Джейн Касл - Жертва обсидиана

— Суитуотеры и их сотрудники десятки лет собирали образцы и артефакты из редкого янтаря. Все хранится в сейфе, почти ничего не выставляется на публику. Напоминает подвал крупного музея. Экспонаты туда заносятся, и о них забывают.

— Но доступ в хранилище, наверное, есть не у всех.

— Конечно.

— У тебя есть список?

— Короткий. — Круз глотнул вина. — И во главе Феликс Уэббер.

— Что ж, подходит. Он ведь отирался поблизости, когда руина закрылась. — Лира помолчала. — Если только он способен работать с алмазом или серебром.

— Если и был способен, то, разумеется, об этом не сообщил. В досье нет такой информации.

— Не в первый раз человек с необычным талантом не сообщает о нем при приеме на работу.

— Верно.

Она задумалась:

— Ты раньше предполагал, что закрывший ворота хотел меня подставить.

— Эта теория по-прежнему подходит, но не было ли еще одной причины?

— Какой?

— Еще одно убийство. У меня такое чувство, что истинной целью был один из пятерых, запертых в комнате.

— Думаешь?

— Не сомневаюсь

— Но откуда такая уверенность?

— Оттуда же, откуда уверенность, что мы созданы друг для друга.

— Талант помогает?

— Угу. — Круз съел еще один крекер.

Лира поджала губы:

— Знаешь, я готова поверить, что у тебя есть дар охотиться на плохих парней. Но в то, что мужчины твоей семьи способны узнать суженую? Ни в жизнь.

— Ты скоро привыкнешь.

— А я собираюсь пойти к профессиональной свахе.

— Зачем? Деньги на ветер.

— Возможно, но теперь я получу крупный чек от «Эмбер» за открытие руины и смогу позволить себе оплатить услуги высококлассной свахи.

— Лишь бы меня помучить?

— Нет, просто во второй раз хочу соблюсти осторожность.

— Ладно, — согласился Круз.

Глава 31

Когда следующим утром Джеф вошел в кабинет Круза, тот сидел за столом.

— Я получил парапсихологическое досье Уэббера. Там нет сведений об умении открывать ворота в джунглях или работать с редким янтарем.

— Неудивительно.

Круз закрыл досье и взял то, что принес кузен.

Опустившись в кресло, Джеф скрестил ноги.

— Не понимаю. Если Уэббер крал реликвии из нашего хранилища, почему мы ничего не знали?

— Как я уже сказал Лире, там коллекция, собиравшаяся полвека. Каждый ящик до отказа забит артефактами и образцами. Никто бы не заметил, что периодически парочка камней пропадает, особенно, если тот, кто их взял, знал коды системы безопасности.

— Уэббер бы точно сумел, — согласился Джеф.

Круз откинулся в кресле, заложил руки за голову и перевел взгляд на три картины на противоположной стене.

— По-моему, произошло вот что: Уэббер занимался махинациями. Возможно, сговорился с Фэйрстедом и их третьим сообщником несколько лет назад. Они крали понемногу, забирая то, чего никто не хватится. Но аметистовые реликвии из руины — другое дело. На подпольном рынке каждая тянет на целое состояние. Вряд ли они прежде рисковали забирать что-то настолько ценное.

— Да и система безопасности намного серьезнее. В отличие от других камней, пропажу одного из аметистов тут же бы обнаружили. Им надо было бросить подозрение на кого-то другого. Они выбрали явного подозреваемого.

— Лиру. Однако в ночь кражи что-то пошло не так. Наверное, на них наткнулся один из лаборантов, и его пришлось убить.

— На них? — повторил Джеф.

— Уэббера и третьего сообщника.

Джеф посмотрел на документы, лежащие на столе:

— И ты знаешь, кто этот третий?

— Думаю, да. — Круз протянул Джефу одно из досье.

Тот посмотрел на имя и тихо присвистнул:

— Ну и ну, мне стыдно. Как ты его вычислил?

— Методом исключения. В ловушку аметистовой комнаты попало пятеро. Я почти уверен, что Уэббер пытался убить одного из них.

— Значит, полиция Фриквенси не ошиблась: воры просто переругались?

— Полагаю, да. Проблема в том, что полицейские понятия не имели, кто эти двое сообщников и как их отыскать, ну а мы нашли тело одного из них в джунглях.

Джеф похлопал папкой по краю стола и задумался.

— Значит, это третий. А он и правда отличный подозреваемый.

— Отличный подозреваемый? — Круз вздохнул. — Тебе надо бы перестать смотреть этот сериал, нахватался тут всякого.

Джеф встал. Лицо его светилось решимостью.

— Я практикуюсь.

— Зачем?

Он направился к двери:

— Я забыл тебе сказать, что вскоре увольняюсь, ухожу из службы безопасности «Эмбер».

— Ты шутишь?

— Нет. — Джеф открыл дверь и бросил через плечо: — Хочу работать в Федеральном бюро пси-расследований.

— Черта с два!

— Благодарю за поддержку, сэр, большое спасибо.

Круз медленно выдохнул, сдерживая свое нетерпение.

— Вернись, сядь, давай поговорим.

— Как-нибудь в другой раз.

— Твою мать, Джеф, Большого Джейка хватит удар, не говоря уже о твоем отце, моих братьях и всей остальной родне. Суитуотерам не пристало работать в обычных органах правопорядка.

— Нет, мы только пашем на тех, кто в силах заплатить за защиту, и иногда делаем то, на что не способны законники.

— Включая некоторые услуги ФБПР, — холодно напомнил Круз.

— Знаешь, кто мы такие? Наемники.

— Это призрачный бред. Мы частное охранное агентство, а не простые наемники, черт побери! Мы больше не берем деньги за такую работу. У Суитуотеров всегда были и есть определенные границы. К тому же, мы никогда не сотрудничали со злодеями, даже когда дело касалось денег.

— Ладно, с этим соглашусь. Однако проблема вот в чем: я хочу работать на обычных людей. Ну, знаешь, на тех, кому не по карману высококлассная охранная фирма.

— Вот поэтому мы и заключили контракт с ФБПР.

— Это не то же самое, — настаивал Джеф.

Круз внимательно посмотрел на кузена:

— И как давно у тебя зрел этот план?

Тот пожал плечами:

— Сколько себя помню, с самого детства.

— Однако ты только сейчас принимаешь такое карьерное решение?

— В нашей семье с выбором сложновато, если только он не касается подразделения «Эмбер».

— Но почему сейчас?

— А почему бы и нет?

— Тебе надо еще раз все обдумать.

— А зачем? Все равно родственников не убедить, я и так зря потратил столько времени. Устал быть просто охранником.

— В этом все дело? Хочешь пойти на повышение? Блин, да для семьи в амбициях нет ничего плохого, ты знаешь. Вообще-то, пора бы тебе как-то их проявить. В «Эмбер» есть море возможностей.

— Я уже принял решение и не передумаю. По крайней мере, один человек на моей стороне.