Принц и нищая (СИ) - Вознесенская Дарья

Я смутилась и осторожно отбросила статуэтку, а он уже смеялся.

— Похоже, выбора-то у меня нет — снова. Вот только проблема в том, что добраться до Храма Любви никто тебе не поможет…

— Яяяяя быгх так не с-ссссказаааааал…

Я повернулась к окну, в которое пыталась протиснуться огромная голова серебристого цвета с раздувающимися ноздрями. Завизжала, вскочила и спряталась за посмеивающегося эльфа.

— Попааалассссяяя, — вышипела голова и забулькала. А потом убралась из окна.

— Это он так смеется, — любезно уведомил меня эльф.

— Это… д-дракон?

— Д-дракон-с, — передразнила меня вновь появившаяся голова, точнее глаз с огромным черным зрачком и ресницами. — С-ссаааамый лучший и крассссссивыыый…

— И скромный, — дополнил эльф.

— Разве драконы…. не живут где-то в других местах? — уточнила я.

— Вооооот…. Я давно-с говоооооорю, что надогх переписссссааааать учебники-с по к-коооооторым-с учат этииииих бедныгх детоооооок…

— Ради одного дракона никто ничего не будет переписывать. — Атриас повернулся ко мне и снова усадил на стул. — Потому мой дом и стоит здесь, — эльф преувеличенно несчастно развел руками, но что-то мне подсказывало, что он был очень доволен, — Мне достался нестандартный дракон: он обожает совать свой огромный нос в мелкие людские дела.

— Д-досссстааааался емугх, ага, — заворчала махина. — Я же-ссс саааааам тебя выбраааааал и откликнулсссяяяяя на зоооов…..

— Сам-сам….- кивнул эльф. — Знакомься — это Заггх. Он из тех драконов, что поселились в Призрачных горах и отказались от контакта с эльфами. Увеличили срок жизни, но… Поняли, что становятся безразличными. Вот Заггха это и не устроило — он снова решил найти себе эльфа….

— З-завессссти сссебе эльфагх, назззывай вещщи своими-с именами-с, — пояснила довольная морда, но Атриас это никак не прокомментировал.

— А это — Илия тер Олард.

— Дааааа-с….Я ссслышал твою-с историю-с — у меняяяяя большиииие ушигх…Мне понравилооооо-сь

— Ч-что понравилось? — не поняла я.

— Твоягх з-забавная история-с, а яяяяя испытываюгх сссслабость к забааааавным историям-с маааааленьких симпатииииичных человечков-с…

Мы с эльфом не сговариваясь закатили глаза.

— Осссооообенно еслигх они-с готооооовы сссследовать сссссвоим путёёёёём…

Я сжала кулаки, стараясь не волноваться. Неужели он…

— Нооооо…. отнесссссти тебягх в храм-с я не могуууууу….

Вздохнула. И вопросительно посмотрела на огромный глаз.

— Мыыыыы драконы-с можееееем только однаждыгх…У насссс т-тоже-с закоооооныыыы-с — а я тамс побывааааалгх….

Жаль, конечно, но Заггх, кажется, подсказывает мне выход.

- И где мне найти дракона, который может?

— Хде хде…. в Прииииииизрачных горах-с….

Эльтар тер Олард

Несколькими днями ранее

Правящий едва передвигал ногами от усталости и чувства опустошения, выевшего внутри него огромную дыру. На портал сил не оставалось — да и никого он не стал бы будить ради этого, все и так были на грани.

К тому же, хотелось подумать. Успокоиться окончательно.

Эльтар медленно шел по пустынным темным коридорам дворца — скоро рассвет, и в такое время здесь не было даже слуг.

Наверное, это была самая захрова ночь в его жизни. Даже тогда, когда он готов был распрощаться со своей жизнью и спасти Анну, ему не было так тяжело. Может потому, что те события он воспринимал как достойное наказание за свое поведение и поступки на протяжении всей своей жизни.

Сейчас же у него было полное ощущение, что его провели. Били ни за что — разве лишь за то, что он идиот, допустивший, чтобы пострадала его обожаемая сестра и девушка, которая стала настолько дорога, что он и не понимал, как подступиться к этому.

