась к двери. Под чуть слышимый храп пациента я вышла на улицу и направилась в свой домик, где на печи с хитрым лицом сидел домовой.

После того как я обжила два домика сразу, страж жилища научился охранять оба уголка. Причём даже кристалл, в котором жил дух, переносить не понадобилось — домовой сам приходил куда нужно и когда нужно. Разумеется, появление Алана дух тоже заприметил, что в лучшую сторону сказалось на его настроении.

— Какой хороший день сегодня! И гости заявились, и пациент твой на поправку идёт. Я видел, как он смотрел на тебя, пока ты оберег делала… И поверь, это не просто дружеский взгляд.

— Не говори глупостей, — отмахнулась я, с безразличием ухватив кристалл домового и положив его в пустой сломанный фонарь. Весьма удобно, кстати: жёлтый камень светился не хуже старой лампы, так что у меня получился вечный источник света.

— А это и не глупость, — парировал волосатый чёрный страж, недовольно скрестив на груди руки. — Я же вижу, как сияют глаза Алана от одного лишь взора на тебя.

— Сияют так сияют, — буркнула я, захлопнув крышку фонаря. — Ты кое-что забыл. Между нами ничего не может быть!

— Да-да, я помню эту песню про Ивана Купала и твоё проклятие, — передразнивал дух, закатив глаза. — Однако это не повод отказываться от тепла других людей. Может, пришла пора призадуматься об этом? Не забывай, что настроение и самочувствие хозяев дома влияет даже на домовых… Не знаю как ты, а я уже устал от этой черноты!

Презрительно фыркнув, я зашла к себе в комнату и, накрывшись одеялом, погрузилась в сон.

Чернота ему надоела… Как будто моя вина, что все люди обо мне каждый год забывают! А я, между прочим, тоже не железная! Так зачем тешиться мнимой надеждой, порождённой светлыми чувствами? Минует Ивана Купала — и от них не останется и следа…

Утром домовой, одарив меня недовольным взглядом, сидел на печи, словно чего-то выжидая. Даже ни слова не проронил! Может, он надеялся, что я извинюсь за свои слова? Нет уж, не на ту напал!

Молча подхватив ведро с крупой, я вышла на улицу и стала кормить скотину. Молока надоила, яиц собрала, трав для чая нарвала… Так увлеклась, что не заметила, как Алан проснулся.

— Доброе утро, Лексана! — бодро произнёс пациент, выглянув на улицу и зажмурившись от светившего ему в глаза солнышка. — Ох, какая же погода хорошая! Признавайся — наверняка наворожила!