Лики миров (СИ) - Елена Владимировна Добрынина

— связываться с беззащитной девчонкой, и совсем другое — с тем, чей наниматель имеет вполне определенную… — снова эта злая ухмылка, — …славу. Можешь радоваться: все складывается так, как ты того хотела.

И так, как совершенно не хотел ты…

По этой неожиданно прорвавшейся досаде не на меня даже — на себя, на всю ситуацию в целом, я поняла, как нелегко дается ему такое положение дел. Поняла и, подойдя ближе, прижалась щекой к его плечу. Бедный мой… Мало тебе интриг, министров и императоров… еще и за мной, дурехой, смотреть приходится.

— Я тебя не подведу, — сказала тихо, но, кажется, не угадала. Потому что его ответный взгляд помрачнел еще больше. Он с шумом втянул носом воздух и произнес медленно:

— Боюсь, что не могу обещать тебе того же.

Сердце сжалось. Как же ты строг к себе..

— Ликард, время, — напомнил Мирт.

Боевик сразу отстранился, достал из-за пазухи свернутые трубочкой исписанные листы и протянул мне вместе с пером.

— От тебя нужна только подпись на каждом из экземпляров.

Я развернула договор и остолбенела. М-да… на мелочи Лик точно не разменивался. Перо требовательно ткнулось мне в руку, подгоняя, и я проставила на каждом из листов имя и фамилию Деяниры и размашистую каракулю.

— Вручу перед отъездом копию аль Гарду, — усмехнулся Лик, забирая у меня свой экземпляр контракта. — То-то ору будет… Теперь деньги. — Он, будто фокусник, извлек небольшой ключ, висящий на колечке. — Это ключ от хранилища в Неккаре. Там ты сможешь получить всю сумму в любом, — последнее словно он выделил особо, — случае. Когда будем его проезжать, расскажу что и как. Держи и не теряй.

Я машинально зажала ключик в руке, отчаянно пытаясь не думать, о каких таких любых случаях он говорит.

— Все, вам пора, — тут же принялся выпроваживать он нас с Миртеном, — сейчас сюда другая группа заявится.

— Ты придешь сегодня? — спросила уже выходя.

Вместо ответа Лик медленно прикрыл, а потом открыл глаза — «да» — и слегка усмехнулся каким-то своим мыслям, кажется, не слишком веселым.

Я снова натянула на лоб капюшон, и мы с защитником побрели обратно совсем уж диковинным и заковыристым маршрутом.

— Не надоело со мной нянькаться? — спросила я у него, когда мы, завернув в очередной безлюдный проулок, заложили еще одну петлю нашего пути.

— «Нянькался» я с тобой, когда только подобрал на тракте, — покачал головой Мир, — сейчас я помогаю друзьям, чувствуешь разницу?

От нахлынувших эмоций я заключила магистра в товарищеские объятия.

— Ну-ну, хорош, — тут же заворчал тот, — еще я в переулках с подозрительными личностями не обжимался.

— Правда что ли? — удивилась я.

— Ага, разве что с хорошенькими девушками, — мечтательно погрузился в воспоминания защитник. Развивать тему я не стала.

— Сиди тут, жди Ликарда, — дал мне свои наставления Миртен, когда мы пришли домой, — На улицу без него не выходи. Меня пару дней здесь не будет: дела, знаешь ли… — он игриво пошевелил бровями, намекая о роде этих самых «дел», — обедать и ужинать можешь внизу, у госпожи Альфины, она уже обо все предупреждена.

— Спасибо, — только и смогла произнести я.

— Скажешь вечером и не мне, — магистр помахал рукой и скрылся в неизвестном направлении.

А я принялась ждать. Ждала я очень старательно и деятельно и к вечеру так умаялась, что решила ненадолго, совсем на чуточку прикорнуть на диване в гостиной. А когда открыла глаза, за окнами было темно, в комнате царил полумрак, на сумеречном небе мерцали первые звезды. Я оказалась накрыта теплым одеялом, а напротив меня сидел Лик и смотрел в темноту так задумчиво и неприкаянно, что «Демон сидящий» показался вдруг бледным подражанием оригиналу. Я какое-то время тихо лежала и разглядывала его, потом все-таки потянулась и принялась выбираться из своего уютного кокона. Боевик сразу обратил свой взор в мою сторону.

— Привет, а Мир сбежал, — зачем-то поведала я ему.

— Знаю, все участники похода получили два дня, чтобы подготовиться и уладить свои дела, — ответил магистр.

— И ты?

— И я, — он встал и неторопливо направился в мою сторону.

— А… много у тебя дел? — я тоже встала, прямо не сходя с дивана, на сидении… Вот так, прижимаясь всем телом к стоящему на полу мужчине, я оказалась на целую голову выше него.

— Ммм, не очень, — он сначала с удовольствием поразглядывал открывшуюся его взору картину, и только потом поднял голову вверх, находя своими глазами мои, — только одно, если честно, — руки его прошлись по моему телу сверху вниз, обозначая весьма недвусмысленный интерес, а потом я чуть не взвизгнула, когда он, совершенно возмутительным образом оторвал меня от дивана, подхватив под пятую точку.

— Ай, с ума сошел? — пискнула под аккомпанемент тихого довольного смеха, и тут же обхватила ногами талию этого…чокнутого. Положение вышло неожиданно устойчивым и весьма… интересным.

— Подожди, — наконец начало доходить до меня, — у нас целых два дня? Только ты и я?

Он коротко кивнул, а я… кто бы только знал, какой богачкой я себя почувствовала.

Я склонилась к его губам, радостно и жарко их целуя. В этот самый миг я была безраздельно и абсолютно счастлива.

Каким это оказалось наслаждением — быть с ним одним целым, просыпаться в его объятиях и нежиться в них, совершенно не заботясь о времени. А еще выяснилось, что от долгого пребывания в таком состоянии мозг совершенно размягчается, мой уж точно… Иначе с чего бы на следующий день, когда мы, слегка уставшие, просто лежали рядом друг с другом, я, водя пальцем по его лицу, будто портрет рисуя, сказала вслух:

— Какой же ты красивый… — и тут же выдала себе мысленный подзатыльник. Ну вот, сейчас важничать начнет..

— Рад, что тебе нравится, — просто ответил Лик. И замолчал. Ну нет, так не пойдет. Теперь его очередь меня хвалить.

— А я? — продолжила. — Я тебе нравлюсь?

Он сначала посмотрел на меня с извечным мужским выражением: «Женщина, к чему эти расспросы? Я же здесь.», потом сообщил не без лукавого ехидства:

— Меня все устраивает, — а заметив обиженное выражение на моей моське снисходительно добавил: — Ты похожа на медовый пирожок.

— Чем это? — насторожилась сразу. Если он сейчас скажет, что я сдобная и пухлая, я его стукну.

— Теплая, золотистая и сладкая… — так чувственно пояснил этот гений по части комплиментов, что мстить сразу расхотелось… — и такая же коварная, — добавил он, откровенно веселясь, — еще надкусить не успел — а уже весь извазюкался.

Я все же шлепнула этого вредного магистра ладонью по плечу. «Извазюкался» он, видите ли…

— Так и знала, что ты сладкоежка, — уличила вдобавок.

Он