Он привык любить… мало кого любить. Мало кому сочувствовать и беречь. Оленка была его светлой стороной с самого рождения, он отгрыз бы каждую руку, что тянулась к ней с дурными намерениями… И вот, пропустил.

И теперь тонул в ощущении вины.

Пусть они успели — но сколько она пережила!

И сколько пришлось испытать Илии? И не от него, и от него… Он был далеко не самым приятным и мягким человеком, понимал это. Но надеялся, что сможет научиться…

Вот только бы добраться до кровати, в которой уже давно должна была спать его невеста. Нет, не будить даже — просто прижаться к ней, ощутить стук её сердца, и, наконец, успокоиться и поспать немного. А завтра…

Завтра будет новый день. И он решит все вопросы. И скажет, что там Илия хочет от него услышать… Он справится со всем — и с поганым их окружением, и с собственными сомнениями. А главное — с ее сомнениями тоже справится.

Илия наверняка будет обижаться.

Не позволит. Зацелует и покажет, насколько она ему нужна.

Ну и пусть не делится, как она считает нужным — да разве он будет мужчиной, если начнет вываливать на нее всю ту грязь, в которую он залез полностью?

Он должен ограждать от всего захрова дерьма свою женщину. Защищать её. Илия заслуживает тепла, тишины, легкости — она и так в жизни испытала столько, что становилось больно от одной мысли об этом.

И пусть девушка говорила, что хочет разделить тяжелую ношу с ним, но разве это дело — вот так впутывать её? Заставлять беспокоиться и снова страдать?

Как же сложно! Сложно быть не одному… Сложно считаться с другим мнением… Но, видимо, придется. Потому что не хотел бы снова видеть разочарование на её лице, как когда он зашел за ней на бал. Ему тогда так стало стыдно — его сестра едва не умерла, а он, увидев Илию в том платье, такую свежую, такую прекрасную, вспомнив их ночь, одуряющее удовольствие, перестал об этом думать, думать о задании, только что схватить и опрокинуть на кровать свою женщину, наплевав на все.

Едва сдержался ведь.

Нет конечно он ей расскажет теперь — много чего расскажет. И то, что вовсе не хотел обижать её своим невниманием или молчанием — просто это были захровы сутки, когда на кону стояло слишком много. И если ей прям так нужно — будет и дальше рассказывать. Просто чтобы сохранить мир в их будущей семье.

Думать об этом было приятно. О них, как о семье.

Правда, тут же закрадывалась мысль, что он толком-то не сделал ей предложение — все у них получалось странно, и шиворот-навыворот, и слишком сумбурно, наверное. И он лишь недавно осознал, насколько готов смириться с выбором Стихий — да что там, поблагодарить их за этот выбор.

Сам бы он ни за что не пришел к этому так быстро. И дело было не в предубеждении — хотя и в этом тоже. Но Эльтар настолько был далек от мыслей о женитьбе, что просто не рассматривал этот вариант.

Ничего, он теперь все сделает как надо. Выберет для Илии на свой вкус достойное кольцо — семейная реликвия ведь досталась Олене…

При мысли о сестре в груди снова сжалось и запекло.

Да, её муж уже был в пыточных дознавателей и выйдет оттуда разве что в могилу. И никого это не удивит, потому как то, что он натворил, каралось сурово. А они не были бы великой Империей, если бы не принимали самых жестких мер. Но все равно то, что они с Арием поняли так поздно…

Оказалось, что именно тот стоял за всем происходящим в их семье. И провернул это тонко и ловко, ублюдок.

Втирался в доверие, считался добрым, даже замечательным и всеми любимым — вот и сестренке вскружил голову несколько лет назад. Ей тогда все твердили, что пора замуж — вот она и поддалась. Эльтара не было тогда рядом, но он знал как матушка может давить. Обеспокоился было, но Олена выглядела счастливой, Амир тер Дамар — абсолютно нормально и даже влюбленно. И он не стал лезть в её семейную жизнь.

Тот же просто до поры до времени держал свою черную суть под прикрытием слащавой улыбки. И отпустил её на волю только когда девушка забеременела.

Это потом они узнали, что втайне Амир провел один из ритуалов, который предполагал не только понимание, какого пола будет ребенок, но и что за магия ему достанется. И оказалось, что предсказатели пообещали ему даже больше — что у сына будет достаточно сил, чтобы стать Тенью