Волк для ведьмы - Ольга Сергеевна Шерстобитова

всю жизнь столько, сколько за несколько дней успел сотворить ты. Спасибо, Глеб!

– Вот нашла за что благодарить, – покачал головой мой волк. – Хотя… благодарность я принимаю теперь исключительно твоими поцелуями, – заявил он, сверкая янтарем во взгляде.

– Кому-то было мало? – хмыкнула я.

– А мне тебя всегда мало, моя ведьма, – прошептал Глеб и выжидающе посмотрел на меня.

Я положила руки ему на грудь и порадовалась, что мой оборотень такой сильный и могучий, есть за что уцепиться, когда коленки подгибаются.

А то, что мы целовались больше, чем убирали стол после моей ворожбы, а про ужин чуть вообще не забыли, – это мелочи.

Когда через два часа я добралась до своей комнаты и направилась в душ, даже под струями чувствовала, как горят не только губы, а пылаю я вся. Что-то сильное и светлое разбудил во мне этот мужчина, растревожил огонь, о существовании которого я и не подозревала, и не знала, куда теперь деваться. Тело, несмотря на теплую воду, до сих пор покалывало от его прикосновений, а мысли путались и все время возвращались к Глебу.

Вот же волк!

Я поймала себя на том, что глупо улыбаюсь и чувствую себя абсолютно счастливой.

Закутавшись в пушистое полотенце, я вышла в спальню и обнаружила на постели Глеба. Чуть влажные волосы говорили, что он совсем недавно тоже принимал душ.

– Эм, ты что тут делаешь?

– Собираюсь спать, – невозмутимо сообщил он, потягиваясь.

Я уставилась на полуголого мужчину в своей постели, моргнула.

– Ты выселяешь меня из этой комнаты? – осторожно уточнила я.

– Нет, конечно! Просто я решил ночевать у тебя. Если ты, разумеется, не против.

Я даже оторопела от его слов. Глеб поднялся, подошел ко мне.

– Когда ты сопишь рядом под моим боком, так гораздо спокойнее, – сообщил волк.

– Я не соплю под твоим боком! – не выдержала я.

– Хм… Хорошо, сопи у меня на плече, – согласился он, и я не удержалась и легонько стукнула его по груди.

– Наглец! – возмущенно фыркнула я и рыкнула, подражая своему волку.

Глаза мужчины немного засветились, как перед оборотом.

– Это что сейчас такое было, огненная моя ведьмочка, а? Ты что, дразнишься?

– Пытаюсь объяснить кое-кому на его же зверином языке, что ведьмой меня прозвали не просто так, – нашлась я, ощущая, как смыкаются на моей талии руки Глеба.

Я улыбнулась, потерлась носом о его щеку и игриво прикусила мочку уха.

Глеб на мгновение окаменел, сощурился и перекинул меня через плечо.

– Эй! Ты что меня так таскаешь? – хохоча, поинтересовалась я.

– Теперь ты моя добыча, поэтому привыкай.

– Глеб! – я засмеялась еще сильнее, когда оборотень уложил меня на кровать и пощекотал пятку.

Уворачиваясь от его прикосновений и веселясь, как-то незаметно оказалась без полотенца, прижатая к постели мужчиной.

– Какое же это счастье – слышать твой искренний, заливистый смех, Дана, – совсем серьезно, что никак не вязалось с ситуацией, заявил Глеб и медленно и нежно меня поцеловал.

На это прикосновение отозвалась каждая моя клеточка, и сопротивляться я даже не подумала, тая в руках своего мужчины.

– Вот ты вроде бы волк, – выдохнула, отдышавшись, – но в наших отношениях никаких звериных проявлений себе не позволяешь.

– Ты же моя пара, Дана. Я буду тебя холить и лелеять. Хрупкая моя, сладкая, драгоценная девочка, – прошептал волк, сопровождая каждое слово поцелуем и спускаясь все ниже. – Настоящее сокровище.

