Александр Климай - Наташа

— Дело в том, что я уезжаю домой, а в июле у нас будет двухнедельная практика в городе, а общежитие летом закрывается на ремонт. Так вот, нельзя ли это время пожить в санатории?

— Сколько же вас будет человек?

— Двое, я и подруга.

— Ну, это несложно, приезжайте, комната вам будет.

— Спасибо.

Видя, что девушка колеблется, Алексей поинтересовался:

— Мне кажется, вас еще что-то беспокоит?

Наташа кивнула и, поборов охватившее волнение, спросила:

— Алексей Петрович, а портрет мой вы закончили?

— Нет, Наташа, я так за него и не взялся… Ведь, чтобы завершить работу, нужно особое чувство, вдохновение, может быть, порыв какой-то. Так что он ждет своей очереди.

— А взглянуть на него можно?

— Конечно, — пожал плечами доктор, — только, боюсь, вы будете разочарованы…

— Нет-нет, — быстро ответила девушка. — Я не очень взыскательна.

— Надо бы смотреть законченную работу… Ну что ж, пойдемте.

Наташа долго рассматривала изображение миловидной темноволосой, с чуть грустно-задумчивым выражением лица, девушки на портрете, узнавая и не узнавая в нем себя. Наконец, она спросила:

— Неужели я такая?

— Какая, Наташа?

— Красивая…

Алексей улыбнулся:

— Я писал вас такой, какая вы есть и какой я вас воспринимаю. А красота — ведь это не только привлекательная внешность, но и глубокое внутреннее содержание.

— А мне иногда кажется, что я никому не нужна, — вдруг произнесла девушка.

— Вы знаете, Наташа, в вашей фразе есть только одно слово, которое отражает истину, — «кажется». Да так просто не бывает, что человек, да еще такой, как вы, никому был бы не нужен — неужели вы этого не понимаете? — Алексей заглянул в глаза девушке и увидел там отчуждение. — «Господи, какая она странная… моя Наташа…».

Девушка почувствовала неловкость и, чтобы как-то выйти из создавшегося положения, проговорила:

— Алексей Петрович, вы как-то обмолвились в разговоре, что хотите написать еще один женский портрет. А моя подруга просто мечтает о том, чтобы кто-нибудь ее увековечил. Вы еще не передумали? Может быть, возьметесь?

Доктор вскинул на девушку глаза, удивляясь неожиданному повороту в их разговоре.

— Пожалуй, да. Хотя, прежде чем решать этот вопрос, хотелось бы встретиться с оригиналом.

— О, она очень красивая. Это Лена, мы с ней вместе учимся, вы ее видели здесь.

— Да, да, сейчас припоминаю. Ну что ж, думаю, она мне подойдет. Только здесь есть одна тонкость, — молодой художник сделал паузу. — Если я возьмусь за этот портрет, то буду делать его по фотографии, а с натуры — только первый набросок.

— Почему? — довольно разочарованно спросила девушка.

— Дело в том, что я не всегда располагаю достаточным количеством времени и часто «набиваю руку», рисуя с фотографий. Думаю, такой вариант подойдет для Лены… Наташа, а вы так и не сказали, довольны ли вы тем, что увидели на картоне?

— Да! Конечно, да. А все-таки, когда вы полностью закончите мой портрет?

— Спешить не хочу, ведь до выставки без малого год. Скажем, к вашему дню рождения… Можно уточнить дату?

Наташа улыбнулась:

— 15 октября.

— Ну что ж, солидный срок, справлюсь.

Полагая, что разговор исчерпан, девушка встала:

— До свидания, Алексей Петрович. Приходите к нам завтра в гости, я вас с Еленой ближе познакомлю.

— До встречи, Наташа…

Оставшись один, он плюхнулся в кресло, тупо устремив свой взор в пространство:

— Ну просто ребячество какое-то, — с раздражением подумал он, вспомнив сковывающее чувство робости, охватывающее его всякий раз в присутствии этой девушки. Его взгляд остановился на телефонном аппарате.

— Ах, да, Сергей, — вспомнил он про друга, — надо позвонить.

Но стоило лишь включить телефон, как тот обрадованно зазвонил. Снова лавина каких-то мелких, но неотложных дел обрушилась на главного врача. Так, в заботах, и окончился этот день.

Вечером следующего дня Алексей, зайдя в парикмахерскую и приведя себя в надлежащий вид, долго рассматривал свое отражение в зеркале:

— Ничего себе жених… — критически подумал он и, махнув рукой, отправился в общежитие.

По дороге остановился у цветочного киоска, но затем, передумав, завернул в фирменный магазин «Каравай». «Пожалуй, хороший торт будет более уместен в данной ситуации…»

Подхватив празднично оформленную коробку, он быстро достиг уже знакомой двери. На его стук в дверь послышался женский голос:

— Не заперто.

Он шагнул в комнату. Ему навстречу поднялась симпатичная белокурая девушка, приветливо проговорившая:

— Проходите, Алексей Петрович. Наташа просила извинить ее — она немного задержится.

Доктор кивнул и выдавил из себя улыбку:

— Хорошо… А с вами мы ведь раньше встречались? Вы, я полагаю, Лена?

— Да.

— Значит, это вам, — Алексей протянул объемную коробку.

Девушка обрадовалась:

— Большое спасибо! Это нам не помешает — совсем похудели после сессии.

Гость не успел ответить — скрипнула дверь, и на пороге показалась Наташа. В первое мгновение Алексей не понял, почему на ее лице застыло грустно-виноватое выражение, но уже в следующую секунду за спиной девушки возник высокий, несколько самодовольный молодой человек в спортивном костюме фирмы «Адидас».

— А у нас гость! — воодушевленно заявила Елена.

Только после этого Наташа поздоровалась. Спортсмен же что-то буркнул под нос и упал на Наташину (так подумалось ему) постель. В его вызывающем поведении чувствовалась нарочитая развязность. Видя нелепость сложившейся ситуации, Алексей встал со стула и проговорил:

— Девушки, я думаю, мой вопрос долгого обсуждения не требует. Завтра я свободен, и если вы можете, — он посмотрел на Лену, — вы мне позвоните, и мы все окончательно решим насчет портрета.

Он было направился к выходу, но Лена остановила его:

— Куда же вы?! Как раз и чай готов.

— Оставайтесь, — поддержала подругу Наташа.

Алексей бросил взгляд на ухмыляющееся лицо русоволосого парня и… остался. Чай был необычайно вкусен, торт, в общем, тоже. Лена включила телевизор, как раз в это время начиналась очередная серия популярного телесериала.

— Алексей Петрович, вы смотрите этот фильм?

— Да, когда не занят — с удовольствием. — Доктор откинулся на спинку стула, боковым зрением наблюдая за спортсменом.

Тот без конца вертелся, словно находился на горячих углях. Наконец он улегся прямо на покрывало, задрав свои ноги, обутые в модные кроссовки, прямо на спинку кровати.

Было заметно, что девушкам его поведение не нравится, но тем не менее они молчали. И Алексей понял, что этот тип имеет здесь определенный вес и иногда диктует свою линию поведения.