Пойдём со мной, Василина (СИ) - Островская Ольга

– Надо ей как-то помочь, – опустившись на колени рядом с моей рыжулей, я обеспокоенно касаюсь ладонью бледной щеки.

– Я ничего не могу сделать, пока она в беспамятстве. Девочка очень умело экранирует свою энергию, – мрачно качает головой куард, проводя над её телом святящимися руками. – Если взломаю этот экран, могу сделать ей ещё хуже.  

– А что же тогда делать? Как ей помочь? – меня буквально раздирает от тревоги. Видеть её такой болезненно-ранимой и беспомощной по-настоящему больно.

– Вот как раз ты ей уже помогаешь, – слышу я неожиданно смешок куарда. А когда недоумённо вскидываю на него глаза, он иронично интересуется у меня: – Тебя не удивило, что ты так сильно и внезапно к ней привязалась? Что стала чувствовать её почти своей сестрой? Что она нашла тебя, несмотря на то, что я довольно тщательно скрыл наши следы?

– Эм, что ты там скрыл я понятия не имею, – растерянно тяну я, уже начиная кое-что подозревать. – Но... К чему ты клонишь, Арид?

– К тому, что ты добровольно позволила ей энергетически связаться с тобой, – озвучивает он мои смутные подозрения.

– Что… Но как? Она же… мы же… Я не понимаю. Объясни, пожалуйста. Что именно она сделала? – мотаю я головой, растерянно садясь на пятки.

Как же так? Разве связь не должна быть между мужчиной и женщиной? Как она это провернула? И что теперь? Я привязана к ней и к этом миру? Так боялась, что меня привяжет Арид, но прохлопала, когда это сделала со мной едва знакомая девчонка. Молодец, Вася. Просто слов нет.

Арид бросает на меня ещё один взгляд и снова сосредотачивается на девочке.

– Сейчас она явно берёт твою энергию. Если хочешь ей помочь, ложись рядом, обними и жалей свою хитрую новообретённую сестру Ааму.

Он кивает на одеяло рядом с рыжей лисой.

И вот смотрю я на неё, понимаю, что капец как злюсь на поганку мелкую… но не могу не чувствовать щемящую жалость к ней такой одинокой и несчастной, не радоваться, что она всё-таки здесь, что нашла нас, что жива, что с ней всё будет в порядке. И не могу не желать всем сердцем ей помочь. Поэтому, выплеснув раздражение в возмущённом вздохе, выполняю распоряжение Арида и осторожно опускаюсь рядом с девочкой, чтобы притянуть её в свои объятия.

А после этого бросаю выжидающий взгляд на куарда. Кто там мне что-то объяснять собирался?

– Связи бывают разные, Вася, – хмыкает понятливо он, неспешно садясь рядом, опуская ладонь на мою макушку и принимаясь перебирать волосы. То ли мониторя моё состояние, то ли просто так. Вот любит он тактильные контакты. Щупал бы и щупал. – Брачная связь, которая тебя так пугает, одна из самых сильных и нерасторжимых…

– Одна? Есть сильнее? – недоумённо хмурюсь я.

– Конечно. И если ты подумаешь, то сама поймёшь, о какой именно связи идёт речь. Созданной природой и самой естественной, какая только может быть, – иронично щурится куард.

Созданная самой природой и естественная? В голову приходит только один вариант.

– Ты о связи между матерью и ребёнком?

– Да, – Арид кивает одобрительно. – Но, когда речь идёт о куардах, то связь ребёнка с отцом почти не уступает по прочности той, что существует между ним и матерью. Дети куардов полностью энергозависимы от обоих своих родителей. Начиная с зарождения в материнской утробе. И особенно сильно первые несколько лет жизни. Потом эта зависимость постепенно уменьшается. И сходит на нет после достижения совершеннолетия.

– Ты же не намекаешь, что Ааму привязалась ко мне, как к матери? – в настоящем ужасе уточняю я у умолкнувшего Арида.

Я же не могу быть матерью подростка в свои девятнадцать. Сама ещё недавно такой была и Соле мозг выносила. Или это мне карма прилетела. Дикость какая-то. Если так, ей богу уши надеру заразе рыжей.

