Выброшенная жена дракона. Вернулась почти добровольно - Таня Драго

кто-то идёт рядом с ним. Но он был один.

Слуги, встречавшиеся ему на пути, низко кланялись и торопливо отходили в сторону. В их глазах он видел смесь уважения и настороженности. Они не понимали его спокойствия. Не понимали, как он может быть таким... безразличным.

Дьярвет вышел во внутренний двор замка и направился к саду. Утренний воздух был свеж и наполнен ароматами цветов и трав. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь этим моментом тишины и покоя.

Его взгляд скользил по знакомым дорожкам, кустам роз, фонтану в центре сада. Всё было таким же, как и раньше, и в то же время — совершенно другим. Словно краски поблекли, звуки стали приглушёнными, а ароматы — менее яркими.

— Халидэл!

Дьярвет обернулся и увидел спешащего к нему садовника Гарета. Старик выглядел взволнованным, его обычно спокойное лицо было оживлено каким-то внутренним возбуждением.

— Доброе утро, Гарет, — поздоровался Дьярвет, останавливаясь.

— Доброе, господин, доброе! — Гарет подошёл ближе, его глаза блестели. — Пойдёмте со мной, господин. А я думаю, что госпожа на рассвете перед отъездом делала. Смотрите. Смотрите.

Он жестом пригласил Дьярвета следовать за ним, и они направились к южной части сада, где начинались знаменитые виноградники Авельтан. Дьярвет шёл молча, не задавая вопросов, позволяя старому садовнику вести себя.

Когда они вышли за пределы сада и оказались среди виноградников, Гарет остановился и широким жестом указал на раскинувшиеся перед ними ряды лоз.

— Смотрите, господин. Смотрите.

Дьярвет посмотрел. Виноградники простирались до самого горизонта — ровные ряды зелёных лоз, тяжёлых от созревающих гроздей. И все они — каждая лоза, каждый лист, каждая гроздь — были абсолютно чисты от вредителей, красивые, ровные, совершенные.

— Я не понимаю, — сказал Гарет, качая головой. — Вчера ещё болели, я сам видел. Собирался сегодня начать обработку. А прихожу утром — и вот.

Дьярвет медленно подошёл к ближайшей лозе и провёл пальцами по гладким листьям. Он знал, кто это сделал. И знал, как. И даже знал, почему эффект проявился не сразу.

— Попрощалась, да, — сказал он тихо, больше себе, чем Гарету.

Кераль была в двух днях пути сейчас.

Не в Донке. Но недосягаемо далекая.

Садовник посмотрел на него с любопытством, но Дьярвет не стал ничего объяснять. Он продолжал стоять, глядя на виноградники, и его лицо оставалось спокойным, бесстрастным. Словно известие о том, что Кераль использовала свою магию, чтобы защитить виноградники Авельтан перед отъездом, не тронуло его.

— Хороший будет урожай в этом году, — сказал он наконец. — Очень хороший.

И с этими словами он повернулся и пошёл обратно к замку, оставив озадаченного Гарета смотреть ему вслед.

— Халидэл, могу я поговорить с вами?

Дьярвет поднял глаза от документов, которые просматривал, и увидел Маркуса, стоящего в дверях его кабинета. Старый советник выглядел обеспокоенным, его обычно прямая спина была слегка сгорблена, а в глазах читалось беспокойство.

— Конечно, Маркус, — ответил Дьярвет, откладывая бумаги в сторону. — Что-то случилось?

Маркус вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь и подошёл к столу.

— Простите за прямоту, халидэл, но... всё ли с вами хорошо?

Дьярвет слегка приподнял бровь.

— Со мной? Да, всё в порядке. Почему ты спрашиваешь?

Маркус выглядел неуверенно, словно не знал, как продолжить.

— Просто... вы кажетесь... — он запнулся, подбирая слова. — Слишком спокойным, халидэл. После всего, что произошло. После отъезда халидэлы Кераль.

Дьярвет посмотрел на него с лёгким недоумением, словно не понимая, о чём речь.

— А как я должен себя вести, Маркус? — спросил он. — Рвать на себе волосы? Кричать? Плакать?

Маркус покачал головой.

— Нет, конечно нет, халидэл. Просто... слуги говорят... — он снова запнулся.

— Что говорят слуги? — голос Дьярвета оставался ровным, но в нём появились стальные нотки.

— Они называют вас... — Маркус сглотнул, — ...бесчувственным бревном. За глаза, конечно.

Дьярвет молчал несколько секунд, затем неожиданно рассмеялся — коротко и сухо.

— Бесчувственным бревном? — повторил он. — Что ж, может быть, они правы.

Он встал из-за стола и подошёл к окну, глядя на раскинувшиеся внизу земли Авельтан.

— Маркус, я ценю твою заботу. Но поверь, со мной всё в порядке. Кераль сделала свой выбор, а мне нужно выполнять свое обещание. Нам ведь нужны богатые ринтаны в провинции. Мы заинтересованы. Кераль сделает все прекрасно. Она создана, чтобы исправить все, что натворил ее отец. Понимаете? Так что – пусть будет там. Это принесет халиду выгоду.

Маркус замер.

Это был и старый, и какой-то новый Дьярвет. Что-то скользило в его словах, да, расчетливое, но он словно понял, что под расчетом должно быть что-то еще. Советник отступил.

— Как скажете, халидэл. Но если вам понадобится поговорить...

— Я знаю, где тебя найти, — закончил за него Дьярвет с лёгкой улыбкой. — Спасибо, друг мой.

Когда Маркус ушёл, Дьярвет усмехнулся.

О, какое сложное обещание. Как нелегко оно ему дается. Прошло каких-то четыре дня, а кажется, что вечность. И чем дальше, тем медленнее двигается время.

Ох, жена, как же ты меня изводишь.

Прямо так и хочется приказать предъявить тебя себе прямо сейчас.

Лиат не посмеет сопротивляться.

Но нельзя.

— Что вы хотите сделать со спальней, халидэл? — спросила главная горничная, стоя в дверях. — Нужно ли убрать вещи халидэлы? Перестелить постель?

Дьярвет стоял посреди комнаты, оглядывая знакомое пространство. Здесь всё ещё ощущалось присутствие Кераль — её запах, её вещи, расставленные с той особой аккуратностью, которая была ей свойственна. Ну да, ваза, большое женское зеркало во весь рост. В общем, не холостяцкая обстановка.

— Ничего не трогать, — сказал он наконец. — Всё оставить как есть.

Горничная выглядела удивлённой, но кивнула.

— Как скажете, халидэл.

Когда она ушла, Дьярвет ещё некоторое время стоял в комнате, да, постоянное присутствие ее вещей, вероятно, будет пыткой. Но надо, чтобы все было готово.

Письмо от аэллэ Тариона пришло через две недели после отъезда Кераль. Правитель Атала вызывал Дьярвета в столицу для "важного разговора о будущем государства".

Дьярвет прибыл в столицу через три дня после получения письма. Город кипел жизнью, как всегда, но он заметил, что люди смотрят на него иначе — с уважением, смешанным с любопытством. Новости о раскрытии заговора Каронга и Родарена распространились быстро, и теперь Дьярвет был не просто халидэлом, но и героем, спасшим правителя от предательства. Да, вот только настоящая героиня этой