Эмили Хейнсворт - Второй шанс

Плохо только то, что я должен быть у ее дома через пять минут, а мне точно известно, что даже бегом я не могу добраться туда быстрее чем на десять.

В спешке я не замечаю едущую по улице машину до тех пор, пока она не останавливается у тротуара прямо около меня.

— Эй, красавчик, хочешь прокатиться? — окликает меня Вив.

Машина надолго приковывает мое внимание — и в этом нет ничего удивительного. Последний раз, когда я видел это синее купе, автомобиль был буквально намотан на столб. Внимательно изучив кузов, я убеждаюсь в том, что он, как всегда, покрыт вмятинами и сколами, но передние стекла целы.

Они не разбиты, а просто опущены вниз.

— Прости, задержался, — говорю я, кое-как справившись с голосом. — Пришлось… помочь маме.

Кусаю себя изнутри за щеку от злости. Да что со мной такое? Целый день ушел на то, чтобы убедить себя говорить только правду, но стоило мне увидеть Вив, и я тут же начинаю лгать?

— Ну… — улыбаясь, тянет Вив, — если ты опять опоздаешь, придется тебя наказать.

Чувствую некоторое облегчение. Ладно, небольшая ложь во имя большой правды — не такая уж страшная вещь. Отрадно, что Вив не знает, где я был вчера вечером, и не догадывается о том, что произошло в доме Нины. По крайней мере пока. Двигатель автомобиля, работающий на холостых, тихонько позвякивает. Звук напоминает скрежет зубов.

Вив кашляет.

— Прости, ты сядешь в машину, или нужно отъехать и дождаться, пока ты проголосуешь?

Открываю дверь, стараясь не вспоминать, когда я это делал в последний раз. В самый последний раз. Вив убирает с сиденья какое-то барахло, и я сажусь, но на спинку не откидываюсь. Слишком уж эта машина похожа на гроб.

— Закуришь? — спрашивает Вив.

Она уже держит сигарету во рту, а в руке — красную дешевую зажигалку «Бик». На секунду мне мерещится моя старая серебристая «Зиппо», и ощущение дежа-вю резко усиливается — настолько, что я выхватываю сигарету из ее губ и зажигалку из руки и выбрасываю все это в окно.

— Эй! Какого черта?

— Я…

Говорить трудно — в горле жжет так, будто я только что выкурил целую пачку.

— Ты же не будешь изображать из себя неженку-спортсмена? «Ах, не курите на меня!» Да ты и не спортсмен уже!

Хочется что-то возразить, но в том, что она сказала, так много злобы, что я теряюсь. Я провинился и пришел просить прощения и нахожусь не в том положении, чтобы спорить. Вив молча разглядывает меня. Со вчерашнего дня я так и не собрался переодеться и побриться.

— Выглядишь погано, Кам. Что с тобой сегодня?

— Можем мы куда-нибудь поехать… чтобы поговорить? — с трудом выдавливаю я.

— О чем? — спрашивает Вив, стискивая руль. — Почему не поговорить здесь?

Выглянув из окна, вижу перекресток, ставший для нас роковым. Вряд ли вид этого места придаст мне сил начать непростой разговор.

— Давай поедем куда-нибудь, где меньше народа. Я хочу побыть с тобой вдвоем.

Вив, сдвинув брови, включает коробку передач.

— Ладно. Я знаю только одно место, где можно, как ты говоришь, побыть вдвоем.

Покрутившись в лабиринте улиц позади школы, автомобиль начинает подниматься в гору.

Пристегнувшись ремнем безопасности, сижу, стараясь скрыть от Вив, как судорожно я цепляюсь за ручку. Свободной рукой я нажимаю кнопки на панели магнитолы в поисках какой-нибудь хорошей радиостанции. Машина ползет вверх, а гора в окрестностях Файетвилля только одна, так что я прекрасно понимаю, куда мы едем.

— К водокачке?

— Да, как в старые добрые времена, — отвечает Вив, поджав губы.

Чем выше мы забираемся, тем меньше вокруг домов и больше деревьев с остатками листвы на ветвях. Гора не такая уж высокая, но, очевидно, охотников жить рядом с огромным водяным баком, разукрашенным граффити, находится немного. К тому же это единственное и самое популярное в округе место, куда приезжают люди, чтобы заняться любовью в автомобиле.

Мы приезжали сюда каждый раз после успешной футбольной игры, а когда я учился в десятом, побед было немало.

Когда мы въезжаем на площадку у водокачки, там стоит только одна машина, да и ту, похоже, просто бросили. Вив подъезжает к краю площадки, откуда отлично видны огни города, оставшегося внизу. Никогда раньше мне не приходилось любоваться с этого места пейзажем, а он, оказывается, очень красив.

— Я уже успел забыть, каково это — приезжать сюда с тобой.

— Да, я тоже, — говорит Вив, дергая вверх ручку парковочного тормоза. Она тянется за сигаретой, но потом, видимо, передумав, поворачивает ключ в замке зажигания и выключает двигатель.

Я протягиваю ей пачку.

— Прошу тебя, кури, если хочешь. Я жалею о том, что сделал там, внизу.

— Сейчас я уже не хочу, — отвечает Вив, барабаня пальцами по рулевому колесу. Понятно, что ей не терпится скорее узнать, о чем я хотел поговорить. Я смотрю на звездное небо над городом.

— Как ты думаешь, они там вместе? — спрашиваю я.

Вив перестает стучать по рулю пальцами и смотрит на меня.

— Кто?

— Наши… другие сущности? Они оба мертвы, а мы здесь, живые и вместе. Вот я и думаю, что с ними?

Вив, запрокинув голову, смотрит туда же, куда и я.

— Нет, — говорит она.

— Ты так думаешь? Думаешь, они не вместе — или их просто больше не существует?

— Я об этом не думаю.

— Ясно.

— Кам, ты — это он, только лучше, — говорит она, взяв меня за руку. — Неужели я недостаточно хороша, чтобы быть ею?

Я размышляю над ее словами, следя за ее реакцией, Улыбка сходит с ее лица.

— Ты во многом на нее похожа, но…

— Но?

Я пытаюсь подобрать подходящие слова, Чтобы объяснить ей, в чем разница, но ничего не могу придумать.

— Нет, ничего. Ты и есть моя Вив, — говорю и, взяв ее за руку, чтобы она снова начала улыбаться. Или этого мало и нужно как-то еще ее утешить? — Я хотел тебе коечто рассказать… Ты была права насчет Нины.

Вив пристально смотрит на меня, и я, не выдержав, опускаю глаза.

— Я видел ее вчера вечером.

— Но ты же… — изумленно вздыхает Вив.

— Прости меня за это, но я хотел сам во всем разобраться!

Вырвав у меня руку, Вив прижимает ее к груди. Я в панике тянусь к ней, но Вив отодвигается к дверце, насколько это позволяет сиденьем и засовывает сжатые кулаки в карманы куртки. Я с тревогой смотрю в ее расстроенное лицо.

— Это было ужасно, ты была права! — торопливо говорю я. — Она сумасшедшая, у нее действительно какая-то мания. Мы сидели и разговаривали… и вдруг она меня поцеловала.

Взгляд Вив становится острее кинжала.

— Ты ее поцеловал?

— Нет! Это она меня поцеловала!

— Да как ты мог?