– Нет, – смеётся куард, качая головой. – Ты не дослушала. Помимо брачной и родительской связей есть ещё и другие. Тоже нужные и важные. Родственные, например. Твоя Ааму по нашим меркам ещё ребёнок, несовершеннолетняя. И, если верить тому, что она тебе рассказала, то у неё нет семьи. Значит, её никто не подпитывает уже некоторое время. А тут ты, щедрая, вкусная, искренняя в своём сочувствии и открытости. Я её отлично понимаю. Самому сложно устоять.

Капец. И вот как к этому относиться? С одной стороны, она явно схитрила, провернув это без моего ведома. Но я и сама виновата – могла бы и догадаться, чем чревато вот так просто позволять даже маленькой куарде что-то делать с моей энергией. С этими куардами вообще надо держать ухо востро. А я расслабилась что-то совсем.

– И вот что мне теперь делать? – вздыхаю, закрыв глаза.

– Ничего, – пожимает плечами Арид. – Эта связь ни к чему тебя не обязывает. Раз уж девчонка сама нас нашла, возьмём её с собой, как ты и хотела. Мне самому интересно, что из этого получится. И изучить её способности я не против. Хочу понять, насколько её соплеменницы совместимы с моими… с занагарцами.

Вот хорошо, пожалуй, что он такой прагматик продуманный. Не надо мне искать веские аргументы, чем ему может быть выгодно что-то. Свою выгоду он сам просекает на раз.

А я могу пока подремать рядом с новообретённой сестрой.

– Ты совсем-совсем её не чувствуешь? – смотрю из-под ресниц на Арида, спустя несколько минут. Не спится. – Помогаю я ей хоть как-то? Или не очень?

– Помогаешь, – внезапно прилетает тихий ответ оттуда, откуда я не ожидала, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

– Ааму? – резко поворачиваю я голову к девочке, по-прежнему лежащей с закрытыми глазами рядом. – Ты очнулась? Как ты себя чувствуешь?

Поднимаясь на локоть, всматриваюсь в её лицо.

Длинные ресницы на бледных щеках вздрагивают, а затем медленно, даже как-то осторожно, поднимаются, являя нашим взглядам воспалённые янтарные глаза.

– А если уже лучше, ты перестанешь делиться энергией? – тихо шепчет она, бросая опасливый взгляд на по-прежнему сидящего по другую сторону от меня Арида.

– Если тебе нужно ещё, то не перестану, – вздыхаю, смиряясь с ролью энергодонора. – А ты можешь не прятать свою энергию от Арида? Хотя бы сейчас. Я хочу убедиться, что с тобой всё в порядке после общения с Вэноной.

– Могу, – хмурится девчонка. – А ты обещаешь, что твой Арид мне ничего не сделает?

– Извини, но давать обещания за кого-то другого я считаю глупым. Он мне не принадлежит. Так что все переговоры веди с Аридом сама, – фыркаю я и поворачиваю голову к явно потешающемуся куарду. – Вот смотри, он совсем нестрашный.

Тут я, конечно, перегнула. О чём меня сразу и уведомляют:

– Ага, я видела, что этот нестрашный с а-киарой сделал, – округляет глаза рыжая.

– Если я такой страшный, почему же ты за нами пошла? – хмыкает Арид, с интересом рассматривая девчонку.

– Мне нельзя было оставаться. То, что я самовольно привела кого-то чужого в поселение… это преступление по нашим законам. А-киара мертва. Мне не забудут, – тихо признаётся Ааму. – Я всё равно решила уходить. Потому и помогла тебе. Если вы не возьмёте меня… я пойду сама куда-нибудь. – Она зажмуривается, пряча свою беззащитность. – Но я бы хотела с вами. Пожалуйста.

Арид так долго молчит, что не знай я уже о его согласии, сейчас пожалуй бы решила, что он хочет отказать ей. Девочка и вовсе не выдерживает неизвестности, распахивая блестящие от непролитых слёз глаза и смотря на него почти умоляюще.

– Хорошо, Ааму, – наконец произносит веско Арид. – Я согласен, взять тебя с нами. И предоставлю тебе свою опеку в Занагаре. Но ты сейчас же снимешь энергетические экраны и с себя, и с Васи. А утром решим, нужно ли их возвращать. 

Глава 27

Утром меня разбудила не птичья трель, не луч солнца и даже не шелест ветвей над головой… Нет, меня разбудил тихий бубнёж двух куардов. И так сразу захотелось накрыть голову подушкой... но моя подушка как раз препиралась о чём-то с Ааму и мешала мне спать.

Может в них запустить чем-то?

– Покажи, как ты это делаешь, – слышу я требовательный голос Арида.