Огладил меня всю, не отпуская мой взгляд, словно желал убедиться, что я не против его прикосновений, притиснул к себе.

– Давай спать, Дана. Завтра нас ждет непростой день, – мягко сказал, целуя в волосы.

– Эм…

Я немного растерялась от подобной смены темы, но Глеб был прав. Утром предстоит закрывать портал.

– Мне бы одеться, – напомнила я.

– И так хорошо.

– Глеб! – возмутилась я. – На мне совсем нет одежды.

– Угу, – согласился он и потерся носом о мои волосы, шумно вдыхая запах. – Меня не смущает.

Нет, этот мужчина временами просто невозможен!

– Зато меня очень даже!

– Хочешь, чтобы окончательно разделся и я? – уточнил он.

– Хочу добраться до своей ночной рубашки, – выдохнула в его плечо.

– Завтра доберешься, – сообщил оборотень.

– Что?

– Может быть. Я не обещаю.

Глеб еще сильнее меня обнял, закрывая глаза.

Похоже, придется смириться с неизбежным. Я щелкнула пальцами, выключая магические огни. Спальня погрузилась в темноту.

Вот как он смог это все незаметно и легко провернуть? И в моей спальне остаться, и мне не дать и шанса добраться до шкафа с одеждой.

Но почему-то сердиться не получалось, снова тянуло глупо улыбаться.

Просто в кольце рук моего Глеба было так хорошо, так правильно, так… защищенно, что единственное, что мне оставалось, – закрыть глаза и, прислушиваясь к стуку сердца под моей щекой, заснуть.

Посреди ночи что-то пощекотало мою щеку, и я проснулась. Открыла глаза, смотря на круживших в спальне светлячков, закрыла. Может, показалось?

Увы, нет.

Светлячки шлейфом тянулись по комнате, разлетались, садились на мебель и вещи, и словно маленькие огоньки рассыпали вокруг свет, делая все иным. Каким-то волшебным и сказочным.

Я бы, пожалуй, насладилась этим зрелищем, но внутри зрело смутное и не особо хорошее предчувствие.

Приподнялась и заметила Глеба, стоящего возле распахнутого окна. Летние ночи были немного прохладные, несущие с собой запахи свежести и хвойного леса. Но светлячки залетели в комнату впервые с того момента, как я жила в поселении оборотней.

Мой волк обернулся, привычно сверкая янтарем во взгляде.

– Откуда здесь взялось столько светлячков? – поинтересовалась я, уже заранее догадываясь, каким будет ответ.

Глеб подошел ко мне, сел на кровать.

– У тебя во сне случился всплеск магии.

Я подскочила на месте, запаниковала и внезапно оказалась в объятьях Глеба.

– Тише, Дана, – он коснулся почти невесомым поцелуем моих губ.

– Глеб! – взвыла я. – Это же… это… Неконтролируемая магия. Да, у ведьм такое случается, сила не всегда стабильна, пока им не исполняется двадцать пять лет, но… Как же так! Ночь же!

– Ну что ты так распереживалась, моя огненная ведьмочка, – ласково погладил меня по голове оборотень. – Насколько я знаю, подобные всплески всегда безобидны и зависят от эмоций одаренного. Красиво, кстати.

– Это ты пытаешься меня утешить?

– Смотрю, слова на тебя не действуют.

Внутри опять начала подниматься тревога, я заерзала, и Глеб запрокинул мою голову.

– Мои глаза светятся, да? – уточнила обреченно.

Мой волк не ответил, лишь коснулся моих губ, даря медленный, невыносимо чувственный поцелуй. Мои пальцы оказались в его волосах, его руки прижимали меня к себе, лаская спину, рождая огненную волну.

Вдох – и пальцы вновь щекочет от силы. Сдерживать ее не получается, и комнату наполняют очередные светлячки.