Шеррилин Кеньон - Ашерон

Стиснув зубы, Артемида сильно ударила его коленом в пах. Он отпрянул, чертыхаясь и разрывая ей шею. Его ругательство перекрыло его, когда Артемида зажала рукой рану на шее.

— Какой же ты ублюдок!

Он схватил ее выше локтя, молниеносно сжав руку своей мертвой хваткой.

— Запомни хорошенько, что я тебе сказал. Поймаю со смертным мужчиной и я убью его.

Артемида выдернула руку.

— Иди играй со своими людишками и оставь меня в покое.

Вся ее радость от празднества моментально улетучилась, и она перенеслась назад в свой храм. Но и там было так одиноко. Ее кори были свободны на целый день. Она взглянула на кровать и представила, как Ашерон располагался на ней, его улыбку, согревающую ее, пока он ублажал ее поцелуями и нежными прикосновениями. Отчаянно нуждаясь в нем, она перенеслась в его комнату. В тот миг, когда она увидела его, сидящим на полу со скрещенными ногами спиной к ней, у нее полегчало на сердце. Не колеблясь ни минуты, она подбежала к нему и обняла. Ашерон сильно удивился, когда Артемида запрыгнула ему на спину и крепко-прекрепко обняла его. И тогда ее аромат заполонил все вокруг.

— Я скучала по тебе сегодня, — прошептала она ему на ухо, вызывая тем самым мурашки по всему его телу.

— Я тоже по тебе соскучился.

Она еще крепче сжала его, прежде, чем отпустить, а потом положила ему щеку на плечо.

— Чем ты занимаешься?

Ашерон поднял свиток с пола и свернул его, чтобы она ничего не смогла заметить.

— Ничем.

— Но ты же делал что-то…

Она забрала свиток у него, прежде чем он смог остановить ее, и открыла рукопись. Артемида нахмурилась, увидев его детские значки.

— Что это?

Ашерон почувствовал, как краска заливает его лицо из-за того, что его застукали.

— Я пытался сам научиться писать.

— Зачем?

— Я незнаю, как это делается, а мне бы очень хотелось научиться.

Она опустила свиток и посмотрела на него, не веря своим ушам.

— Ты не умеешь читать?

Ашерон повесил голову, когда стыд заполнил его.

— Нет.

Артемида приподняла его за щеку нежным движением, так чтобы видеть его глаза. Их доброта согрела его окончательно.

— Теперь ты можешь.

Ашерон вздохнул, когда небольшая боль прошла по его телу. Она протянула ему назад свиток.

— Напиши свое имя.

Ошеломленный тем, что только что с ним случилось, Ашерон взял перо и знал, как надо писать буквы. Он с легкостью написал свое имя.

— Я ничего не понимаю.

— Я богиня, Ашерон. И мне совсем не хочется, чтобы ты опускал голову из-за стыда. Это тебя устроит?

— Более чем.

Ее улыбка ослепила его.

— Пойдем со мной. Я в настроении сегодня поохотиться.

— Но я незнаю, как охотиться.

— Ты узнаешь.

Артемида была права. Как только они оказались в лесу, она дала ему лук и стрелу, и он точно знал, что нужно сделать, так же, как и с правописанием. Как потрясающе было уметь делать что-либо без многих лет тренировок, но по правде говоря, ему хотелось большего, чем просто быть грамотным или уметь охотиться.

— Ты можешь научить меня драться?

Артемида выглядела ошеломленной.

— Что?

— Я хочу уметь драться.

Она сердито смотрела на него, а затем задала один из вопросов, которые никогда не осмеливалась озвучить.

— Но зачем?

— Я устал от постоянных избиений. И хочу иметь возможность себя защитить.

Артемида была очень шокирована его неожиданной просьбой. Воспоминание того, как Апполон пинает ее, всплыло так ярко у нее в голове, что она даже вздрогнула. Как и большинство мужчин, которых она знала, ее брат был любящим власть ублюдком. И она меньше всего хотела стать уязвимой перед Ашероном. Обучение мужчины борьбе никогда не приведет ни к чему хорошему.

— Я не думаю, что тебе это нужно. Я никому не позволю причинить тебе боль, Ашерон. Я все, что тебе нужно для защиты.

— А что если я наскучу тебе?

Она взяла его за щеку.

— И как же ты можешь мне наскучить?

Ашерон улыбнулся ей, однако глаз эта улыбка не коснулась.

— И все-таки я бы очень хотел, чтобы ты меня научила.

Его настойчивость привела ее в ярость.

— Я сказала, нет! — отрезала она.

Ашерон замешкался, услышав в ее голосе враждебность. Он знал эту злобу и знал, что лежит в ее основе.

— Кто бьет тебя?

Артемида опустила лук.

— Я думаю, в том направлении есть олень.

— Арти…

Она остановила его.

— Я знаю эти нотки в твоем голосе. У меня у самого они присутствовали слишком часто, чтобы я сейчас не узнал, что они значат. Кто тебя обидел?

Она сомневалась слишком долго, что Ашерон даже перестал ждать ее ответа, но когда Артемида все-таки ответила, то ее голос был настолько тихим, что он едва ли мог ее слышать.

— Другие боги.

Ашерон был ошеломлен ее признанием.

— Но почему?

— А почему кто-либо бьет друг друга? — ее глаза снова метали гневные молнии, — они чувствуют себя более могущественными. Я никогда не позволю тебе причинить мне боль.

— А я бы никогда так не поступил с тобой, — сказал он голосом, полным уверенности, — я лучше вырву себе сердце, чем сделаю с другим то, через что пришлось пройти мне. Я просто хочу защитить себя.

— А я тебе сказала, что защищу тебя.

Он погладил ее руку, а потом отпрянул от нее.

— Тогда мне ничего не остается, как довериться тебе, Арти. Но я хочу, чтобы ты знала, что мне не так легко дается доверие. Пожалуйста, не будь похожей на всех остальных и не нарушай своего слова. Я ненавижу, когда меня обманывают.

Она поцеловала его тихонько в щеку.

— Давай поохотимся.

Ашерон кивнул, прежде чем достать новую стрелу и этим успокоить своего единственного настоящего друга, который у него был. Она не избегала его, а ему не нужно было прятаться от него. Что пугало его, тем не менее, так это чувства, просыпавшиеся в нем, когда она была рядом. Ашерон медленно влюблялся в богиню и знал, как глупо это выглядело. Несмотря на то, что он через многое прошел, но дураком он никогда не был. До сегодняшнего дня.

Она заставляла его чувствовать себя целостным, счастливым. И ему совсем не хотелось, чтобы эти чувства улетучились когда-нибудь. Отогнав эту мысль, он заметил самца оленя. Как только он прицелился, Артемида подбежала к нему и начала щекотать. Стрела пролетела мимо цели и попала в дерево, в котором растревожила белку, а та в свою очередь кинула в него орехом. Ашерон засмеялся, а затем прищурился, глядя на Арти. Он отбросил свой лук в сторону и начал подкрадываться к ней.

— Ты испортила мой идеальный выстрел. И ты заплатишь за это.