Целители не лечат - Мия Ловиз

или предложить своё фирменное исцеление — и тогда даже хромой пойдёт ровно, лишь бы избежать моей «помощи».

— Великолепно, — простонала я, уткнувшись лицом в подушку. — И кто вообще придумал эти командные тренировки?

Ответа, естественно, не последовало. Лишь очередной писк побудки — теперь с ехидным отзвуком, будто она и сама понимала, на что толкает несчастную душу.

Поднявшись, я пошарила ногой в поисках тапка, чуть не опрокинула стул, наткнулась на стопку свёртков и, конечно, уронила один из них. Белоснежный комплект из ателье. Тот самый, «подарочный». Я зло прищурилась.

— Отлично. Хоть кто-то сегодня выглядит идеально, — буркнула я, швырнув коробку обратно.

Быстро собрала волосы в хвост, умылась холодной водой — будто пыталась смыть остатки вчерашнего вечера.

И да, вчерашнего его.

Воспоминание о Кейле всплыло само собой, как бы я ни старалась выкинуть его из головы. Щелчок, взгляд, злость… и этот странный, почти физический отклик, когда наши глаза встретились.

— Нет, спасибо, — пробормотала я своему отражению в зеркале. — Ещё раз встрять в такую историю? Только через мой труп.

Отражение, конечно, выглядело не слишком убедительно: чуть зарумяненные щёки и слишком живые глаза выдавали, что «через мой труп» звучит громче, чем чувствуется.

Но думать было некогда — пробежка начиналась через пятнадцать минут.

Божественное утро, боевики и я, человек-растение, с нулевым желанием участвовать сегодня в физической активности.

На ходу натянула спортивную форму и выскочила из комнаты. Коридоры в нашей половине общежития, как всегда, радовали тишиной и полным отсутствием… да вообще кого-либо.

Вздохнула и пошла туда, где меня ждали пробежка, пот, смерть и, возможно, позор.

Но если подумать — это же академия. Значит, позор — часть программы.

Утренняя пробежка с боевиками пролетела быстро — наверное, потому что половину времени я пыталась просто проснуться. Никогда ещё по утрам я не чувствовала себя настолько разбитой. Казалось, будто кто-то незаметно вытягивает из меня силы, оставляя пустую оболочку.

Кейла на тренировке не оказалось, и спрашивать у Илара я даже не думала. Ещё не хватало снова попасть к нему в лапы на глазах у всех — чтобы потом слушать дурацкие подколки. Так что, как только пробежка закончилась, я сбежала под предлогом «важных дел» и направилась в свою комнату — готовиться к занятиям. Хотя если честно… больше хотелось просто упасть лицом в подушку и не шевелиться.

Оказавшись в комнате, первым делом приняла душ — горячая вода хоть немного смыла остатки утренней сонливости. Потом подошла к шкафу и, открыв дверцы, принялась мысленно перечислять варианты одежды:

— Так… блузка? Нет, уже слишком прохладно для таких лёгких тканей. Свитер — пойдёт. Юбку — точно нет, штаны удобнее. Что тут ещё у нас? Бельё, носки, розовая мышь, пиджак… Стоп. Розовая мышь?

На полке, среди аккуратно сложенных вещей, действительно мирно спала крошечная розовая мышка. Я уже открыла рот, чтобы завизжать, но пушистое создание вдруг приоткрыло сонные глазки и лениво потянулось.

— Только не говори, что ты хотела закричать? — пискнуло оно тоненьким, но возмущённым голоском. — Я очень чувствительна к громким звукам.

Я моргнула. Потом ещё раз.

Нет, ну я, конечно, многое видела, но чтобы мои вещи начали разговаривать — это уже новый уровень безумия.

— Ты… говоришь? — выдавила я, осторожно отступая на шаг.

— А что, по-твоему, мыши должны делать? — хмыкнула она, потягиваясь как кошка. — Грызть мебель и бегать по углам? Скукотища. И это для обычных грызунов, а не магзверей.

— Отлично, — пробормотала я, прижимая ладонь ко лбу. — У меня галлюцинации. Недосып, пробежка, отсутствие завтрака — и вот уже начинаю разговаривать с мышами.

— Эй! Я не какая-то там мышь! — возмутилась крошка, став на задние лапки. — Я фамильяр, между прочим!

Я моргнула снова.

— Конечно. А я — королева Севера, — фыркнула я и потянулась за одеждой. — Не мешай, фамильяр, я опаздываю.

Мышь что-то недовольно пискнула, но я уже отвернулась.

Если это сон — пусть хотя бы кофе там будет.

Но пушистое чудо и не думало отлипать от меня — ни с болтовнёй, ни с попытками маячить перед глазами. Мышка быстро спрыгнула с полки шкафа и вскарабкалась на стол, где я перебирала тетради.

— Ты что, меня не услышала? — пискнула она. — Я фамильяр!

— Ага, фамильяр, фамильяр. Скажи, чей, — и я тебя отнесу этому везучему человеку.

Только вместо ответа эта мелкая гадина резко прыгнула на мою руку и тяпнула за палец.

— Ай!.. Что творишь, паразитка⁈

— Чей-чей? Теперь твой я фамильяр! — И пока я замахивалась на неё толстой книгой, это пушистое розовое облако изобразило подобие улыбки.

Мне точно пора провериться у целителя-мозгоправа. Почему меня в последнее время все кусают?

— Я не планировала обзаводиться никакими фамильярами, от слова «вообще». Тем более — грызунами, — возмутилась я и бросила книгу на стол, всё же рядом с мышью, так что она подскочила. — Разве это не должно быть договором с двух сторон?

— А Аурон сказал, что можно.

— Очень рада, что ты получила благословение Аурона, но я без понятия, кто это такой, — зыркнула я на мышь как настоящая змея.

— Как это — ты не знаешь имя своего фамильяра? — пропищало это чудо.

— Моего фамильяра? — протянула я удивлённо. — Да когда бы я успела ещё и Аурона какого-то там встретить? Что за бред?

— Аурон — это Дарханский жеребец, — пискнули мне пояснения. — А ещё он просил передать, что ждёт тебя для разговора.

Так того золотого красавца зовут Аурон. Ничего себе… Нет, не имя удивило — смахивающее на имя злого повелителя из «Властелина колец» всего без одной буквы, — а то, что у коня оно уже есть и он, оказывается, тоже мой фамильяр.

И что вообще делать с этим питомником, которым я начинаю обрастать? Сначала конь, потом мышь, а завтра в дверь постучит ёж, пока голуби будут брать штурмом окна?

— Ой, ты не переживай… мышь, я к нему обязательно загляну, — сказала я, опасно зыркнув на неё в который раз. Та сжалась и обмотала себя хвостиком с пушистой кисточкой на кончике.

А мысленно добавила:

«Загляну и спрошу, кто дал ему разрешение отправлять ко мне магзверей, чтобы те пополняли ряды моих фамильяров?»

К обеду я всё ещё пребывала в лёгком шоке от утренней мышиной драмы. Пушистая фамильярша, к слову, так и не представилась — просто упорно шла за мной, болтая без умолку и норовя свеситься с края моей сумки. Преследовала меня весь день, посещая со мной все занятия.

— Ты хоть есть умеешь тихо? — прошипела я, когда она в столовой пыталась затащить в щёку кусочек булочки, по размеру с